Проклятие горгулия
Шрифт:
— Безумие опять начинает вмешиваться в нашу жизнь, — гневно произнесла Ирис.
— Скажи, Менция, — спросил Гари, — а демоны обладают душой?
— Да мы и так представляем собой один лишь бесплотный дух, — ответила Менция, с трудом возвращая себе прежнюю внешность. — Потому-то нам не нужно ничего другого…
— А как же по поводу лучшей половины? Демонесса поморщилась:
— Когда эта дурочка решила выйти замуж, нам пришлось разойтись… Она забрала с собой такие качества, как любовь, совесть, преданность, самопожертвование… В общем, все самые лучшие человеческие черты. Это оказалось просто отвратительно. Я же осталась
— Однако если ваша плоть представляет из себя некий дух… то почему бы ее не заполнить хорошими качествами? — спросил Гари, отпихивая от себя очередную ветку.
— Дело в том, что вся энергия демонов уходит только на то, чтобы поддерживать собственное существование, — ответила Менция. — На остальное просто не остается сил. Для этого нужно обладать физическим телом, так-то!
— А как ты относишься к кровосмешению между человеком и демоном? — спросила ее Ирис.
Менция пожала плечами:
— Если каждый из претендентов имеет собственную душу, то подобный процесс вполне возможен. Вероятно даже, что ребенок получит оба таланта своих родителей.
Глаза путешественников обратились к спящей Сюрприз.
— Не понимаю… — пробормотала Ирис.
— Нет, она не демон, — уверенно сказала Менция. — Я-то уж знаю. Все дело в ее стихийных способностях. Однако, когда девочка научится их контролировать… никто уже не осмелится назвать ее гением современности!
— Не знаю. По крайней мере, у Сюрприз имеется нормальная семья, — в этот момент Гари пришлось отмахиваться уже от пары ветвей, которые настойчиво тянули его за рукав. — Интересно, мне это кажется или деревья действительно намереваются меня утащить?
— Нет, они просто хотят завладеть твоей одеждой, — ответил Хиатус. — Одно из них хотело сотворить ту же шутку и со мной, однако я быстренько с этой проблемой разобрался, вырастив на коре ужасные бородавчатые наросты! Знаешь, порой мои дурацкие способности все же способны сослужить хорошую службу.
— Еще одно дерево тянулось ко мне, — призналась Менция, — однако у него тоже ничего не получилось: в конце концов, я же обычный бесплотный дух.
— Воры! Воры! — закричала Ирис. — Кто-то украл мою юбку. Это произошло настолько медленно, что я ничего и не заметила!
— Здесь достаточно темно, — успокоил Хиатус, — а потому мы не способны тебя видеть в таком неприглядном виде.
— Однако теперь мне придется прикрываться иллюзией! — раздраженно воскликнула она. — А от этого, надо признаться, ничуть не теплее!
— Пойду поищу одеяловый куст. Он тебя согреет. — На самом деле Гари и сам почувствовал ночную прохладу.
— Я помогу тебе, — ответила Ирис. Внезапно пещера осветилась, и Гари заметил, что в руках у колдуньи находится фонарь, освещающий ее едва прикрытые ноги.
— Ты наколдовала лампу? — спросил удивленный Хиатус.
— Нет, это обычная иллюзия, — ответила Ирис.
— Неужели иллюзорная лампа способна давать настоящий свет? — удивился в свою очередь Гари.
— А свет — он тоже иллюзорный. Пойдем, поищем лучше одеяловый куст.
Освещение оказалось достаточно сильным, поэтому они не боялись нарваться на какое-нибудь агрессивное дерево, или невесть откуда возникшую в земле яму. Гари решил больше не геройствовать: в конце концов, вокруг было огромное количество острых камней, а его обнаженные ноги, оказывается, их совсем не любили.
Однако сколько они ни бродили, одеялового
куста нигде не было видно. Внезапно Ирис увидела небольшое низкое облачко.— Хм, может быть, хоть это подойдет? — пробормотала она и ринулась в сторону от тропинки.
— Но ведь там обычный туман! — возразил Гари.
— Туманные рассуждения меня не волнуют, — ответила она.
— Нет, я имею в виду мглу… пар… облако… Как с помощью них можно укрыться?
— Очень просто! Облака могут быть плотными настолько, чтобы удерживать в себе тонны воды. И только когда они сталкиваются с каким-либо препятствием, начинается дождь. Не забывай, что вокруг — сплошное безумие. Оно меняет свойства вещей до неузнаваемости. — Поставив светильник на пол, волшебница схватила облако, взбила его хорошенько, и через несколько минут в руках женщины оказалось вполне сносное пуховое одеяло. — Кажется, этого будет вполне достаточно… Помоги мне, дружище!
Гари схватил другое облако и ощутил в руках нежное податливое вещество, напоминающее мягкий хлопок. Хорошенько потянув на себя, ему удалось оторвать еще один вполне приличный кусок одеяла.
Последовав за Ирис, он добрался до пещеры в виде скорлупы грецкого ореха.
— Мое одеяло мы положим на землю, — произнесла Ирис, — а твоим будем укрываться, идет?
— Не стоит испытывать таких неудобств, — благородно изрек Гари. — Возьми, пожалуйста, мое, а я с радостью схожу за вторым.
— Не будь глупцом! В кромешной тьме ты обязательно запутаешься и пропадешь! Ничего, мы прекрасно разместимся вместе.
— Но как же Хиатус и Менция? Наверное, им тоже очень холодно!
— Не думаю, — ответила волшебница. Она подняла фонарь, и Гари заметил, что Хиатус удобно устроился на некоем перьевом ложе — прямо под спящей в воздухе Сюрприз.
— Где они нашли такую прекрасную кровать? — спросил Гари. — Да и где, собственно говоря, Менция?
Внезапно кровать открыла рот и произнесла человеческим голосом:
— Ты недооцениваешь мои способности, горгулий! Значит, демонесса превратила себя в кровать! Внезапно в его голове созрел новый вопрос:
— Но если безумие извращает все магические заклинания, то как тебе удалась подобная штука?
— Честно говоря, я представила, что хочу превратиться в огромный твердый камень, — ответила она. — Оказывается, безумием можно легко управлять, если подойти к делу с умом. Жаль, что подобная мысль не приходила ко мне раньше!
Гари почесал затылок и присел на самодельное одеяло. Оно оказалось мягким и пушистым. Гари с удовольствием откинулся на спину и мгновенно почувствовал, как дневное тепло, накопленное облаком, начало согревать его тело. «А ведь эта штуковина гораздо приятнее, чем обычное человеческое одеяло», — подумал он.
Ирис прилегла рядом и накрыла их сверху другим одеялом. Тело волшебницы оказалось также мягким и теплым, кроме того, оно находилось так близко…
— Но… — хотел было сказать он.
— Ты совершенно прав, — прервала его Ирис. — Я действительно забыла потушить свет. — Лампа мгновенно пропала, оставив их в полной темноте. — Ну что, теперь хорошо?
— Но… но ведь на тебе, кажется, нет никакой одежды!
— В темноте отсутствует всякая необходимость поддерживать дурацкую иллюзию юбки и блузки, — ответила она. — Утром, когда взойдет солнце, все будет по новой. Возможно, я использую остатки облака, чтобы смастерить себе новую одежду.