Чтение онлайн

Вторая сущность — земная. Она предполагала в себе способность питаться силой Земли, черпать из нее энергию, благодаря которой можно было перенести сознание за границы реального мира и творить обряды, подобные магическим.

Третья сущность — животная. Давала власть над всем животным миром. Человек оборачивался зверем, становясь частью этого мира, но все же пребывая в состоянии осознанности. Животные подчинялись человеку добровольно, признавая его высшим существом.

Таким образом, созданный Трианой человек представлял собой единство различных ипостасей и считался совершенным. Однако, так как Триана была

свободна, она не могла не дать той же свободы человеку. Он был вправе сам решать, как жить, как пользоваться тем, что дано ему свыше. Он даже был вправе не верить тому, что Триана существует.

Дальше наступает грустная часть повествования.

Предназначением человека Триана видела полное соединение сущностей, умение управлять ими в совершенстве. Человек должен стремиться быть подобным создавшему его божеству, его жизнь должна стремиться к абсолюту. Но человек слаб, свобода выбора уводила его все дальше от великого, к которому надо было прилагать усилия, к малому, повседневному. Вечное заменилось преходящим.

Люди стали все чаще выбирать не по совести, а по удобству, и мир покатился в бездну. Начались распри, войны, великая сила, данная человеку, несла погибель.

Триана не могла лишить человека всего, но она разделила людей, создала разницу между ними. Кто-то вовсе лишился своих сил, остальным досталось только по одной сущности. Так появились оборотни, ведьмы, маги и обычные люди.

Такие различия породили отчуждение, все стали собираться в группы и кланы по способностям. Так образовались новые города и поселения. А потом началась война за территорию.

Война между магами и оборотнями. Ведьмы не вступали в нее, они сильно уступали в количестве и не считали войны способом достижения целей. Потому они перекочевали как можно дальше от мест, где проливалась кровь, и заняли территорию под названием “Галионские поля”, сейчас там находится город Галион и близлежащие небольшие городки и поселки.

Я отрываюсь от книги, произнося вслух:

— Галион…

Это город, в котором я родилась, так говорила мама. Место, где мы жили дольше всего, около трех лет, и только потом начались бесконечные переезды. Что, если Галион до сих пор является городом, где живут ведьмы? И папа учился у них колдовству?

Я трясу головой. Допуская эти мысли, я, значит, допускаю и то, что все, рассказанное в этой легенде — правда? У меня нет ответа на этот вопрос, потому я продолжаю читать, решив подумать обо всем потом.

Войны, начавшиеся между оборотнями и магами, были кровопролитными. Никто не хотел уступать, каждый хотел забрать власть в свои руки. Триана, увидев творящееся на земле, пошла на еще одну меру. Она создала удерживающую силу.

Раз в пятьсот лет среди магов и оборотней будет рождаться великий. Если великий маг убьет великого оборотня, то все остальные из его клана погибнут следом за ним. И в то же время этот вожак будет неприкосновенным для других. В разы сильнее всех оборотней, обладающий непревзойденной ловкостью, умом, заставляющий других терять способность двигаться от его взгляда…

Даже самая сильная магическая атака не убьет его, ни ведьмовское заклинание, ни кол, загнанный в сердце. Полученный от Трианы дар будет возвращать его к жизни, пока она не подойдет к своему логическому завершению сама. Или пока великий маг не убьет его.

—

Какой кошмар, — бормочу я. — Неужели это могло сработать?

Оказывается, могло. Первый же маг уничтожил целый клан волков, и наступило затишье на долгие века. Оборотней почти не осталось, их задачей стало — выживание, размножение, чтобы их род совсем не угас. Им приходилось соединяться с обычными людьми, это ослабляло их способности к обращению.

Клан оборотней стал слабым и оказался в подчинении у магов. Они были расселены по всей земле, чтобы их легче было контролировать, не давать объединяться снова.

И наступил мир.

Я снова отрываюсь от книги, глядя перед собой. Это все так… ужасно. Просто невозможно представить, что такое могло быть в реальности.

Если верить легенде, каждые пятьсот лет рождались новые великие маг и оборотень. Но маги были готовы, и что они делали? Я ежусь, вжимая голову в плечи. Скорее всего, убивали. Наверняка, проверяли всех, кто рождался в нужный год, следили, или даже забирали в тюрьмы. А когда находили того самого…

Я вспоминаю историю, которую нам преподавали в школе. Мы никогда не изучали тщательно оборотней или ведьм, но я точно помню, что там было о них: оборотни — не до конца изученный подвид соединения человека и животного, склонные к массовой смерти.

Примерно раз в пятьсот лет почти весь род оборотней полностью вымирает от нового заболевания, которое обычные люди переносят легко или вовсе не болеют им. Отчасти поэтому контакт с оборотнями являлся крайне нежелательным. Они считались переносчиками неизвестных заболеваний, которые могли принести вред человечеству.

На глазах появляются слезы, я крепко сжимаю книгу в руках, не замечая, что мну листы. Это же просто подлость, жестокость, которую невозможно ничем оправдать! Каждые пятьсот лет маги убивают тысячи ни в чем не повинных оборотней только ради того, чтобы жалкая кучка людей из Академии не потеряла власть, сосредоточенную в их руках.

Магия неконтролируемым потоком несется по телу, отчего меня бьет крупная дрожь. Мне хочется кричать, вопить во все горло, чтобы выпустить ту боль, которая скапливается в груди. Но я не могу кричать здесь, только не здесь.

Отбросив книгу, мычу сквозь зубы, резко ударяя кулаками по сторонам от себя. И тут же неведомая сила поднимает мои руки, заставляя раскрыть ладони. Блестящий фиолетовый свет струится, заполняя комнату. Меня трясет так сильно, я чувствую, что скоро потеряю сознание. Я уже не вижу комнаты, только фиолетовый дым. Не могу сжать ладони, не могу остановить происходящее, пот катится по лицу, все мышцы напряжены до предела. А потом я слышу голос мамы в голове:

— Теперь это все твое, Ада. Вся сила. Сделай правильный выбор.

Следом дым скручивается в два вихря и за считанные секунды возвращается через ладони обратно в меня. В голове мутнеет, и я теряю сознание.

Стук в дверь вырывает меня из небытия. С трудом разлепив глаза, сажусь на кровати, рядом со мной оказывается Ивера.

— Ты что, спишь? — удивленно спрашивает. — Ну и духота тут у тебя.

— Ты что-то хотела? — звучит грубовато, но мне сейчас не до учтивости. Голова болит, в горле пересохло, и я все еще чувствую себя не очень.