Чтение онлайн

Может, Ильмира и объяснила бы, но Этелреду на мои проблемы в высшей степени начхать - он снова повернулся к Грентвигу:

– Что ж, я согласен. Я даже Камень дам. Но как ты понимаешь, Мастер, даром ничего не дается.

– И твои условия?

– Всего одно, Мастер, всего одно... Есть у меня один...
– он чуть замялся, - человек. Я хочу, чтоб он в этом вашем походе участвовал. Сразу скажу: возможно, он больше подойдет для той роли, которую ты планируешь, чем Меченосец.

На сей раз Грентвиг задумался надолго. Наконец он кивнул:

– Что ж, это справедливо. А в Ущелье...

–

В Ущелье с Меченосцем пойду я, - Ильмира, как всегда вмешалась неожиданно, но так, что спорить никому и в голову не пришло.
– А может быть, и в Зачарованный. Я знаю, о ком ты говоришь, отец. Думаю, он откажется.

На сей раз онемели и позеленели оба старикана - одному явно не хочется дочку отпускать в гиблые места с бандитом-зятем, второй подозревает, что в этом случае первую скрипку играть буду уж никак не я. Да чего уж говорить, если даже я онемел, а у Малыша на физиономии выразилось такое сомнение, что ни в сказке сказать, ни тем более пером описать. Хотя от Ильмиры, наверно, и надо было чего-то такого ждать...

Этелред наградил меня еще одним инквизиторским взглядом, но промолчал, Грентвиг тоже явно сглотнул ругательство:

– Кого ты еще с собой берешь?

– Никого. Ильмира, Малыш и я. В крайнем случае, - я подчеркнуто вежливо поклонился Этелреду, - твой предполагаемый кандидат.

Наверно, дело бы все равно кончилось тем, что мы наговорили бы друг другу гадостей - а как без этого?
– но тут в дверь кто-то забарабанил. На пороге обнаружился Перл, которому я даже обрадовался. Этелред угрюмо на него глянул:

– Что еще у тебя?

– А ты нас, предводитель, на разведку посылал, выяснить, значит, не ходят ли тут чужаки всякие, а то нам ведь тут никого чужих не надо, нам тут своих хватает, ну, мы и пошли на восход, к перевалу, чтоб всякие чужаки там не ходили, ан, смотрим - чужак-то и идет, и не из наших, и не из ихних, - кивнул он на нас с Малышом, - а ты, значит, предводитель, говорил, чтоб всяких чужаков к тебе, только вот зачем - не пойму, нам же тут никого чужих не надо, нам тут своих хватает, а если не из наших и не из ихних, то значит, точно чужак...

Все, кто такое в первый раз слышит, как правило, шалеют. Я чуть не заржал, глядя на удивленные лица моих спутников, но Этелреду явно не до смеха - рявкнул:

– Короче! Где этот чужак, кто, откуда?

– Да здесь, а где ж ему еще-то быть - ты ж сам сказал, чтоб чужаков всяких к тебе тащить, мы и притащили, хоть нам тут никого чужих и не надо, нам тут своих хватает, а он, значит, чужак, из Серых, наверно, раз он не из наших и не из ихних, а Серые-то, понятно, не здешние, горы эти совсем не знают...

– Давай его сюда, - прервал словесное извержение Этелред.
– Мастер, вам, наверно, тоже его поспрашивать интересно будет?

Грентвиг кивнул, а я поднялся:

– Только не мне. Мне с утра пораньше в Ущелье топать.

– А что ж не сегодня?
– нахмурился Грентвиг.

– А то, что идиотские упражнения мокрую тряпку из меня сделали. А еще - я идиот, но не настолько, чтоб в Ущелье на ночь глядя лезть. Все. Спокойной ночи. Ильмира, ты как?

– Я с тобой.

– И я, пожалуй, - сообщил Малыш, поднимаясь и чуть пригибая голову, чтоб не задевать низкий закопченный потолок. Я отвесил оставшимся шутовской поклон

и вышел, щурясь от неяркого света. Может, этот Серый и скажет что-то любопытное, но присутствовать на допросе я что-то не хочу. Неприятные ассоциации, знаете ли...

Дождь затих и небо слегка посветлело, но все равно сыро и холодно. И плащ не спасает. Но в хижине оставаться не тянет, поэтому побрел я, куда глаза глядят - а глядели они на север, там хоть уродливые постройки Прокаженных не так густо торчат. И говорить не хочется - настроение препаршивое. Вот, спросить, какого лешего я опять в какую-то странную историю лезу? Ладно, шут с ним, мое дело маленькое. Мое дело - прокукарекать, а там хоть и не рассветай.

Ильмира нарушила молчание:

– Недалеко хижина свободная. Пойдем туда?

Я кивнул и двинулся за ней. Как-то все время забываю, что она слепа... Малыш нагнал меня, негромко, но одобрительно заметил:

– Я смотрю, ты этих боссов застраиваешь потихоньку?

Я сунул в зубы сигарету:

– А ты думал? Раз пошла такая пьянка - буду выеживаться до последнего...

– Как провинциальный тенор, - поддел Малыш. Я только отмахнулся и хрюкнул.

Хижина оказалась неподалеку, и даже снаружи сравнительно чисто выглядела. А уж изнутри - даже этелредова резиденция в сравнении с ней хлев, и в очаге огонь горит, на что я сразу купился. А у очага возилось нечто, которое мне через несколько секунд не без труда удалось идентифицировать как женщину. Малыш - тот аж передернулся. Да и я, сколько уж на этих Прокаженных смотрю, а привыкнуть никак не могу...

По какому-то тайному сигналу Ильмиры Прокаженная улетучилась, а Ильмира повернулась ко мне:

– Здесь спокойней, чем у отца, - и чуть улыбнулась. Улыбка предназначалась исключительно мне, Малыш ее даже не заметил. Хоть слегка от сердца отлегло... Единственное место, где мне еще рады. Можно сказать, в семью вернулся... Ильмиру-то, кстати, не пугает, что я потихоньку монстром становлюсь? Хотя, с другой стороны, связалась с запредельщиком - потом не плачь...

Я скинул плащ и потащил через голову перевязь. Малыш сосредоточенно разглядывал застежку - эмблему Лиги:

– Милейший зверек. И улыбается хорошо - все зубы видать.

Пальцы Ильмиры ощупали брошь:

– Да, соответствие есть... Отец Драконов - это имя мне знакомо.

– Ладно, - прервал я, мокрой кучей плюхнувшись на топчан у стены, - обо всякой геральдике и скрытом предопределении хоть до утра рассуждайте, только, бога ради, не при мне. Лучше выпьем.

Я отстегнул от пояса вместительную флягу с югранским пойлом, протянул Ильмире, она хлебнула, поморщилась:

– Слишком крепко. Как вы такое пьете?

Я щелчком отправил окурок в очаг:

– Честно говоря, я б сейчас со всем удовольствием нажрался, как сука, упал мордой в одуванчики и захрюкал.

– Аналогично, - хохотнул Малыш.
– Хрюкающая сука - это нечто... Слушай, Ученик Чародея, пока время есть, ты хоть посвети, куда нам лезть и чего там ждать. Как я понял, совсем не курорт.

– Правильно понял. Зачарованный я толком не знаю, только Тропу, а нам в самую кашу лезть. В общем, я себе это так представляю: вопрос в том, сколько мы продержимся, прежде чем нас сожрут.