Проект Плутония
Шрифт:
Девушка достала из упаковки куклу и разложила рядом её принадлежности. Расчёску, сумочку, одежду. А после стала одевать.
Она с огромной тщательностью подбирала кукле гардероб, чтобы совпали все оттенки, и чтобы нравилось.
«Похоже, я занял её на целый день», поднялся Карлсон, схватившись за спину.
«Проклятый радикулит, - подумал он.
– Я скоро разогнуться не смогу». И поковылял на кухню, где сделал себе кофе со сметаной, как он любил. Сметана делалась из порошка на химзаводе. Он так привык, что, раз пробовав настоящий кофе, не смог
Он сделал парочку глотков и выдохнул. Как тут явилась Юлька. Она была немного возмущенной.
– Ты куда пропал? – Толи злилась толи жаловалась она.
– Идём играть, я всё распаковала. Ты кем будешь? Её парнем или питомцем?
– Походу питомцем, хнык-хнык, - в шутку хныкал Карлсон. – Не дали кофе выпить.
– Идём, там интересно, - она его тянула за собой.
Там была раздетая кукла и все её элементы одежды, сложенные по порядку. Отдельно бусики, отдельно юбочки, отдельно туфельки, отдельно сумочки. А рядом были питомцы. Собачки, кошечки, какой-то дикобраз.
И Юля стала методично подбирать ей образ. Смотреть на это можно было бесконечно, как на работу профессионала.
Она была внимательна к деталям. И подбирала исходя из моды. Верней из своего о моде понимания.
«Походу для Юльки всегда в моде розовый», подумал Карлсон и сделал последний глоток своего порошкового кофе. Он посмотрел в пустую чашку, и захотел налить ещё. Но Юля не пускала. Она ему вручила пуделя и пластиковую расчёску.
– Расчеши, - сказала она, сама продолжив одевать свою куклу.
Она надела на куклу мини-юбку, разглядывая её длинные пластиковые ноги и поглаживая их, а после надела на каждую из них туфельку. За этим можно было наблюдать хоть вечно.
Но тут она заметила, что Йоган не слишком и старается расчёсывать собачку.
Малышка сдвинула брови и строго проговорила:
– Ну что ты делаешь!? Смотри ему не нравится!
– Конечно, он же пластиковый.
Но замечание Карлсона осталась без внимания. Она посадила собачку как ей казалось поудобнее и стала очень бережно расчёсывать.
– Смотри, вот так, вдоль шерсти, видишь он сразу улыбнулся.
– Он улыбается с тех пор, как ему эту улыбку нарисовали.
– Так! Ты ничего не понимаешь! Плохой дядя Карлсон, плохой. Хорошая Чуча, хорошая.
– Гладила она собачку.
«Лучше б ты меня погладила», подумал Йоган и получил в одну руку расчёску с настойчивой рекомендацией чесать собачку правильно.
А Юля тем временем продолжила одевать куклу. Она очень бережно и аккуратно застегнула на той бюстгальтер, а после точно также надела блузку и подобрала сумочку.
Малышка посмотрела на Йогана своими большими глазами и показала ему куклу.
– Скажи, только правду, кто из нас красивее?
– Сверкнула зубками она.
– Ты, - она и вправду в этот миг казалась красивее всех на свете. Красивее звёзд на небе и красивее всех его фантазии. Он слышал её голос и смотрел на её руки, на плечи, на лицо. Она казалась идеальной.
«Юлечка, прости не знал, что ты настолько
красива». Но его ответ её расстроил:– Нет, - просюсюкалась она.
– Смотри какая же Лили красотка. А я ведь даже не накрашена.
– Прости, я не заметил. Мне показалось ты прекрасней всех.
– Да ну с тобой играть, - обиделась малышка, и отложила куклу в сторону.
Йоган не понимал, чем так её обидел, но вспомнив кто он и чем занят, воспользовался паузой и пошёл на кухню. Где сделал себе кофе.
«Я слишком стар для этого дерьма, - подумал он.
– С детьми я сроду не играл. Под сраку лет уже наверно поздно. Хотя мне ещё светит с внуками играть».
Но тут пришла она, и вновь обиженно посмотрела на него.
– Ну ты чего убежал?
– Сюсюкалась малышка.
– Мы же только начали.
– А я уже устал, – ответил правду Йоган.
– Не уставай так быстро. Хочешь, я сделаю тебе массаж, ты сразу отдохнёшь.
И Йоган протупил, и после сожалел об этом:
– Нет, - он с тяжестью вздохнул и медленно поковылял за ней играть.
Теперь уже не в куклы. Они играли в лошадь. И лошадью был он. Таскал малышку на своём горбу по лаборатории. А после читал ей сказку. И лишь когда она уснула, он наконец пошёл допить холодный кофе.
«Понимаю мамочек, - с грустью думал он. – Ни секунды свободы». Но лишь допив, услышал, как открывается входная дверь. Она открылась с шипением работающего пневмодвигателя.
На пороге появился профессор Хан. Он был в плаще поверх халата и в старомодной чёрной шляпе. Профессор поёжился от холода и отряхнул себя пылинки и капли росы.
– Погода ни к черту, - проговорил профессор, глядя на Йогана.
– Какая там погода, мы же под ледником? – Удивился тот. – Мы сами себе её выбираем. Хочешь включи на целый день освещение, а хочешь целый день темноты.
– Да я по привычке. Не обращай внимания на моё старческое нытьё по поводу погоды.
– А-а-а-а-а, - всё понял Йоган и улыбнулся. Он глянул в комнату, где спала малышка. Юля тоже улыбалась и обнимала куклу.
– Ну как прошло? – Спросил профессор, проходя на кухню.
– Кофеём угостишь?
– Да-да конечно, - Йохан поспешил заварить ему кофе. Периодически поглядывая на спящую малышку.
Та спала плохо и во сне крутилась, случайно оголив свою лодыжку, и приковав тем самым внимание Йогана. Испугавшись, что профессор заметит куда он пялиться, Карлсон притворился что смотрит в другую сторону.
– Ну как она?
– Спросил профессор.
– Спит, - коротко ответил Йоган.
– Да вижу я, что спит. Она что-нибудь вспоминает?
– Ничего. – Покачал головой Йоган. – Считает себя пятилетней. Всё вспоминает маму и море, а сама не помнит, как сюда попала.
– Это отлично, - улыбнулся Хаммер, отпив немного кофе.
Возникла пауза, но Карлсон отлично знал, чем её заполнить. Он всё продумал до мелочей.
– Я нянькой к вам не нанимался, - сказал он твёрдо.
– Я не собираюсь с ней играться и учить рисовать.