Проект «Парадокс»
Шрифт:
Парню был прямой путь в один из множества аналитических отделов разведки, где он, получая зарплату ниже среднего, спокойно просуществовал бы до старости. Однако еще три года назад сверху поступила разнарядка – все выдающиеся результаты тестов направлять вместе с копией личного дела в Генеральный Штаб Министерства Обороны РФ с грифом «секретно» и пометкой «начальнику Генштаба РФ». Руководитель военкомата почесал затылок и вызвал секретаршу.
– Слушаю, Виталий Андреевич.
– Лена, помнишь того парня, Александрова? Которого я сватал в ГРУ?
– Конечно, самые неоднозначные результаты тестирования. Вы еще сказали, что для ГРУ он не подходит.
– Этого мы уже не узнаем. Попроси Кешу отвезти тебя в Генштаб, –
10 января 2076 г.
КНР, г. Пекин, правительственный квартал Чжуннаньхай
Два человека сидели в беседке на берегу озера и молчали. Невысокий, с проседью в висках Чоу Чан был заместителем председателя Центрального Военного Совета КНР, одним из первых лиц государства. Лю Цун, подвижный, средних лет политик раскачивался взад-вперед. Легкий ветер рябил водную гладь. Наконец, Чан нарушил молчание:
– Я принял решение, Лю. Я не хочу.
– Брось, Чоу, – с жаром вступил в диалог второй, – в политику просто так не рвутся. Я-то знаю.
– Я не политик, я – военный. И с гораздо большим удовольствием находился бы сейчас на передовой, а не протирал штаны перед десятью мониторами или перед мордами Всекитайского собрания народных представителей.
– Хорошо, предположим, ты не рвался, ладно. Но ты же не отказался от поста председателя ЦВС [5] , – Цун нервно подмигнул и вытер пот со лба.
5
Центральный военный совет компартии Китая.
– Естественно, не отказался. Уж лучше я взвалю на себя эту ношу, но буду спокоен за страну. Представь, что бы было, если бы совет возглавил этот болван Лао или даже Ли. Я бы трясся, вставая с кровати каждое утро, и встречал бы каждый день как последний.
– Да уж… Я бы, наверное, зарезервировал место в ближайшем шаттле на Луну… – Цун рассмеялся, но резко перешел на деловой тон. – Я прекрасно понимаю твою мотивацию, Чоу. Я знаю, что ты не охоч до власти и терпеть не можешь политиканов. Но у нас нет выбора…
– Выбор всегда есть, Лю.
– Чоу, ты понимаешь, на грани чего мы стоим? У нас демографический коллапс, и страна катится прямо в пасть дьявола. Нам нужна жесткая рука. По моей информации, готовятся три крупномасштабные акции протеста, по сравнению с которыми Тяньаньмень-89 [6] покажется сахарной пудрой.
– Ну вот и что? Что я могу сделать? Чем мое появление в кресле генерального секретаря ЦК компартии Китая изменит ситуацию?
– Ты прекрасно понимаешь, чем. Нынешний председатель слаб, и разные хунты уже начали грызню за его место. Больше того, посмели раскрыть рот демократы! Ни разу, ни разу за все время существования Китайской Народной Республики демократы не позволяли себе претендовать на что-то, кроме пары-тройки кресел в собрании народных представителей. Истинно говорю тебе, Чоу, если мы ничего не сделаем, через два-три года стране конец. Любишь ли ты Китай так, как люблю его я? Тогда сделай то, о чем я тебя прошу. И еще…
6
В 1989 году на площади Тяньаньмень в Пекине несколько недель подряд шли массовые демонстрации и акции протеста. Основными участниками демонстраций были студенты. Акция 4 июля была разогнана с применением боевого оружия. Погибли тысячи людей.
– Да? – Чоу Чан внимательно посмотрел на собеседника.
– Я нашел доктора, который сможет помочь твоей жене… Вот его контакты, вам нужно будет полететь в Москву.
Вот координаты счета, на котором лежат деньги для оплаты операции.– Не нужны мне твои деньги! – огрызнулся военный.
– Еще как нужны. Ты слишком честный, чтобы брать взятки, а на такую дорогостоящую операцию никакого государственного жалования не хватит.
Чоу Чан опустил голову. Снова воцарилось молчание. Когда пауза стала неловкой, Чан поднял глаза на Цуна.
– И что, ты хочешь, чтобы я выполнил твою просьбу в обмен на эту услугу?
– Нет, Чоу. Ты должен выполнить мою просьбу, чтобы наша некогда великая страна поднялась с колен. Эта услуга оказана тебе для того, чтобы твое сердце было спокойно, а разум не отвлекался на проблемы не мирового масштаба. Вне зависимости от того, примешь ты мое предложение или нет, ты можешь вылечить супругу.
– Спасибо.
– И еще, я помню, как ты любишь французское вино, – с этими словами Цун достал из своего портфеля изящную бутылку, – выпей за наше здоровье.
– И снова спасибо, Лю, – произнес Чан, взглянув на подарок. Это действительно было Бордо, его любимый напиток.
– Не за что, Чоу. Если ты присоединишься к нам, спасибо мне скажут потомки, – с этими словами нервный человек поднялся и пошел к автомобилю. Чоу Чан наклонил голову и смотрел на озеро. Чан не мог видеть лица Цуна, который садился на заднее сиденье роскошного «Джили» [7] . Лю Цун улыбался.
14 мая 2077 г.
7
К 2040-м годам китайские автопроизводители набрали достаточно сил для проектирования люксовых моделей. С тех пор китайские лимузины ни в чем не уступали европейским и американским. Флагманом класса люкс стала компания «Джили» из Ханчжоу.
Россия, г. Богородск, комплекс объекта «Парадокс»
Артем поморщился. Из закрытого на ремонт левого крыла здания снова тащили какие-то стройматериалы. Причем по выправке тех, кто эти стройматериалы тащил, было понятно, что простых рабочих в левое крыло не подпускают на пушечный выстрел. В пользу этого предположения говорило и то, что у входа стоял пост вежливой, но вооруженной охраны. Из любопытства Артем уже несколько раз пытался разнюхать обстановку, однако ему мягко, но настойчиво рекомендовали развернуться и заняться своими делами.
«Ну и пошли они, – подумал Артем, – в свое время я все узнаю». Его окликнули. В дверном проеме стоял суровый генерал Троекуров. Человек, которого Артем не без оснований считал своим мучителем, однако при этом безмерно уважал.
– Александров, если мне не изменяет память, а она мне почти никогда не изменяет, у вас через три минуты начинается занятие по технологиям ранних цивилизаций.
– Так точно, мой генерал!
– Вместо того чтобы язвить, рекомендую поспешить на занятие. Если ровно в 10:00 вас не будет в кабинете, получите два наряда вне очереди. Похоже, вы забываете, что являетесь военнослужащим по контракту. Тут не богадельня и не курорт. Марш, марш!
Кабинет находился на третьем этаже в конце правого крыла, а до начала занятия оставалась одна минута. Артем рысью кинулся наверх по лестнице, осознавая, что за оставшееся время не успеет преодолеть четыре пролета и огромный коридор.
В 10:01 Артем влетел в кабинет и сел на первую парту рядом с двумя курсантами. Голос генерала из динамика объявил: «Два наряда на кухне, Александров. Надеюсь, вы нас не отравите». Все находящиеся в аудитории не смогли сдержать улыбки, даже Артем. Помимо трех человек за партой, в помещении находился лишь сморщенный старичок, который лукаво смотрел на молодых из-под очков.