Чтение онлайн

В центре комнаты стояла мраморная ионическая колонна метровой высоты. На ней покоился стеклянный контейнер, в котором находилась статуэтка четырехрукой женщины из голубого топаза. В одной ее руке был меч, с которого постоянно капала красная жидкость. Под мечом находилась небольшая деревянная формочка, в которую эта жидкость собиралась.

Перед колонной на коленях сидел человек с бледным лицом и большим шрамом на левой щеке. Он был одет в бесформенную красную рясу, перепоясанную бечевкой. Верхнюю часть его лица скрывал капюшон. Человек молился. Если бы в комнате были посторонние, они вряд ли услышали бы его речь. Краем уха они уловили бы извинения за предыдущие провалы, коих за полтысячелетия набралось великое множество. Еще, возможно, они бы услышали, что завет Богини все-таки будет исполнен, так как все обстоятельства складываются благоприятно.

Закончив

молитву словами «Джайя, Кали ма! [25] », человек подошел к сундуку в углу комнаты и достал оттуда богато украшенную драгоценными камнями золотую чашу. Затем он приложил палец к считывающему устройству в колонне, которое определило его отпечаток и взяло пробу ДНК. Крышка из закаленного стекла отъехала в сторону. Аккуратно, едва дыша, человек в рясе достал формочку и перелил ее содержимое в чашу. После этой манипуляции емкость была возвращена на место. С легким шипением крышка вернулась на место.

Раздался стук в дверь.

– Настоятель! – послышалось из-за двери.

– Я же просил не беспокоить меня во время молитвы, – недовольно ответил тот, кто был в комнате.

– Простите, но вам пришло важное сообщение. То, которое вы ждали.

– Откуда?

– Из Китая.

– Хорошо, спасибо, я подойду через пятнадцать минут.

– Джайя, Кали ма!

– Кали ма! – ответил настоятель, и за дверью послышались удаляющиеся шаги. Этот показной фанатизм братьев сначала его забавлял, но сейчас начинал надоедать. Впрочем, один в поле не воин, так что приходилось подыгрывать.

Человек в рясе, которого все называли настоятелем, сел в позу лотоса, взял чашу обеими руками и с улыбкой отхлебнул из нее. Его настроение улучшалось с каждой секундой. План, который оформился более ста пятидесяти лет назад, наконец-то начинал срастаться. Главное – не торопиться. Поторопились в 1914 году в Сараево, поторопились в 1917 году в Петрограде, поторопились в 1939 году в Берлине, поторопились в 2035 году в Москве. Теперь же торопиться некуда, нужно просто грамотно проанализировать ситуацию и повернуть ее в свою пользу.

01 декабря 2077 г.

США, штат Иллинойс, г. Чикаго

Юбилейная конференция журнала «Bulletin of the Atomic Scientists» [26]

У американцев с чувством юмора все в полном порядке! Спустя два года после производства двух первых (и пока последних) сброшенных на людей атомных бомб, ученые из Чикагского университета (создатели этой бомбы) начали издавать свой журнал, посвященный ядерному апокалипсису.

В основу журнала и этой идеи был положен красивый образ – часы Судного дня, показывающие «время» до наступления глобальной ядерной войны, где ядерную войну обозначала полночь. Каждый год совет, состоящий из редакции журнала и приглашенных экспертов, в котором всегда было не меньше десяти лауреатов Нобелевской премии (не в области литературы, разумеется), оценивал текущее развитие ядерных технологий и международную обстановку на планете. На основании их выводов принималось решение о том, передвигать ли минутную стрелку на этих часах. Каждый раз это было масштабное событие, которое проводилось с большой помпой и транслировалось по многим телеканалам, а с определенного времени и в интернете.

Изначально, в 1947 году, часы показывали без семи минут полночь. За сто тридцать лет существования журнала стрелки передвигались более сорока раз. Ученые не всегда успевали реагировать на события. К примеру, всеми историками признавалось, что ближе всего к третьей мировой войне человечество было 27 октября 1962 года, во время Карибского кризиса.

Однако в связи с тем, что редакция журнала не успела собраться, а кризис был довольно быстро урегулирован, минутную стрелку не передвигали. К 2077 году, а это был сто тридцатилетний юбилей часов Судного дня, самым близким к полуночи было значение «без двух минут» (1953 год, успешные испытания термоядерных бомб США и СССР), самым далеким – «без семнадцати минут» (1991 год, распад СССР).

Многие эксперты гадали, какое же значение будет указано на сей раз. Последнее изменение произошло в 2073 году, часы показывали «без пяти минут полночь». Очевидно, что после заявлений нового президента и перестрелки на границе между Индией и Пакистаном, должны были последовать какие-то изменения. Тем не менее, обстановка была праздничная. Близилось рождество, экономика США медленно, но росла.

Главный редактор журнала Рудольф Оокле с улыбкой вышел на сцену и подошел к большому макету часов Судного дня.

– Дорогие коллеги, друзья, – начал он, – сегодня мы хотели бы представить вам юбилейный, сто тридцатый выпуск нашего журнала. Думаю, мои предшественники порадовались бы, услышав мои слова. Они явно не ожидали, что мир протянет так долго.

Все засмеялись и зааплодировали. Оокле остановил аплодисменты взмахом руки.

– Сорок с лишним лет назад мы решили собираться здесь не как раньше – время от времени, а ежегодно – первого декабря и оценивать шансы мира на выживание. Об этом не стоит забывать. По нашим оценкам, в мире на боевом дежурстве сейчас находятся ракетные части с 3500 ядерными боеголовками. Каждая из них является частью носителя, будь то авиабомба, межконтинентальная баллистическая ракета или тактический артиллерийский снаряд. Один мой русский коллега подобрал очень меткое сравнение. В России есть занятное лакомство, клюква в сахарной пудре. Кстати, всем рекомендую, очень вкусно. Так вот, в сахарную пудру добавляется крахмал, она немного твердеет и образовывает оболочку вокруг мягкой красной ягоды. Скорлупу. Но эту скорлупу очень легко раздавить, чуть-чуть сжав пальцы. И тогда они окрасятся в красный цвет. Мир на земле – это хрупкая сахарная оболочка, под которой скрывается красная ягода ядерного апокалипсиса. И раздавить эту оболочку может кто угодно в любой момент. После этого мало не покажется никому. Мы вновь, как и всегда, призываем мировое сообщество к разоружению и миру на Земле. Пока что дела обстоят так…

Оокле подцепил длинную стрелку рукой и передвинул ее на минуту вперед. На циферблате – без четырех минут полночь. Защелкали вспышки фотоаппаратов, главред журнала терпеливо всем попозировал, а затем направился к шведскому столу. Люди продолжали веселиться, болтать, уплетать еду за обе щеки. Люди продолжали жить.

15 мая 1615 г.

Англия, г. Лондон

Сэр Вильям Поттер, доверенное лицо короля, кавалер благороднейшего ордена подвязки, владелец четырех мануфактур и огромного личного состояния, настоятель самой могущественной британской секты, лежал на кровати, уткнувшись лицом в подушку, и плакал.

Шрам на его мертвенно-бледной щеке раскраснелся и горел адским пламенем, слезы душили его, а редкие судорожные вдохи и выдохи не позволяли даже принять сидячее положение.

В один прекрасный момент после своей трансформации из невнятного купчины с брюхом, подметающим пол, в серого кардинала английского двора, образец стойкости, выдержки и обаяния, Поттер решился на дерзость. Он понимал, что трансформацией этой он обязан загадочной статуэтке из голубого топаза. Но также он понимал и то, что перестал быть хозяином собственной воли. Он стал исполнять то, что уже было кем-то предрешено, и иногда его просыпающийся разум, тот, прежний Вильям, пытался до него достучаться и кричал, кричал, кричал… Кричал о безмерной жестокости, о невероятной беспринципности, о том, что не хочет превращаться в чудовище. Поттер задумался, крепко задумался. И пришел к выводу, что статуэтка просто разбудила его чрезмерный потенциал, что он способен прогрессировать дальше без нее, став вершителем своей судьбы.