Продать душу дьяволу
Шрифт:
Даня продал ее как какую-то вещь!.. Дышать сразу же стало нечем, и Кира стянула толстовку. И плевать ей было на то, что осталась в одном бюстгальтере. Кого ей тут стесняться, перед кем вести себя прилично? Перед торговцами живым товаром, каким по сути и были Макс с Ольгой. И не важно, что «купили» ее они для себя. Факт остается фактом, а она из замужней женщины, у которой еще недавно была, как она думала, счастливая жизнь, превратилась в жертву чужой игры, в разменную монету. Макс вдруг захотел развлечься, за что в состоянии хорошо заплатить. А Даня не смог устоять перед искушением. Есть ли такому оправдание? Нет! И быть не может! Отчетливо Кира поняла одно, как сильно она ненавидит мужа.
Даня заключил сделку с дьяволом! – от этой мысли дрожь пробежала по спине, и Кира снова натянула толстовку. А потом еще раз, в последний, как решила для себя, набрала номер мужа. Абонент все еще был недоступен – Кира поняла, что телефон муж просто-напросто выключил, чтобы она не докучала. Ну правильно, оправдываться-то нечем. Сволочь – он и в Африке сволочь.
Тело вдруг стало таким слабым, что она буквально повалилась на кровать. Подтянув ноги к груди, обхватила их руками.
В доме царила тишина, а с улицы доносились слабые звуки веселья. Оно все еще не затухало, как поняла Кира. Вот пусть так и будет – вечный ведьмовской шабаш на развалинах ее жизни. Только это теперь ей и светит. Ну и пока они что-то там празднуют, она может думать. Хотя, что тут думать. Годами она пыталась свить уютное гнездо и построить семейное счастье. А с кем? С тем, кто запросто смог продать ее, сам лично подложил ее под другого мужика. Господи, как же противно!
Кира соскочила с кровати и подбежала к окну. Высота приличная, и под окнами растет какой-то колючий кустарник. Была охота ломать шею. Ради кого или чего? Как жить дальше, когда все это закончится, ей еще только предстоит придумать. Теперь у нее нет дома, нет мужа… Есть пара подруг, которым даже рассказать всего она не сможет, потому что стыдно. И еще родители за пятьсот километров отсюда – в глухой провинции, из которой она давным-давно с таким трудом вырвалась. Нет, к родителям она точно не вернется!
Опять прошиб озноб от унылой картины осени за окном. Кира забралась под покрывало и не заметила, как уснула.
Глава 5
Пробуждение было тягучим и тревожным. Таким же стал и сон. Длинный ли, короткий, Кира не знала. И что снилось, не запомнила. А когда распахнула глаза, в комнате царила темнота. И тишина, нарушаемая тиканьем настенных часов, которые тоже не получалось рассмотреть.
Стоило только перевернуться на спину, как тишину нарушил спокойный голос Макса:
– Как будешь коротать остаток ночи? Горазда же ты спать…
Кира испугалась – села в кровати и вжалась в спинку. Не сразу получилось найти взглядом говорившего. Но именно в этот момент комнату залил лунный свет, выхватывая из темноты Макса, сидящего в кресле у противоположной стены. И как давно он туту сидит? А главное, зачем? Хочет ли он немедленно получить то, за что заплатил ее мужу?
– Что молчишь? Боишься меня?
Он не сделал попытки встать из кресла и приблизиться к кровати. За это Кира ему была даже благодарна.
– Нет, – ответила она.
Не станет она бояться ни его, ни эту Ольгу. Пусть сами себя боятся, а она постарается с честью выдержать это испытание и вернуться в нормальную жизнь, не став моральным уродом.
– И правильно. Бояться
тебе нечего. В моем доме тебя никто не обидит…Ну это смотря что считать обидой. По сути, оскорбили ее уже по-всякому. Изобретательно, жестоко и откровенно. Можно ли на это обижаться? Наверное… Но Кира только злилась, чему была рада.
– Понравилась ли тебе комната? – задал Макс новый вопрос.
– А это имеет какое-то значение? – не сдержала Кира усмешки.
– Собственно, нет. Обитать тебе придется здесь большую часть времени. Будешь вести себя благоразумно, запирать тебя не стану.
В его голосе не звучало ничего, кроме равнодушия. Каков же пресытившийся ублюдок! Циничный до безобразия. Пуп земли с подгнившей сердцевиной.
– Как долго я тут пробуду? – собственный голос Кира услышала словно издалека.
В голове отчего-то гудело, хоть в доме и царила тишина.
– Пока не надоешь мне, – последовал спокойный ответ, словно речь шла о сорте картошки на рынке.
– А поконкретнее можно? – сцепила Кира руки в замок, чтобы не дрожали. Еще бы тело не покрывалось противной испариной, как последствием страха. Да, она боялась, хоть и уверяла себя и его в обратном.
– Нет, нельзя. Пока я и сам не знаю… Обычно новизна быстро перестает для меня быть таковой. Но ты же у нас особенная, – теперь он говорил с ухмылкой, и это Кире нравилось еще меньше. Уж лучше пусть остается равнодушным. – С тобой все может пойти не так, как с другими.
– Мне нужно съездить домой за вещами.
– Без проблем. Утром водитель отвезет тебя и даже поможет собраться. Что-то еще?..
– В понедельник мне нужно на работу.
– А кем ты работаешь? – заметила Кира, как Макс подался вперед. На всякий случай вжалась в спинку кровати посильнее. Но ничего не произошло – он остался сидеть в кресле.
– Преподаю в музыкальной школе, – осторожно ответила она.
Кира чувствовала, как накаляется атмосфера в комнате, и понимала, что причина в ней. Нервничала она, а хозяин оставался спокойным как удав.
– Любишь возиться с детьми? – усмехнулся он.
– Люблю работать с одаренными детьми, – зачем-то уточнила она. Вряд ли его это интересует. И уж точно ей не хочется рассказывать ему о себе.
– Работаешь пять дней в неделю? – снова уточнил Макс.
– Да.
– Заметано! Возить на работу и с работы тебя тоже будет мой водитель, – кивнул он и резко встал.
Выброс адреналина не заставил себя ждать, и Кира с ног до головы покрылась липким потом.
– Надо поспать хоть пару часов перед работой, – проговорил Макс и провел по волосам рукой. Жест показался Кире усталым, как и сам Макс. Но жалеть его она точно не собиралась. – За сим покидаю тебя, красавица, – картинно поклонился он. – Хочешь, спи дальше, не хочешь – бодрствуй. На всякий случай запру тебя, чтоб не наделала глупостей. Ну а утром займешься делами, чем ты там планировала…
И все? Он вот так вот просто ушел? Кира не знала, можно ли уже радоваться тому, что получила небольшую передышку. И первым делом она отправилась в душ, чтобы смыть с себя этот противный страх.
– Можете подождать меня в машине, – обратилась Кира к молчаливому водителю, когда тот синхронно распахнул и свою дверцу.
– Не могу. У меня другие инструкции, – коротко бросил он.
– Как хотите, – пожала Кира плечами и выбралась в промозглый утренний туман.
Остаток ночи она провела без сна, слоняясь по комнате, пялясь в окно или просто валяясь на кровати. К тому моменту, когда ей разрешено было покинуть комнату, она уже снова захотела спать. И сейчас находилась в состоянии где-то между равнодушием и сонливостью. По-прежнему все происходящее казалось нереальностью.