Пробужденный
Шрифт:
Эквинокс вопросительно склонил голову набок.
– Ты начинаешь понимать, Майкл Стивенс? Должен ли я тебе это объяснять?
Майкл проигнорировал мужчину и глубже вжался в камень, ощущая размеры силы, действующей против него с помощью мощи каменной песни. Барьер, казалось, был сосредоточен в первых нескольких дюймах стен туннеля, длинный цилиндр связующей энергии, который удерживал скалу вместе, несмотря на все его усилия.
– Ты не можешь победить, Майкл. Ты недостаточно силен.
Майкл понял, что Эквинокс был прав. Что бы ни сдерживало его силу, казалось, он не мог прорваться. Но тогда,
Отказавшись от своих попыток обрушить туннель, Майкл направил каменную песню дугой вверх сквозь скалу, обходя и преодолевая силу, удерживающую туннель вместе. Высоко на утесе он нашел то, что искал, - линию разлома. Зная, что ему нужно действовать быстро, он сосредоточил свою волю, ударив по разлому клином силы каменной песни.
Эквинокс улыбнулся, и его глаза засияли серебром.
– Ты не единственный Пробужденный.
У Майкла было достаточно времени, чтобы ахнуть. Затем от скалы отделился кусок размером с футбольное поле, соскользнул вниз и с грохотом завалил вход в туннель.
35. Серебряные туннели
Майкл продолжал прижимать пальцы к стене, пробираясь глубже в проход. Оползень наполнил туннель облаком удушливой пыли, из-за чего стало трудно дышать и хуже видеть. Выплюнув зернистый порошок, он прикрыл рот рубашкой, крича:
– Лина! Джерико! Вы меня слышите? Где вы?
Где-то в дымке впереди Лина ответила:
– Сюда, Майк!
– Ты видела Джерико?
– спросил Майкл, немного ускоряя шаг вдоль стены.
– Он прямо здесь, со мной, - ответила Лина.
– Продолжай двигаться. Через некоторое время пыль становится не такой уж и сильной.
Майкл продолжал идти. Пыль в воздухе быстро рассеялась, и он смог отнять рукав ото рта. Прямо впереди, у трехзубой развилки туннеля, его ждали Лина и Джерико. Серая пыль покрывала их обоих с головы до ног.
– Это было шумнее, чем я думала, - сказала Лина.
– Я беспокоилась, что ты увлекся и раздавил себя.
– Эквинокс может использовать каменную песню, - сказал Майкл.
– Он боролся со мной, держа туннель открытым. Мне пришлось обрушить половину скалы, чтобы заделать вход.
Глаза Лины расширились.
– Этот тощий старик умеет пользоваться каменной песней? Как это возможно?
Майкл прислонился к стене. Он смертельно устал.
– Я не знаю. Но он сказал, что я был не единственным Пробужденным.
– Больше нет, - сказал Джерико, качая головой.
– Что?
– спросил Майкл.
– Он больше не Пробужденный, - сказал Джерико.
– Люди предложили ему воду из земли и костей. Теперь он использует каменную песню, чтобы красть жизни людей. Он совершает набеги на тропы земли и костей. Он больше не Пробужденный. Он – Предатель.
Майкл сел.
– Ну, это просто супер.
Лина выглядела смущенной.
– Я не понимаю. Кукольные человечки подарили Эквиноксу каменную песню? Зачем им это делать?
– Потому что это то, что они делают, - ответил Майкл с отвращением.
– Эквинокс похож на меня. Он мог слышать музыку в скалах еще до того, как кукольные человечки заставили его выпить из чаши воду, испорченную земной костью. Теперь он может использовать каменную песню.
–
Предатель когда-то был спящим, - продолжал Джерико.– Люди услышали его зов в камне и пришли разбудить его. Затем Предатель пал, потребовав всю силу земли и костей для себя. Этого люди не допустили, и поэтому многие погибли. Смотри, Пробужденный.
– Вскарабкавшись по стене туннеля, как паук, он отколол небольшой кусок камня с серебристыми прожилками.
– Видишь, что сделал Предатель?
Каменная песня нарастала в Майкле, проталкиваясь к осколку.
– Это земная кость, - выдохнул он. Тонкие прожилки из земной кости покрывали всю крышу прохода.
– Как это может быть?
– Может быть, именно поэтому мы можем видеть.
– Лина разглядывала серебристый потолок.
– Мне было интересно, почему здесь так светло.
Майкл моргнул. Во всем этом волнении он даже не заметил странного отсутствия темноты в туннеле. Он более внимательно осмотрел земную кость.
– Земная кость не испускает никакого света, который я могу видеть. Может быть, это как-то связано с нашими мутациями, но думаю, это не имеет значения, пока мы можем найти путь. Что я хочу знать, так это то, что вся эта земная кость делает так близко к поверхности? Я думал, она должна была быть заперта в городе кукольных человечков.
– Предатель.
– Джерико отбросил серебристый обломок в сторону.
– Предатель притягивает это к себе. Он использует каменную песню, чтобы взывать к земле и костям, и они внимают его крику.
– Конечно, - прорычал Майкл, ударяя кулаком по стене.
– Это все объясняет.
Лина нахмурилась.
– Что?
– Разве ты не видишь?
– спросил Майкл, тряся ушибленными пальцами.
– Эквинокс не смог найти город кукольных человечков, поэтому он использует каменную песню, чтобы вытащить земную кость на поверхность.
Джерико кивнул.
– Вот почему старейшины послали людей найти другого спящего, чтобы пробудить его, того, кто мог бы сразиться с Предателем и вернуть нам землю и кости.
Лина уставилась на Майкла, разинув рот.
– Ты собираешься драться с ним?
Майкл рассмеялся.
– Ты что, шутишь? Я не знаю, с чего начать. Эквинокс намного сильнее меня.
– Ты сильнее, - настаивал Джерико.
– Ты - истинный Пробужденный.
Майкл потер виски.
– Ты ошибаешься, Джерико. Я смог перекрыть вход в туннель, только обойдя силу Эквинокса. Думаю, я удивил его.
– Земная кость громко стучала у него в голове, заставляя с трудом думать.
– Мне повезло.
Джерико топнул своей бледной ногой.
– Предатель силен, но его сила определяется его путеводным камнем.
– Он указал на Лину.
– Твой путеводный камень забрала младшая сестра, которая была воровкой. Старейшины освободят его или подарят тебе другой. Тогда ты узнаешь свою истинную силу.
Губы Лины сжались в тонкую линию.
– Значит, Эквинокс вызывает утечку земной кости в воздух? Это из-за него деревья и животные там, наверху, в таком беспорядке?
– Вот именно, - сказал Майкл.
– Он, вероятно, пользовался земной костью в течение многих лет, вытаскивая ее из города кукольных человечков. По мере приближения земной кости к поверхности каменная песня становится сильнее, как и Эквинокс.