Чтение онлайн

Бабушка улыбнулась и погладила его по голове.

— Не бойся, я с тобой.

— А если тебя не будет рядом?

— Тогда ты сам справишься с опасностью. — Бабушка достала синюю книгу с выпуклым тиснением на обложке в виде рычащего зверя.

— Здесь написано, кто такие низовые, откуда они взялись, и как от них уберечься.

Колобок нерешительно протянул руки, желая полистать страницы, но бабушка отвела его ладони в сторону.

— Придет время, и все фолианты, в том числе и этот, станут твоими. Пока всегда носи с собой Книгу твоей жизни.

Видения померкли,

«Мне ничего не остается делать, как ждать», — мудро решил он, глядя на чистые страницы, и захлопнул книгу. Некоторое время смотрел на обложку, потом махнул рукой и выкрутил в лампе фитилек. Огонек потух, и Колобок лег спать.

Его разбудила яркая вспышка. Странное голубое свечение исходило от книги. Оно сочилось изнутри. Обложка подрагивала, словно пыталась распахнуться. Колобок наугад открыл книгу. На страницах сверкали большие буквы: «Время пришло, носитель явился. Иди на верхний этаж нижнего уровня».

Колобок не стал раздумывать — он уже привык подчиняться указаниям книги. Он поспешно оделся, сунул книги под мышку и выскочил из комнаты.

Старая Альва все еще перебирала горох. Весь стол был заставлен подносами с горошинами. Услышав шум, она вскинула голову. Ничего не говоря, Колобок пробежал мимо, рывком открыл уличную дверь и помчался со всех ног к колодцу на краю деревни. Это был не простой колодец, из которого добывалась вода; он служил переходом между уровнями и этажами. Обычно переход между вторым и третьим уровнем был закрыт, но раз в двенадцать лет он открывался. Сегодня как раз наступил такой момент.

Близился рассвет; звезды гасли одна за другой. На месте восхода солнца сияла светлая полоса. Колобок тщательно вглядывался в серую темноту, пока не увидел на земле огороженный камнями круг. Он обошел его, стараясь не наступить на камни, и заглянул внутрь. Ничего, кроме темной пустоты, не увидел. Немного помедлил, собираясь с духом, и прыгнул в темный провал.

По краю круга лежали большие, выше среднего роста мужчины, булыжники. Несколько таких же крупных серых валунов громоздились в стороне. Злата тихонько подкралась и спряталась за одним из них.

В центре площадки, расчищенной от каменных обломков, горели свечи. Свечей было так много, что разглядеть на земле маленький камушек или даже песчинку не составляло труда. Белый дымок поднимался тонкими струйками, пропитывая воздух сладковатым запахом. Злата потянула носом. Аромат манил, заставлял глубоко дышать.

На плоском камне стояла белая чаша, а в ней булькала густая жидкость, похожая на кипящий прозрачный сироп. Крупные пузыри наползали друг на друга и звучно лопались, разбрызгиваясь в стороны.

Рядом с плоским камнем сидели две женщины в тонких ночных рубашках. Возле одной стоял огромный, почти с нее ростом, барабан, похожий на медный котел, обтянутый тускло белеющей кожей. Женщина держала деревянную палочку с большим круглым, как у теннисного мячика, наконечником. Она подняла палочку и ударила по натянутой коже барабана. Тягучий грохот заполнил всю округу. У другой женщины тускло темнел в руке деревянный

Злата с недоумением следила за женщинами, пытаясь определить, кто они: «Что здесь происходит? Зачем-то варят сироп, играют странную музыку. А это еще кто такие? Танцевать собрались, что ли?».

У высокого серого камня, напоминающего очертаниями стоящего человека, столпились десять женских фигур в полупрозрачных одеждах. Длинные волосы струились по спинам, рубашки прилипли к мокрой от пота коже. У одной женщины лежал на ладони переливающийся шар. Он становился то желтым, то красным, то фиолетовым, то зеленым; сиял, как новогодняя елка с гирляндами. Женщины смотрели на него и беззвучно шевелили губами.

Одна из них еле слышно запела. Барабанный бой заглушал песню, но голос не сдавался. Он становился громче, набирал силу и глубину. Грустная и одновременно торжественная мелодия наполнила сердце Златы нежностью и неясной тоской. Она впервые слышала эту песню, не понимала слов, но ей захотелось подойти к девушкам и встать рядом.

Женщины задвигались в танце: менялись местами, кружились вокруг себя и камня. Длинные широкие рукава развевались, трепетали, как перья на крыльях. От движения воздуха колыхалось пламя свечей.

Редкий перестук барабана и перезвон бубна напоминали плеск воды. Гибкие руки танцовщиц изгибались, повторяя движение волн.

Быстрее забил барабан, непрерывно зазвенел бубен. Женские фигуры слились в одно целое, мелькали только белые одежды. Словно не женщины кружились, а снежный вихрь. Как молнии прорезают небо, так и светящийся шар оставлял в воздухе яркие полосы.

Вздрогнула земля, словно на ней разорвался снаряд. Барабан прогремел, как раскат грома в сильную грозу, и танцовщицы упали на колени и замерли.

Злата затаила дыхание, боясь, что в наступившей тишине кто-нибудь услышит, как бьется ее сердце.

В круг вышла молоденькая девушка с той самой чашей, которая стояла на плоском камне. Жидкость все еще в чаше кипела и булькала. Яростно шипели прозрачные брызги, пар поднимался кверху и растворялся в воздухе. Девушка опустила белую трубочку, похожую на фарфоровую, в чашу и перемешала жидкость. Взмахнула трубочкой, и появился, светясь и переливаясь, стеклянный шарик. За ним другой, третий. Словно мыльные пузыри, летали они, тихонько стукались, позванивали; некоторые зависали над головами. Один задержался над Златой. Она осторожно дунула на него, но шарик не пошевелился.

Зазвенел, задребезжал бубен, затрепетали его металлические тарелочки. Звуки усилились, словно не один, а десятки бубнов загремели одновременно.

Шарики задрожали, раздулись и лопнули. Осколки брызнули в стороны и упали на землю. Несколько кусочков задели Злату. Она невольно охнула и закрыла лицо ладонями.

Грохнул барабан. Осколки тучей взмыли в воздух, шурша и потрескивая. Последнее, что она видела — женщины подняли руки над головами. Из кончиков пальцев струились сверкающие нити, тянулись вверх и растворялись в каменном своде. Злата почувствовала, что ее куда-то утягивает, и лишилась чувств.