Привкус магии
Шрифт:
– Предлагаешь принести жертву? – устало спросил я.
– Да приносили здесь жертвы! – воскликнул в сердцах Герайд. – Десятки раз. Нет здесь никаких Врат и никогда не было… На что ты надеялся?
– Тебя я за собой не звал, – рявкнул я.
– Ты же знал, что она пойдет за тобой! – заорал Герайд в бешенстве, прыгая на край застывающей кровавой лужи, так что брызги разлетелись.
Ксения шарахнулась. Лицо ее казалось мучнисто-белым и неживым, а глаза, распахнутые до предела – глянцево-черными, подвижными, нефтяными.
Абстрактная ненависть неожиданно обрела
В следующую секунду я обнаружил, что намертво вцепился в ненавистного мне человека и ненависть моя оглушающа и велика, словно этого парня я мечтал убить всю жизнь… И даже отраженная в зрачках противника льдистая луна – новый повод для его гибели…
Потому что он прав. Потому что он тысячу раз прав. Я не должен был вести Ксению за собой. Я должен был любой ценой остановить ее еще за Мемориалом. Но тогда я так верил, что все делаю правильно…
Но этот мерзавец все равно не смеет говорить это!
– Нужна жертва? – выдохнул я в его искаженное лицо. – Сейчас будет… – И, поскольку обе руки были заняты, ударил лбом ему в переносицу, услышав хруст.
Герайд глухо охнул. Глаза сощурились, наливаясь темнотой и болью. Даже искра-луна исчезла…
– С-сукин сын… – негодующе прохрипел он. – Нашел время…
От неожиданности я разжал руки. Вот чего угодно я ждал от него, только не этой фразы, полной отвращения. Но даже ответить не успел, потому что полыхнула белая, бьющая по глазам вспышка и нас раскидало в стороны, на камни… Болезненно вскрикнула Ксения.
Полуслепой, я кое-как поднялся, пытаясь через танцующие в глазах цветные пятна рассмотреть ее. И увидел девушку, скорчившуюся возле кровавой лужи… Нет, к счастью, это не ее кровь.
– Ксень, что…
Она отмахнулась и от меня, и от склонившегося Герайда. Лицо ее смяла такая невыносимая мука, что я почти физически чувствовал ее, как гигантского ежа со стальными и ледяными иглами, пронзавшими каждую частицу тела…
– Дураки… – с чувством выдохнула Ксения через стиснутые зубы. – Я… не… могу… держать их долго… а вы драться…
Кого? Хотел было спросить я, но осекся. Кого еще здесь можно было держать, кроме Стражей? Так вот почему они так медленно двигаются, словно преодолевая незримые барьеры. Я ведь видел, что они сделали с моей нерушимой стеной и как легко прошли сквозь сетку Герайда. И если они до сих пор не рядом, значит… Как? – мучительно захотелось мне закричать, но вместо этого снова опустился на колени перед окровавленными обломками стел. Эта девочка отыгрывает для нас минуты… Я должен что-нибудь придумать.
Нечто живое?.. Кто-то живой… Не мертвый… Вселить жизнь в мертвое… Недостающий компонент…
Ноилл!
Прикосновение стало отчетливым и резким. Я едва не заорал от безумного колючего холода, который, казалось, просто родился где-то во мне, и принялся сковывать плоть и обращать в лед кровь. В Мемориале не было стен, на которых могла бы возникнуть Тень. И ни один из проклятых камней не держал теней. Так что
Ноилл воспользовался мной самим, чтобы прийти на зов…– Я обещал тебе пристанище. – Я еле выдавливал слово за словом сквозь сведенные судорогой челюсти. – Я нашел для тебя новое жилище… Иди! – И опустил раскрытую ладонь в вязкую кровь.
Ликующий, беззвучный, но ощутимый, как ударная волна, вопль сотряс реальность. А в следующее мгновение у моих ног разверзлась бездна. И мне померещилось, что я сижу не над мерзлыми камнями, залитыми темной кровью, а на краю пропасти и меня неудержимо влечет вперед, туда… В пасть.
Мерцало призрачное зеркало посреди камней…
Чтобы активизировать Мертвые Врата, не нужны живые жертвы. И кровь живая не нужна. А нужна кровь пустая и тень человека. Чтобы пройти по другой стороне… По стороне смерти.
– Как ты это… – Изумленный голос пробился как ручеек в снегу, промывая все большее пространство. Пропасть качнулась и отплыла на расстояние. Или это я отошел? Привкус незнакомой пряной волшбы таял, сменяясь резким запахом крови.
– Неважно, – услышал я собственный голос. – Теперь надо…
Страж лавиной обрушился сверху. Как тысячи острых, ранящих камней. Залепил глаза ледяным песком… Закричала Ксения. Зарычал Герайд. Я и сам завопил, не столько от страха, сколько пытаясь убедиться, что могу хоть что-то протолкнуть через глотку…
Снова полыхнуло белым. В глазах расцвели огненно-красные цветы. Но дышать разом стало легче. И даже боковым зрением можно было увидеть, как разметало подтянувшихся до опасной черты Стражей. И Ксению с воздетыми руками, на ладонях которой плясало кипенно-белое пламя… И то, что она вот-вот упадет в обморок. И еще то, что Герайд исчез…
Ошалело поведя глазами, я обнаружил его неподалеку среди камней. То ли отбросило, то ли Страж уволок.
А еще, подслеповато щурясь, я различил цепочку вполне живых огоньков наверху, по периметру Мемориала. Огоньки плясали, ерзали и метались. Там двигались люди с фонариками и факелами.
Ксения опустила руки, сделала шаг в сторону и, кашляя, повалилась ничком. Из носа потянулись черные струйки крови. Девушка явно ничего не различала вокруг. И, к счастью, не видела лежащего Герайда.
Ошеломленные ударом, Стражи вновь зашевелились, переходя в наступление. Теперь их уже ничего не удерживало…
Я перехватил девушку и проговорил прямо в бескровное, отрешенное лицо, надеясь, что она еще понимает.
– Прыгай! Мы с Гердом за тобой.
– …Ты первый, – не столько услышал, сколько прочитал я по ее бледным губам. – Время истекло… Я чувствую…
– Успею! – как можно увереннее возразил я и помог ей подняться на ноги, не давая оглянуться. – Помни, куда ты хочешь попасть. Мы следом… – Ее потянуло из моих рук. Незримое зеркало Врат качнулось, принимая путницу…
Я запоздало спохватился, что ничего не знаю о Мертвых Вратах. И что не стоило посылать в неизвестность Ксению первой. Мало ли куда уведет этот путь… Но и оставаться ей здесь было нельзя. Потому что Стражи сомкнули круг. Даже луна, казалось, утратила яркость… Воздух подернулся мутью.