Чтение онлайн

Алексей

В полнейшем, мать его. Потому что напротив меня на разобранном диване чуть укрытая одной простынёй лежит девушка. И вот четыре пары глаз вооружённых мужиков пялятся на округлую сочную задницу. Если бы не выштурмованная выдержка, я бы уже как цепной пёс сорвался, захлебываясь слюнями. Потому что – ну идеальная задница. А трусишки-то совсем не прикрывают эти гладкие половинки. Кто-то откашливается за спиной. А девушка не реагирует совсем. Даже дыхание не сбивается. Подхожу ближе. Чё за херня? Как можно было не услышать, что тебе дверь выбили? По квартире ходят четверо

здоровых мужиков, а эта фигуристая – ноль реакции. Живая хоть? И где этот утырок, за которым мы сюда пришли?

Подхожу вплотную. Слышу характерные щелчки оружия за спиной. Ребята на изготовке, я же наклоняюсь, и только я касаюсь руки, чтоб повернуть спящую, как она реагирует на прикосновение.

Разворачивается лениво, приоткрывает глаза и начинает истошно орать! Отползает к стене и суматошными, дергающимися движениями вытаскивает беспроводные наушники из ушей…

– Пиздец.

Марта

Просыпаюсь второй раз за утро от лёгкого прикосновения к руке. Приоткрываю глаза и просто охреневаю!

На меня смотрят несколько мужиков в камуфляже, балаклавах, с оружием наперевес. У меня дома!!!

Так я не орала никогда в жизни. Сердце уже решило свалить в закат.

– Где Орефьев?

– Кто?

– Девушка, Орефьев где?

– Какой нахрен Орешкин??? Вы кто такие? Какого лешего вы у меня в квартире?

– Как вас зовут?

– Марта Сергеевна Смолина. Повторяю, кто вы и что делаете у меня дома?

– Марта Сергеевна, я капитан спецотряда ФСБ. Орефьев здесь проживает?

– Нет здесь никого! И не жило никогда! Вы что творите-то? Дайте одеться!

Я киваю на одежду, сложенную на диване. Капитан передаёт мне одежду, но никто не отворачивается. Ну хоть оружие перестали на меня направлять. Я, прикрываясь простынёй, натягиваю спортивки и свободную футболку. И, вот, легче становится совсем чуть-чуть. Потому что – ну не с моими формами носить футболки без нижнего белья.

Встаю с кровати.

– Можно посмотреть документы, на основании которых вы сюда ворвались?

Другой мужчина подходит, протягивает мне листок с печатями. А я начинаю читать этот документ и зверею в секунду.

– Да вы совсем что ли охренели?

Марта

– Здесь не мой адрес!

– Не понял…

– Вы по какому принципу адрес ищете? По навигатору и не глядя на таблички на доме? Это восьмой дом, а у вас четвёртый в ордере!

Сказать, что я злюсь – это ничего не сказать. Единственное, что меня тормозит, чтобы не кинуться на них с кулаками – это их оружие. Пристрелят ещё.

– Какого лешего?! – басит один из них.

Блин, да они одинаковые. Все – шкафы в масках. Только цвет глаз отличается.

– У меня к вам тот же вопрос! – тянусь к сумочке, достаю паспорт, открываю прописку и тыкаю им в лицо тем двоим, что ближе ко мне. – У нас нумерация домов в обратном направлении. Отсчёт не со стороны подъездов, а со стороны дороги…

– Пиздец…

– Абсолютно согласна. Подождите, а как вы зашли? Вы мне что, дверь выбили?

Я расталкиваю спецназовцев и иду к выходу, в коридоре стоят ещё двое. А моя дверь болтается с выломанным замком и вмятиной посередине. Я просто в шоке, сажусь на пол напротив двери и растерянно хватаюсь за голову. Мужчины тихо переговариваются и начинают выходить. Их, блин, ксерокопировали что ли? Стройный ряд здоровых,

широкоплечих и явно опасных. Последний садится напротив меня на корточки.

– Марта, Вы извините, ошибочка получилась. Мы всё исправим, дверь починим.

А я просто хлопаю глазами. Видимо, начался адреналиновый отходняк. Меня начинает мелко трусить, и такая усталость наваливается, что я даже не знаю, что ответить.

– Мы сейчас должны вернуться на базу, а чуть позже вернёмся и наведём порядок, хорошо?

Я только киваю. Мужчина пожимает мою руку. Слежу за тем, как он встаёт, и уходя, прикрывает сломанную дверь.

Алексей

В момент, когда до меня доходит, что мы ворвались не в ту квартиру, хочется развернуться и двинуть майору, который нас вёл. Мы упустили особо опасного преступника, а значит, опасность многократно увеличилась. Теперь – разбор полётов, куча бумажной работы и, самое главное, опять выслеживать. И новая спецоперация.

Выхожу в коридор, девочка сидит на полу и пустым взглядом смотрит перед собой. Шок, понятно. Дверь сломана, надо чинить.

Мимо меня проходят бойцы. А я смотрю на девчонку. Красивая. Очень. Прям очень. Грудь пышная, так и хочется потискать. И грудь, и попу. Это ж надо такое комбо словить. Фигуристая, красивая. И кусачая. Не разревелась, не истерит.

Косяк надо исправлять. Майор, видимо, обмозговывает происходящее, потому что, проигнорировав девочку и сломанную дверь, выходит в подъезд с остальными. Сажусь напротив неё. Меня она, похоже, даже не слышит. Беру её руку в свою, она маленькая. Я в тактических перчатках, поэтому не могу почувствовать мягкость кожи, но я уверен, что руки у неё нежные.

Надо разгрузиться на базе и вернуться починить дверь. Мямлю что-то про ошибку. Обещаю починить дверь и выхожу к остальным.

Сажусь в микроавтобус, стягиваю балаклаву. Проезжаем нужный дом. Реально так же крайний с другой стороны.

– Пошли сразу. Потом будем последствия разгребать.

Я смотрю на майора. Киваю, балаклаву натягиваю привычным движением.

Дежавю грёбаное. Такой же подъезд, просто копия. Даже дверь того же цвета.

Не могу поверить в происходящее. Это чудо, наверное. Орефьев в квартире быстро собирает вещи. Заламываем, грузим в машину, квартиру опечатываем. Пока заканчиваем операцию, едем на базу, понимаю, что уже перевалило за обед. А девочка ведь даже из дома не может выйти.

Нас вызывают на ковёр вместе с майором. Таких пиздюлей мы ещё не отхватывали. Как накажут – не ясно. Моя работа в подразделении была безупречна, потому что дело своё уважаю. А вот у майора это второй косяк после недавнего назначения. Он был отменным бойцом, но похоже, что вести за собой ему сложнее. Звание не отберут, а вот должность – могут.

Выхожу из отдела, закуриваю. На крыльцо так же выходят мои ребята.

– Папа Лёша, надо бы девочке дверь сделать. Может я смотаюсь?

– Тёма, не беси, я сам съезжу.

– Я ж сказал, парни, нас уже подвинули.

– Борцов, не доводи до греха. Всё! Завтра сбор в девять.

Делаю последнюю затяжку, сажусь в машину и выдвигаюсь к девочке. Чёрт, а зацепила меня эта попа знатно. Ну а с другой стороны – и красивая и с характером. Если ещё и готовит – женюсь сразу. От воспоминаний о её пятой точке в штанах становится совсем тесно. Да, крошку надо забирать себе скорее. Такое сокровище надо держать голой и в спальне под семью замками, а то вон мои архаровцы как нахохлились.