Чтение онлайн

–  Спасибо за новости. Я тоже немного наслышан. Да, собственно, только об этом везде и говорят. У меня у детей в педагогиуме есть один экземпляр. Дети сами, несмотря на выходные, просто просились туда. Мы там были вчера.

–  А, то есть Вы не просто наслышаны, Вы уже видели наших людей в работе! И как Ваше ощущение от внедрения первой собственной разработки?

–  Не скажу, что обычно, - не скрывая гордости в интонации, ответил Деш.
– А вот для Вас это, наверное, уже привычно?

–  Да не скажите. Тоже каждый раз волнуюсь. Особенно за

безопасность. Ну, расскажите, что было в педагогиуме. 

–  Приехало очень много родителей, чтобы посмотреть. Я устал отвечать на их вопросы. Так что, думаю, Вы правы, после выходных поднимаем плотность времени, иначе мы не справимся с заказами. Кстати, а какие-то новые навыки были в заказах?

–  Пока все ограничиваются выбором из того перечня, который мы уже предлагаем. И что интересно, число заказов с навыком хозяйственника не так уж велико.

***

–  Я так рада за тебя Грета, - семенила эмоциями Матильда.
– Как же вам повезло с Франческой.

–  А ты помнишь, Матильда, ведь Франческа даже не верила, что мы когда-нибудь попадем в Большой мир. И ей даже не было интересно, кто будет первым счастливчиком.

–  Но первой была именно она!
– даже с небольшим налетом зависти ответила Матильда.

–  Да!
– срочно погрузившись и выплыв из старой детской мечты произнесла Грета.
– Она была первой на первом пароме!

–  Кто же мог это знать?

–  И Франческа всегда говорила, что невозможно все знать. Она еще с тобой часто спорила, когда ты уговаривала ее пойти на какой-нибудь очередной факультатив.

–  Это точно, - согласилась Матильда.
– Она говорила, какой смысл пытаться везде успеть, за все схватиться, везде наследить и при этом все равно ни в чем хорошо не разобраться? Она тебя еще часто изображала: "И это мне обязательно нужно! И это мне интересно!"

–  Да, она считала, что лучше сосредоточиться на нескольких самых важных вещах. Возможно, даже всего на одной. Это было уже два сиклона назад!
– Грета покачала головой.

Это было так давно, казалось ей.

Девушки понимали, что последний раз беседуют вместе, хотя где-то внутри и теплилась надежда все-таки когда-нибудь еще встретиться. Они стояли на большой площади с множеством клумб перед парящим у края площади паромом, на котором люди улетают в Большой дворец, а оттуда в Большой мир. У Греты в руках тоже были цветы. Их только что ей подарила Матильда.

К ним подошла дама Бэль, чтобы проводить свою любимицу.

–  Я так рада Вас видеть, - тепло улыбнулась Грета.
– Спасибо, большое, что пришли.

–  Как же я могла не прийти?
– все с той же доброй улыбкой ответила дама Бэль.

–  Ах, как жаль, что дама Фима успела проводить только Франческу, - с грустью сказала Грета.

–  Что ж поделаешь! Разве мы можем успеть все?
– ответила дама Бэль.
– Вот мне уже сейчас, наверное, лет шестьдесят. Вот случилось тебя проводить. А даст...

Дама Бэль неожиданно замолчала и подумала, что все-таки за столько лет она не забыла еще того, как они

раньше говорили "даст Бог...".... Хорошо, что она вовремя остановилась.

–  Может быть, успею и Матильду проводить, - продолжила она. - А даме Фиме было уже, наверное, больше семидесяти.

–  Дама Бэль, А Вы вот иногда говорить "лет", "шестьдесят лет"... А как это? Что это такое "лет"?
– И еще Матильда добавила.
– А мне сейчас сколько лет?

"Да! И этого тоже не следовало мне вам говорить", - тяжело вздохнув, подумала дама Бэль.

–  Тебе сейчас, наверное, лет двадцать пять уже будет. Попробую вам объяснить, что это такое "лет". Вот у нас есть Сиклан, мы по нему считаем сиклоны. А раньше было Солнце. Оно было такое желтое, и такое теплое, особенно по весне. Летом оно бывало и жарким, но я помню именно весеннее. И по нему мы считали годы: один год, два года, пять лет, десять...

Дама Бэль прикрыла глаза. Матильда и Грета поняли, что она погрузилась в приятные воспоминания.

–  А Солнце было лучше, чем Сиклан?
– спросила Грета.

–  Лучше или хуже, не скажешь. Оно было другое. Сиклан тоже очень красивый. А Солнце было желтым. И там под Солнцем было тоже очень много людей, гораздо больше чем здесь.

Дама Бэль вспомнила, что на самом деле ее зовут Изабелла, вспомнила всех своих друзей и близких, которых она не смогла проводить в их последний путь, вспомнила... И на ее глазах проступили слезинки.

–  А почему его не стало?

Девушки не могли слышать мыслей Изабеллы, но их вопрос прозвучал как логичное продолжение.

–  Почему его не стало?
– задумчиво и с легким удивлением проговорила Изабелла, вспоминая своих не родившихся двойняшек.

А ведь она так любила детей. Она вспомнила и те месяцы горя, и те странные обстоятельства, когда ей предложили на всю жизнь посвятить себя детям, но с условием, что придется всех забыть и оставить...

–  Почему вы, думаете, его не стало?
– спросила она.

–  Мы не знаем. Это Вы говорите, что оно было раньше, - ответила Матильда.

– Оно, наверное, осталось, - дама Бэль по прежнему была в плену воспоминаний.

–  Но где же оно тогда?
– Грету определенно заинтересовала эта история, от которой у дамы Бэль стали мокрыми глаза.

Но Грета ничего пока не понимала. Как не понимала она и того, отчего могут стать мокрыми глаза.

–  Там же, где и было. Не знаю, мои золотые. Наверное, там же, где и было. А я теперь здесь, - выдохнула дама Бэль.

–  Наверное, Солнце в Большом мире!
– радостно воскликнула Матильда.
– Грета. И ты увидишь его!

–  Дама Бэль, так Вы были в Большом мире?
– почти прокричала Грета. Так, что услышали окружающие.
– Что же Вы раньше не рассказывали?

Дама Бэль, словно ее одернули, неожиданно поняла, что наговорила слишком много лишнего.

–  Я не знаю, девочки, что такое Большой мир, и где это. Наверное, я уже совсем старая стала и много себе напридумывала, - ласково улыбнулась она.