Принцип "Земля"
Шрифт:
– А-а, я перезвоню ей сейчас, - ответил Наум и прошел дальше в свой отдел.
– Нормальненько! Две недели, как здесь не работает, а уже ни здрасьте, ни...
– задето заметила Амалия.
– Ни простого "привет", даже, - продолжил Кирилл. Он тоже был несколько смущен ситуацией.
"Может, прямо утром уже что-то случилось. Мало ли", - подумал он.
– Ну, да!
– добавила Дана.
– Конечно, теперь у него и служебная машина!
– подметила Амалия.
– И все равно опоздал, - ответила Дана.
– Звездеть, не мешки ворочать! Как говорит наш любимый
– Это ты, Влада, точно подметила!
– согласилась Амалия.
Наум догадался позвонить Виолетте сразу. И бегом обратно. Точнее вперед к шефу.
– Ну, я ж говорила! Точно что-то будет, - укрепилась в своем предположении Амалия, когда Наум промчался мимо.
"Этим дурам только семечек не хватает" - подумал Наум, уловив их говорливые взгляды.
– Как помчался! Эх, как помчался-то!
– вроде и довольная, но все-таки с неглубоким сочувствием проговорила Влада.
На совещании шеф говорил, естественно, о поездке и достигнутых договоренностях. Дал поручение в пятидневный срок оформить детальное предложение с учетом всех уточненных требований.
Наум Сергеевич расторопно и суетливо проскользнул в приемную, поздоровался с Виолеттой, успел учтиво поблагодарить, что та приложила много усилий, чтобы разыскать его, и откланялся с видом, что все, уже бежит к гильотинную.
– С вашего позволения, Ян Константинович, - стараясь выглядеть спокойно и уверенно, произнес он, постучав и приоткрыв дверь.
– С какого такого еще моего позволения?
– разразился шеф.
– Эка Вы так лихо его себе выписали!? И на свое отсутствие на работе Вы его себе тоже сами выписали?
– Форс-мажор, Ян Константинович, больше не повторится, - уверял Наум Сергеевич.
На опоздавшего Наума Сергеевича шеф не стал тратить много времени, лишь сделал эмоциональное замечание.
Виолетта, услышав в очередной раз крылатую фразу шефа про мешки, поняла: "Ага. Вот уже и последнее предупреждение. Учитывая его недавнее назначение, оно, скорее всего, и первое. Быстрый карьерный рост! Шеф сегодня серьезно настроен!"
Шеф, однако, в этот раз выдал и новый хит:
– У нас нет должности "Звезда отдела маркетинга"! Есть "Начальник отдела"! Вы ошибались, если думали, что новая должность - это просто медаль за заслуги!
– Так тебе и надо, - с улыбкой проговорила втретьголоса Виолетта, припомнив ему "никудышную несушку". Так ее однажды назвал Наум, когда она едва не опрокинула поднос с кофе, который несла шефу, запнувшись одной ногой за другую.
– Впрочем, ты сам сейчас во всем виноват.
– Легкое чувство досады ей щекотнуло нервы.
– Будем считать, что я сделала не все, что могла, чтобы вынуть тебя вовремя к этому совещанию, - успокоила себя Виолетта, и ей стало немного теплее от этой мысли.
*
Распоясался служебный телефон. Обычно после третьего звонка, если трубку не поднимали, он глох. Но в этот раз сначала удивил своей настырностью, подав голос четырежды, потом разозлил пятым звонком и все-таки вынудил шестым.
– Да, Виолетта!
– Ян Константинович, - у Виолетты был встревоженный голос. Она знала, что сегодня шеф не очень в настроении, но это он увидеть
должен.– Включите телевизор, пожалуйста. Сейчас. На центральном канале.
– Зачем?
– возмутился шеф.
"Что за чертовщина! Сегодня даже Виолетта решила меня достать, - подумал он".
– Ян Константинович. Включите, пожалуйста, телевизор. Вам нужно это увидеть, - спокойно продолжила Виолетта.
По ее тону, шеф понял, что это она неспроста. Видимо, что-то действительно важное. Он включил телевизор.
Как раз закончилась заставка новостей, и в эфир выдали первый ролик: "Сегодня ночью в подъезде собственного дома двумя выстрелами в упор из огнестрельного оружия был убит депутат..." - начиналась новость со стандартной фразы.
Через пять минут в кабинете у шефа уже сидели начальники служб безопасности, информационного обеспечения, внешних связей, юридического.
7.
Потихоньку запах школьной наивности абитуриентов в стенах университета стал разбавляться деловитой опытностью студентов, вернувшихся с различных экспедиций. Кучковались в актовом зале, обсуждали, рассказывали..., хохмили.
– Тамилка, а ты зачем сегодня так рано? Удивляешь!
– подкалывал Тамилу Митек.
– Это все Семеныч. Он за месяц приучил меня вставать по утрам с первыми трелями ворон. Я теперь, наверное, и на пары буду ходить вовремя, - засмеялась Тамилка.
Она сама пришла в восторг от этой возможности. Точнее от казавшейся невероятности этого. Но сегодняшний день был фактом, говорящим за себя.
*
Вероятность встречи в универских кулуарах выполнила свою норму, и Натан Саныч с Семенычем, зацепившись друг за друга, куда-то спешили, но короткий разговор на ходу никак не завершался. Оба только что освободились от бумаг приемных комиссий. Обсуждали нынешний набор.
– Что-то у меня подозрение, что в этом году тебе, Семеныч, работы будет больше чем обычно.
– Ай, зачем же так на мою седую голову?
– улыбаясь, негодовал Семеныч.
– А куда деваться? Абитуриент нынче слабоват идет.
– По твоим разговорам сразу видно, что ты рыбак. Об абитуриентах как о селедке на нересте.
– Ггля, а че, не так что ли? Косяки, кстати, в этом году густые. А чем гуще косяк, тем глупее отдельная особь, - смеялся Натан Саныч.
Подошел поздороваться Василий. Пожали руки.
– Не всякое наблюдение из фауны можно перенести на людей, но тут, похоже, что похоже, - улыбнулся и Семеныч.
– Какое наблюдение?
– спросил Василий.
– Василий, вот ты скажи, - продолжил Натан Саныч, - абитуриент-то нынче не тот пошел, слабоват будет?
Василий кивнул.
– Ну, ты нашел поддержку. Он же тебе завсегда кивнет, о чем не спроси, - засмеялся Семеныч.
– Я не опоздал?
– выстрелил Василий.
– Селиван Николаевич задерживается на комиссии, как освободится, начнем. Ваши уже здесь. В зале, кажется, их видел, - ответил Натан Саныч.
– Минут десять-пятнадцать еще подождите нас. Уверен, после экспедиций вам найдется, чем поделиться друг с другом. А мы тут как раз с Анатолием Семеновичем об университетских делах договорим.