Чтение онлайн

— Всем? Ты же раньше говорил, что искусственное формирование целей может привести к побочным эффектам. — Листан еще попытался припомнить приводимые ранее по этому поводу аргументы, но ответ Деша последовал раньше.

— Лучше всем. А что делать? На счет эффектов… Тут уже не до выбора. Естественные приоритеты, как мы видим, тоже оказались недолговечны и ненадежны. Причем неожиданно быстро! Будем рекомендовать владельцам прав на использование людей пройти внеплановое техническое обслуживание.

Закончился

второй конжон после выходных, существенно, но еще не окончательно, перевернувших взгляды пратиарийцев на достижения науки.

Самое большое, на что удавалось договориться с людьми, это сделать покупки, но истинную причину этого согласия пратиарийцам еще только предстояло узнать. Всю остальную работу пратиарийцам, немного отвыкшим от этого, снова приходилось делать самим, так как служников прежних поколений многие уже туда, где их еще можно было использовать.

Люди по-прежнему привлекали внимание к своим новым желаниям. На их плакатах появились имена всех землян, которые тихим образом пропали без вести на других линиях. Как и прежде где-то в толпе находились и управляли ей безсертификатники, хотя теперь они старались выделяться как можно меньше. Оставшимся Макару и Эмили компанию теперь еще составлял Мусъаб, который примчался с первой линии вскоре после разговора с пропавшим Арамааном.

— Мне показалось или сегодня действительно людей пришло меньше? — не столько спросил, сколько поделился наблюдениями подошедший к ним Жомех.

— Как минимум на двоих меньше, — ответил Шэхриэр, в последнее время почти постоянно кружившийся возле Макара и Эмили.

А может, это Макар и Эмили старались не оставаться без общества клетионцев, а тесное общение с Шэхриэром, начавшееся на выходных, оказалось вполне подходящим.

— Да больше, — продолжил свои домыслы Жомех.

— На счет больше, я не знаю, — сказал Шэхриэр. — Точно знаю, что Шани заболела, поэтому ее нет, и Иоши почему-то решил, что он должен делать свою работу.

— А что с Шани? — не сдержала любопытства Эмили.

— Не знаю. Плохо себя чувствует, слабость какая-то, зато часто ходит в…, ну… — не стал договаривать Шэхриэр, показав что-то невнятное жестами.

Эмили в ответ улыбнулась, сделав очевидно какие-то выводы, но не стала ими делиться.

— Ладно, мы с ней потом побеседуем.

— Да, вы лучше побеседуйте потом. Что ты там, Жомех, сказал про Иоши? — встревожился Макар.

— Он сказал, что ему нужно работать, — ответил Шэхриэр. — Причем, он даже удивился, мол, что это за глупость такая, толпиться на улице непонятно зачем.

— Это точно тот самый Иоши, которого и я, и ты знаем? А я знаю только одного! — уточнил Макар, вспомнив, что Иоши вообще-то не просто участвовал в митингах, но весьма активно организовывал их.

— Я тоже знаю только одного, — сказал Шэхриэр.

— Тогда я ничего не понимаю. Ты что-нибудь понимаешь, Эмили? — дернул ее Макар.

—

Он еще как будто впервые услышал об этом, — добавил Шэхриэр.

— Настолько быстро и настолько сильно люди обычно не меняют свое отношение, — сказала Эмили. — На это нужно как минимум время, но и, конечно, причины.

Случай с Иоши был отнюдь не единичным. Пообщавшись с такими перебежчиками, Макар понял, что это не случайность. И окончательно убедило его в этом сообщение того же Жомеха, что его хозяева, ссылаясь на проверку здоровья, несколько асанов просто говорили, потом настаивали на визите на завод Манкоа, а вчера хотели было силой отвезти туда.

— Я еле вырвался и убежал, — закончил эмоциональный рассказ Жомех. — И я не хочу туда возвращаться.

— Ты и не обязан! — подчеркнул Макар. — Ты свободный человек, что бы там ни говорили пратиарийцы!

— Оставайся с нами. Нечего там делать! — добавила Эмили. — Вот как Шэхриэр. Он почти все время здесь. Дома появляется, только если ему нужно.

К их компании присоединилась Франческа.

— Я не понял, ты родила что ли? — спросил Макар, увидев, что Франческа стройна и легка, как и прежде.

— Родила! — ответила довольная Франческа. — Поэтому так давно и не приходила.

— Поздравляю, — обрадовалась и обняла ее Эмили. — Ну, и кто? Мальчик, девочка?

— Я не знаю. Нам не говорят, — даже удивилась такому вопросу Франческа.

— Как это не говорят? — удивилась и Эмили. — А ты сама не спрашивала?

— А где ребенок? — не дождавшись ответа, встревожился Макар.

Ситуация, когда мать не знает, кто у нее родился, его скорее испугала, чем удивила.

— После родов, у нас детей сразу передают в ясли, — спокойно ответила Франческа, не понимая тревоги Эмили и Макара.

— Как это передают? Кто это передает? Это мой ребенок! — уже вскипел Макар. — Как ты могла его отдать?

Шэхриэр и Жомех смотрели на реакцию землян и тоже не понимали, в чем собственно проблема.

— Но там ребенку будет лучше. В яслях ему обеспечат лучшие условия, за ним будут ухаживать обученные люди, — продолжала объяснять Франческа.

— Люди? Какие вы люди после этого? — возмущался Макар. — Какая ты мать, если ты отдала свое дитя неизвестно кому. И даже не поинтересовалась, кто у тебя родился!

— А как? Как иначе? — недоумевала Франческа. — Ведь его же, наверное, нужно кормить. Я даже не знаю…

— Я не знаю, как вы клетионские так можете, — перебил ее Макар. — У нас, у землян, дети остаются с родителями. Не знает она, чем кормить! У тебя же есть молоко!

Последней фразой Макар окончательно раздавил Франческу и даже напугал ее. Она не нашлась, что ему ответить. Сам же он не в первый раз, но, пожалуй, впервые настолько сильно ощутил разницу между землянами и людьми с Клетиона.

— Макар, ты слишком резок с Франческой, — попробовала вступиться Эмили.