Чтение онлайн

– Скажи ему, что с моей стороны ничего не грозит. Что я верю твоему рассказу, но без меня он обречен. Убеди, что нам нужно действовать вместе, а для начала обсудить несколько вопросов и все. Короче, если он решится, то я буду ждать тебя в машине.

– А если нет?
– тихо спрашиваю я.

Артур снял очки и поглядел мне в глаза. Сердце екнуло, в который раз ударило чувство дежавю - такой знакомый взгляд. Холодные глаза, подернутые пеплом усталости, взгляд старика на молодом лице. Как тогда, там...

– Если нет, то возвращайся одна, Каролинка. Я не хочу тебя терять. А одни

Замершее было сердце, начинает учащено биться. Неужели? Неужели Артура тоже перебросило сюда?! Значит он не погиб там, в окруженной ставке Блюма?! Значит...

– Артурка, - проглотив тугой комок мешающий говорить, шепчу я, - как? Откуда?

Артур расстегивает ворот рубашки, а потом наклоняется ко мне, молча проводит кончиками пальцев по шее. Прикосновение ласковое, приятное. Арт вытягивает цепочку и словно взвешивает на ладони колечко-талисман.

– У меня было такое же.

– Серебряная змейка, кусающая себя за хвост?
– спрашиваю робко, торопливо облизав губы, - мой подарок?

– Да, - кивает он, и объясняет, - когда мы с тобой расходились... Я его выбросил в канал. С Королевского моста.

– Поэтому ты и поверил мне?
– замечаю в его глазах странное тоскливое выражение.

– Да.

– Артур, а они?
– не уточняю, кто эти "они", но он понимает.

– Старшие?
– улыбка искривляет губы, - Старшие не сочиняли в детстве волшебных сказок, им проще поверить в зомбирование, в управление сознанием, в любую научно объяснимую муть.

– Но ведь ты же...
– нужные слова опять не хотят подбираться.

– А я...
– Артур распахивает дверцу и выходит из машины, - я чувствовал, как меняются женщины, которых я любил. И не мог понять почему! Думал дело во мне, а...

Захлопнувшаяся дверца, обрывает его слова. Гляжу как он проходит, чтобы открыть мне дверь и невольно улыбаюсь. Улыбаюсь себе, улыбаюсь тому, что ждала этого. Как быстро оказывается вспоминаются старые привычки, если ты рядом... Со своими?

Артуркина кофеварка снова плюются в крошечную чашку крепким экспрессо. Я машинально размешиваю кофе, хотя в экспрессо не кладут сахар. Сейчас мне не верится, что всего сутки прошли с того времени, как мы вот также сидели здесь. Сегодня... Сегодня все иначе.

– Ты же знаешь, Каролина, - Арт устраивается с такой же невесомой чашкой кофе на другом конце дивана, - картины, произведения искусства, это неплохое вложение капитала.

Я вопросительно гляжу поверх чашечки на Артура.

– Так вот, - продолжает он, - по законам Республики Нордвиг, если ты купив произведение искусства, выставляешь его для публичного просмотра - ты избавляешься о налога на предметы роскоши. А он у нас нехилый!

– То есть, нужно сделать домашнюю галерею или время от времени отдавать для экспонирования в музей?
– уточняю я.

Артур утвердительно кивает:

– Считается, что в этом случае ты увеличиваешь количество достопримечательностей и способствуешь притоку туристов. В общем, твои предметы роскоши работают на благо всего народа, - Арт брезгливо поморщился, как будто от упоминании "народа" его затошнило.

– Это вполне логично, - соглашаюсь я.

Действительно

– Верно. Но для того, чтобы это удовольствие, то есть налоговые льготы получить, твоя картина должна получить статус национального достояния, проще говоря, войти в соответствующий список, утверждаемый комиссией экспертов.

– И контролируешь эту комиссию ты?
– догадалась я.

Арт неожиданно улыбнулся:

– Да нет... Ты. Хотя до недавнего времени это был профессор Роддрик. Но после его скоропостижной кончины...

"Еще одна смерть", - известие о смерти профессора не взволновало меня, для меня он был давно мертв, он умер у меня на руках.

– ...ну и ЛеМюлье само собой, - закончил Арт.

– А причем тут ЛеМюлье?
– спохватываюсь я.

– Угадай с трех раз, - Артур то ли ухмыляется, то ли тупит.

Мне хочется рыкнуть на него, но я сдерживаюсь и отхлебываю кофе. Если он сам затеял этот разговор, значит, все объяснит.

– Вспомни, в чем главная особенность картин ЛеМюлье?
– задает Артур наводящий вопрос.

– Эффект, что ли?
– до меня начинает доходить, - Погоди, ты о том, что картину нельзя подделать? Но...

Арт снова улыбается:

– Но сама понимаешь - нет ни одной фотографии или точной репродукции. Никто не знает, как именно выглядит картина. Только описание, да...

– Эффект невозможно повторить, это загадка, тайна, это то, что сводит с ума физиков!
– перебиваю я Артура.

Он кивает головой и предлагает:

– А подумай, какой простор это открывает для махинаций как на открытом, так и на черном рынке. Сколько картин из закрытых собраний можно выдать за шедевры. Ну знаешь, периодически всплывающие эти "ранее неизвестные картины и рисунки ЛеМюлье"...

Я киваю головой:

– Ну да, ЛеМюлье рисовал легко и раскидывал свои рисунки направо и налево. Только вот, чтобы определить авторство ЛеМюлье, не нужны эксперты, хватит обычного фотографа... Эффект нельзя подделать.

– Вооот, - довольно тянет Арт, - именно, но если до сих пор ЛеМюлье - это была гарантия от подделок и практически стопроцентное попадание в список национального достояния, то недавно профессор поставил происхождение одной из картин под сомнение.

– В смысле?
– вот теперь я удивилась по-настоящему, - Неужели кто-то умудрился повторить эффект ЛеМюлье?!

– Не знаю, Каролина, - пожимает плечами Артур, - это была картина, которую вы "украли". Если кто-то знал об этом больше, то... Это ты.

– Но это же известная картина, это "Рыбачка", - пожимаю я плечами.

– Верно, - улыбается Артур, - мы тоже были удивлены, когда еще одну "Рыбачку" выставили на аукцион фирмы "Керсти".

Молча смотрю на него, ожидая продолжения. Он понимает мой взгляд по-своему. Кивает:

– Да, ты мне все объяснила. ЛеМюлье не дублировал свои картины, а тут идентичность даже в мелочах... И эффект на месте.

Странно это все. Снова ощущение мысли, которую я пытаюсь ухватить, как мышонка за хвост. Кофе мы допиваем в молчании, которое прерывает звонок мобильника Артура. Пряча фон в карман, Арт сообщает: