Принцесса Побережья
Шрифт:
– Сегодня к нам прибудут гости! – торжественно объявил Гораций. – Господин Константий Бельский, Дукринский герцог, со своим сыном Димарико и дочерью Вилорой.
"И стоило столько времени ходить вокруг да около?", – сердито подумала Элла. Щёки её начали розоветь.
– Димарико – замечательный молодой человек, – продолжил Правитель. – Серьёзный, умный, образованный… Семья Бельских очень влиятельна, с такими людьми не стыдно породниться.
– Отец! – воскликнула Элла.
В этом возгласе было всё – возмущение, гнев, упрёк… Гор с улыбкой вспомнил свою дочь совсем малышкой, рассерженно переворачивающей тарелку с нелюбимой кашей
– Я ни за что не выйду замуж за Димарико! – Элла сжала пальцы в кулаки и принялась отступать к двери. – Он похож на жабу!
В некотором смущении Гор потеребил бороду.
– Возможно, он и не слишком красив… – Правитель откашлялся, но быстро сумел совладать с ситуацией. – Но разве внешняя красота – главное в мужчине? Он надёжный человек, который сможет стать примерным семьянином, мужем и отцом.
– Каким мужем? Каким отцом? – лицо Эллы побагровело от ярости. – Ты хочешь запереть меня в четырёх стенах, привязать к мужу и детям? Этому никогда не бывать!
– Элла, тебе давно пора остепениться! Не дело это для молодой девушки – целыми днями носиться на полудикой лошади, с риском сломать себе шею.
– Что за бред? – Элла завопила так, что у Правителя зазвенело в ушах. – Гром мой! Я его оседлала, и никто не заберёт его у меня!
Гораций поморщился. Боль вернулась и накатила с новой силой. Он чувствовал эту алую горячую волну, застилающую глаза пеленой.
– Успокойся, Элла! Никто не собирается забирать у тебя Грома. Но ты должна подумать о будущем – о своём будущем, и будущем государства.
Элла замерла с широко раскрытыми глазами. Только что до неё дошла вторая причина, по которой отец так настойчиво пытается поскорей выдать её замуж. И эта причина нравилась ей ещё меньше первой.
– Тебе нет нужды беспокоиться за страну, отец, – сухо сказала она. – Мы с Алексом прекрасно справимся с правлением и без помощи этой лягушки.
– Элла!..
Девушка вскинула подбородок и сдвинула брови. О, Духи, какая же упрямица! В глубине души Гораций испытал некое сочувствие к её будущему супругу, кому бы ни довелось им стать.
– Ты хочешь моей смерти да, отец? Ты хочешь увидеть свою дочь в гробу раньше, чем ляжешь в него сам?
Сие, конечно, было уже слишком, и Принцесса прекрасно это понимала. Как и то, что её слова больно ранили отца в самое сердце. Должно быть, уже к вечеру она будет горько за них раскаиваться и ненавидеть себя, но отступить сейчас – значит, поставить крест на всем своем будущем. А этого Элла делать не собиралась – ни ради отца, ни ради даже всего Побережья.
– Довольно, Элла!
Гор схватился за грудь, борясь с алой пеленой в глазах. Меньше всего ему хотелось сейчас что-либо приказывать своей дочери. Но другого выхода у него не было.
– Мне надоели твои крики, – голос его стал строгим, в нём послышалась сталь, и Элла знала, что именно таким голосом он отдавал команды своим солдатам во время боя. Знала, хотя ей самой ни разу не приходилось участвовать в тех боях. Может быть, болезнь могла сломать тело Правителя, но не его дух.
– Ты моя дочь, и будешь слушаться меня, до тех пор, покуда я ещё жив. Господин Бельский с семьёй в скором времени прибудут во дворец. А ты немедленно отправляйся в распоряжение госпожи Эрминии. С третьим ударом городского колокола ты должна быть здесь, в этом зале, одетая и причёсанная по всем правилам этикета.
Элла не шевельнулась.
Ни один мускул не дрогнул на юном прекрасном лице, лишь щёки, пылающие теперь огнём, да глаза, метавшие молнии, выдавали её состоянии.– Ты хорошо расслышала меня, моя дочь?
– Да, мой господин! – отчеканила Элла.
Горацию вдруг стало, безумно жаль её. Маленькая девочка, не знавшая материнской ласки, выросшая в смутное время среди грубых и неотёсанных солдафонов. Кого винить в том, что она стала такой? Но Правитель успокаивал себя мыслями, что всё делается ради её блага, и когда-нибудь Элла поймёт, что её старый отец был прав.
– Я могу идти?
– Элла…
Элла внимательно смотрела на отца, не мигая и не отводя глаз. "Не надо меня гипнотизировать", – говорил ей в таких случаях Алекс. Правитель таких слов не знал.
Гор тоже смотрел в глаза дочери, и если в её глазах были лишь злость и упрямство, то в его – печаль и озабоченность. Он хотел сказать ещё очень многое. О том, как он любит, как беспокоится о ней, как болит его сердце от тягостных раздумий о её будущем, в котором она останется одна, без его поддержки. Но… Гораций был суровым воином, всегда с трудом подбирал красивые слова для выражения чувств, а, наткнувшись на непробиваемо-твёрдый взгляд двух синих кристаллов, и вовсе растерялся и позабыл их все.
– Иди, – слабо махнул он рукой.
Не говоря больше ни слова, Элла развернулась на каблуках и стремглав вылетела из зала. При этом она с такой силой распахнула двери что, не успевшие отскочить служанки (разумеется, во время их разговора с отцом они облепили дверь с другой стороны и подслушивали), разлетелись в разные стороны.
Принцесса обвела прислугу взглядом, от которого девушки тут же принялись поспешно отползать в разные стороны.
– Вы… Вы!..
Скрипнув зубами, она схватилась за висящий на поясе револьвер. Перепуганные насмерть служанки завизжали нестройным хором, но Элла лишь замахнулась на них, и тут, же резко сорвалась с места и рванула по длинному дворцовому коридору.
******
Не разбирая дороги, Элла летела по дворцу. Руки сжаты в кулаки, лицо пылает огнём, длинные волосы развеваются за спиной – сейчас юная принцесса более всего напоминала взбесившуюся фурию.
По пути она едва не сбила с ног двух поварят, чинно шествовавших с подносами к Зелёному Залу.
– Прочь с дороги! – гаркнула Элла.
Один из поварят – тот, что помладше, неловко отпрыгнул, прижался к стене и не удержал в руках поднос с фруктами. Ярко-жёлтые шарики покатились по мраморному полу, один из них прыгнул прямо под ноги принцессе. Со всего размаху Элла наступила на него, даже не заметив. Шарик с треском лопнул, из-под жёлтой кожуры показалась ярко-красная мякоть, и брызги, похожие на кровь, разлетелись в разные стороны.
Она слетела по лестнице вниз и свернула в проход, где с разгона врезалась прямо в толстое пузо Старшего Советника Бикса. Бикс крякнул от неожиданности и точно сложился бы пополам, если бы, то позволили его габариты.
– О Великие Духи! Что случилось, Принцесса?
Ответа не последовало – Элла уже скрылась за углом. Ух, как же она была зла! Преодолев небольшой лабиринт, состоящий из узких и запутанных переходов, она выбежала, наконец, в просторный коридор, ведущий к выходу. И тут её поджидала неприятная неожиданность в лице управительницы госпожи Эрминии, дамы необъятных размеров, перегородившей своим пышным телом путь к свободе.