Чтение онлайн

Оба посмотрели на лежавший перед ним список имен в алфавитном порядке.

Беатрис улыбнулась.

– Я рада, что ты их одобрил.

Завтра во дворце намечался ежегодный праздничный прием, Бал королевы, названный так потому, что на самом первом рождественском балу именно королева Марта призвала Георга I пожаловать дворянство десяткам американцев, которые помогли делу революции. Традиция сохранилась по сей день. Каждый год король посвящал несколько своих подданных в рыцари за их службу стране, тем самым делая их лордами или леди. На этот раз отец впервые позволил Беатрис предложить кандидатов.

Не успела она поинтересоваться, чего же

он хочет, как в дверь постучали. В зал вошла мама Беатрис, и король выдохнул с явным облегчением.

Королева Аделаида происходила из благородного семейства. До брака с королем ей предстояло унаследовать герцогство Канаверальское и герцогство Саваннское. В народе ее прозывали «дважды герцогиней».

Аделаида выросла в Атланте и никогда не теряла свой неповторимый южный шарм. До сих пор каждый ее жест был невыразимо элегантным: легкий поклон, с которым она улыбнулась дочери, поворот запястья, когда устроилась в ореховом кресле справа от Беатрис. Карамельные искорки поблескивали в густых каштановых волосах королевы, которые она каждое утро завивала на горячие бигуди и подхватывала ободком.

Сидя вот так, между родителями, Беатрис невольно ощутила, что попала в засаду.

– Привет, мам, – слегка озадаченно поздоровалась она. Королева обычно не являлась на обсуждение государственных дел.

– Беатрис, мы с мамой хотели поговорить о твоем будущем, – начал король.

Принцесса смущенно моргнула. Она всегда думала о будущем.

– На более личном уровне, – пояснила мама. – Нам интересно, есть ли сейчас в твоей жизни кто-то… особенный?

Беатрис опешила. Она ожидала, что этот разговор рано или поздно состоится, и сделала все возможное, чтобы мысленно к нему подготовиться. Просто не предполагала, что он случится так скоро.

– Нет, нет, – заверила она их. Родители рассеянно кивнули; оба знали, что дочь ни с кем не встречается. Вся страна это знала.

Король прочистил горло.

– Мы надеялись, что, возможно, ты начнешь подыскивать себе партнера. Человека, с которым захочешь провести всю жизнь.

Его слова эхом разнеслись по Звездному залу.

У Беатрис почти не было опыта в отношениях – не то чтобы всевозможные иностранные принцы не предпринимали попыток ее очаровать. Единственным, кто дошел до второго свидания, был принц Николай Греческий. Его родители отправили юношу в Гарвард, по обмену, на один семестр, явно надеясь, что он и американская принцесса потеряют голову друг от друга. Беатрис недолго встречалась с ним, чтобы угодить семьям, но ничего из этого не вышло, хотя Николай, пусть и младший сын, был одним из немногих подходящих ей молодых людей. Будущая правительница имела право выйти замуж только за аристократа.

Беатрис всегда знала, что не может встречаться с кем угодно, не может даже целоваться с кем угодно, как все прочие девушки в колледже. В конце концов, кому хочется видеть, как будущая королева тайком возвращается домой после вечеринки.

Нет, наследнице трона безопасней вовсе не иметь личной жизни, чтобы прессе не в чем было копаться: никаких обременений, никаких бывших, которые могли бы выложить интимные секреты в мемуарах. Отношения Беатрис не имели права на взлеты и падения. Стоит ей официально с кем-то сойтись, и картинка должна оставаться безупречной: пара счастлива, стабильна и предана друг другу.

Более чем достаточно, чтобы почти полностью отбить желание с кем-либо встречаться.

Годами пресса превозносила Беатрис за бережное отношение к своей репутации. Но с тех

пор, как в июне ей исполнился двадцать один, репортеры сменили тон. Вместо «преданной» и «добродетельной» ее стали называть «одинокой» и «жалкой» – или, того хуже, «фригидной». Если принцесса ни с кем не встречается, жаловались они, как она собирается выйти замуж и приступить к важнейшей обязанности – рождению следующего наследника престола?

– А мне не рановато об этом беспокоиться? – спросила Беатрис, радуясь, что голос звучит спокойно. С другой стороны, она давным-давно научилась прятать чувства на публике.

– Мы с отцом поженились в твоем возрасте. А на следующий год я уже родила тебя, – напомнила королева. Поистине пугающая перспектива.

– Но это же было двадцать лет назад! – запротестовала Беатрис. – Никто не ждет, что я… в смысле, теперь все иначе.

– Мы и не говорим, чтобы ты прямо завтра бежала под венец. Лишь просим начать думать о браке. Решение предстоит непростое, и мы хотим помочь.

– Помочь?

– Есть несколько молодых людей, с которыми мы бы хотели тебя познакомить. Они все приглашены на завтрашний бал.

Королева открыла свою зернистой кожи сумочку, вытащила папку с разноцветными пластиковыми ярлычками и протянула дочери. На каждом ярлычке значилось имя. Лорд Хосе Рамирес, будущий герцог Техасский. Лорд Маршалл Дэвис, будущий герцог Оранжский. Лорд Теодор Итон, будущий герцог Бостонский.

– Пытаетесь меня пристроить?

– Просто предлагаем варианты. Хотим познакомить тебя с молодыми людьми, которые могут составить хорошую партию.

Беатрис автоматически пролистала страницы. Они были заполнены данными: семейные древа, фотографии, отчеты об успеваемости, даже рост и вес парней.

– Вы что, задействовали службу безопасности, чтобы получить все это?

– Что? Нет. – Казалось, короля потрясло само предположение, что он мог злоупотребить своими привилегиями в АНБ. – Юноши и их семьи сами добровольно предоставили информацию. Они знают, на что соглашаются.

– То есть вы уже с ними говорили, – неживым голосом подытожила Беатрис. – А завтра вечером, на Балу королевы, я должна буду провести интервью с каждым из этих… потенциальных мужей?

Мать возмущенно вскинула брови.

– Интервью? Как это черство звучит! Мы лишь просим поговорить с ними, узнать их. Кто знает? Вдруг один из них тебя удивит.

– Может, это действительно своего рода интервью, – признал король. – Беатрис, когда ты сделаешь свой выбор, тот мужчина станет не просто твоим мужем, но и первым в истории Америки королем-консортом. А жизнь с правящим монархом – это полноценная работа.

– Бесконечная работа, – вставила королева.

Через окно, выходившее на Мраморный двор, до Беатрис донесся взрыв смеха и болтовня, которую доблестно пытался перекрыть чей-то голос. Вероятно, школьников привели на экскурсию в последний день перед каникулами. Эти ребята были не намного моложе принцессы, но Беатрис чувствовала себя ужасно далекой от них.

Большим пальцем она пролистнула досье. Всего дюжина кандидатов.

– Папка довольно тонкая, – тихо заметила Беатрис.

Конечно, она всегда знала, что придется ловить рыбку в крошечном пруду, что выбор невероятно ограничен. Хотя все было не так плохо, как сто лет назад, когда брак короля заключался из соображений государственной политики, а не по велению сердца. По крайней мере, ей не нужно выходить замуж, чтобы скрепить международный договор.