Прикоснуться к звезде
Шрифт:
— Сейчас самый подходящий момент, — ответил Джафар.
В тот самый вечер, на который было назначено проведение операции, Джаф и Лизбет лежали в спальне, в доме Гази, глядя на залив. Они отдыхали после бурного секса, тихо обсуждая предстоящее дело.
— Вражда племен? — удивленно повторила Лизбет.
Джаф кивнул:
— Это единственное объяснение его поступка. Вражда между семьями Наязов и Кураши продолжалась столетиями. Только представитель Наязов способен разработать план, направленный против
Этот разговор действовал Лизбет на нервы.
— И к чему бы привели его усилия? Что бы он стал делать с опороченным советником принца? — спросила она в недоумении.
— Ну, этого он не добьется, уж поверь. Вот ты можешь оказаться в опасности. Пожалуйста, будь осторожна. Не пытайся манипулировать Ядетом, используя полученные о нем сведения. Если он станет подозревать тебя, все только усложнится и мы его не разоблачим. Пусть откупится от тебя, и все. Дальше — наше дело. Обещаешь?
Она тяжело вздохнула.
— Ладно.
Джафар поцеловал ее.
— Готова?
Пару часов спустя эти двое уже склонились над своим любимым игровым столом. Они проиграли все, что у них было с собой. А Лизбет, очаровательная, как никогда, заставляла Джафа продолжить игру: «Это же последняя попытка побороть судьбу, дорогой!»
В ярком, блестящем золотом платье Лизбет выглядела потрясающе соблазнительно. Оно обтягивало ее стройную фигуру, а сзади шел разрез до самых колен и даже чуть выше. Чулки отсутствовали.
Лизбет была буквально обвешана драгоценностями, и это бросалось в глаза. Золотые цепочки весело позвякивали на руках и ногах. А на груди сверкало изысканное колье.
Ее зеленые глаза возбуждено горели, гладкая загорелая кожа блестела от пота.
— Поцелуй меня на удачу, — попросил Джафар, ставя все фишки на двадцать два. В черном смокинге, в белом бурнусе, волнами спадавшем с плеч, он выглядел как распутник девятнадцатого века.
Его взгляд был способен растопить ее сердце.
— Поцелуй меня, — приказал он, когда металлический шарик покатился, подпрыгивая в лунках.
И в этот день удача была не на его стороне, как ни старался он поймать ее. Но Джафар продолжал упорные попытки. Все за столом знали, что он выжат как лимон, у него не осталось ни копейки, поскольку любовница вытянула все до последнего.
— Я не знаю, как мы доберемся домой, — пригрозил Джафар, но Лизбет лишь равнодушно махнула рукой и подняла бокал с шампанским:
— За нашу победу!
Он наклонился, схватил ее в объятия и при всем честном народе поцеловал. Позади них крутилось колесо рулетки.
— Поцелуй же меня, дорогая, — прошептал Джафар, — и скажи, что любишь.
Он всего лишь играет, напомнила себе молодая женщина.
— Я люблю тебя, — выдохнула она.
Его чувственные губы встретились
с ее, и оба закружились в вихре страсти.— Я люблю тебя, — тихо сказал он, подняв голову.
Позади них раздался дружный вздох толпы. Тут они словно бы вспомнили, где находятся, и отошли друг от друга.
— Двенадцать, — провозгласил крупье.
— Не-ет! — в отчаянии простонала Лизбет.
Джаф молчал. Но она почти физически ощущала его решительный настрой.
«Распутник» бросился к столу и разметал по всей поверхности несчастливые фишки, которые полетели в разные стороны. Люди шарахнулись от него.
Джаф пробурчал под нос проклятие и допил из бокала золотистое шампанское.
— Так, — угрюмо сказал он, стукнув кулаком по столу. — Это конец. Идем.
Он схватил молодую женщину за руку и потащил к выходу. Но Лизбет вывернулась и рассмеялась.
— Ты не можешь уйти! — выкрикнула она. — Удача вот-вот придет к нам, а мы от нее отвернемся? Двенадцать — это почти двадцать два, разница всего в десятку. Еще одна попытка, Джаф.
Он сопротивлялся, она просила. Другие игроки неловко пятились назад.
— Давай же! — кричала Лизбет. — Ради меня. Еще одна маленькая попытка.
Кажется, Джафар начал раздражаться.
— Нет, — отрезал он. — Это была последняя. Тебе придется продать одну из твоих побрякушек, если желаешь играть дальше, дорогая. — И он дотронулся до изумрудной сережки в ее ушке.
Персонал шушукался, пытаясь найти способ утихомирить буйную парочку, не применяя жестких мер. К ним медленно приближался вышибала. Конечно, советник принца — важная персона, однако в таком состоянии…
— Я не знала, что ты трус! — выкрикнула Лизбет. — Я думала, ты любишь приключения!
— Тише, — стал уговаривать ее Джафар. — Дорогая, не устраивай скандал. Скоро мы пойдем домой.
— Я никуда не пойду! Я остаюсь здесь! Так ты собираешься играть или нет?
— Нет, — решительно заявил Джаф. — Теперь мне придется залезать в карман к брату. А все из-за тебя, малышка. Ты обчистила меня.
Рот и глаза Лизбет открылись.
— Это я тебя обчистила? Я?! Да как ты смеешь?!
Сотрудники казино подходили все ближе. Истерические нотки в голосе Лизбет предупреждали их о надвигающейся буре. Лизбет Рейн, прежде такая веселая и добрая, начала верещать, как старая кухарка или торговка на рынке. Голос ее то звенел, то скрипел, а в зеленых глазах горел огонь ада.
— Мисс Рейн, — тихо проговорил крупье, рискнув взять ее за локоть.
— Убери от меня свои руки! — закричала актриса, так лихо махнув рукой, что всем на мгновение посчастливилось лицезреть ее обнаженную грудь, вынырнувшую из глубокого выреза. Толпа разом выдохнула.
Лизбет все еще вопила, когда ее и Джафа вывели под белы руки из зала, но и в холле она не утихомирилась.
— И не вздумай ходить за мной! — крикнула женщина Джафару. — Ты видел меня в последний раз! — И с этими словами пулей вылетела из казино.