Прикоснись ко мне
Шрифт:
— Тут депрессия, похоже, и нужна твоя помощь, как она очнётся, я тебя наберу.
— Хорошо, — бросила та и отключилась.
Осталось только дождаться, пока Ксюша придет в себя.
***
Три месяца назад.
Оксана всегда считала себя красивой и привлекательной шатенкой с карими глазами. У нее была восхитительная фигура, за которую мужчины были готовы отдать многое, но она выбрала именно того, кто имел небольшой бизнес своего отца и преподавал экономику в школе.
Ее отец был судьей, не бизнес, но это уже что-то. Мать — простой главный врач больницы, и родители Игоря сначала были против такого
Но Игорь женился на Оксане Вороновой назло своим предкам. Теперь она стала Оксаной Слепцовой, имеющей бизнес и образование психолога, все бы ничего, да только брак их сразу пошел ко дну.
Сначала она начала изменять мужу с водителем, потому что ей стало скучно, а потом и вовсе перестала делать что-либо по дому, не говоря уже о простой готовке. Дальше она узнала о романе с ученицей, что очень сильно подпортило их отношения.
Ещё тогда, в больнице, она видела, что Ксюша приходила к нему постоянно, а Оксана делает вид, что ей плевать.
Сейчас, когда он сидит в гостиной и его обвиняют в этом во всем, женщина неоднократно интересуется, почему он ей изменил и зачем. Да, она совершила ошибку, но не видела своей вины, ведь Игоря никогда не бывало дома и ей приходилось самой как-то выкручиваться.
— До сих пор не могу поверить в твой роман с ученицей, — произнесла Слепцова, безразлично помешивая сахар в кофе. — Я знаю, что я совершила глупость, но ты же простил меня, а я не могу. Это слишком, что ли.
Игорь перевел взгляд с телевизора на свою (пока еще) жену и пожал плечами, он не хотел разговаривать.
Ему надоело то, что его судят.
Да, сначала он принимал Ксюшу как простое развлечение, а позже до него дошло, что все гораздо серьезнее. Рыжая девушка покорила его своей наивностью, милыми зелёными глазами и ангельским голосом.
Оксану он любил, возможно, после измены уже не так сильно и, возможно, не было уже того, что могло быть раньше, той страсти и нежности. Но в Ксении Слепцов нашел то, что так долго искал, и он не стыдился за это.
Игорь влюбился, ему хватило пару минут, чтобы понять, как они идеально подходят друг другу. Но он не мог и дальше скрывать от нее правду о своей жене, да и не представлял, что так может случиться, что она вообще узнает об этом или хоть кто-то узнает об этом.
— Я не собираюсь оправдываться, — заявил Игорь, посмотрев на женщину. — Я знаю, что я сделал. Я влюбился, я действительно влюбился в нее, и я знаю, как это все выглядит, но мне плевать. Я найду лучшего адвоката, чтобы доказать свою непричастность, но в начале кое-кого убью.
А Оксана уже знала, как сможет вернуть Игоря. Эта малолетняя швабра не получит ее мужа ни в коем случае. Да, в школе она делает вид, что ничего не знает, но как только появится возможность, она сразу же устранит ее.
Слепцова никогда не имела конкурентов в любовных делах, ведь надо быть полным дураком, чтобы тягаться с ней. Все и так знали — она непобедима в этих делах и лучше не связываться.
— Я беременна, — выдала она, улыбнувшись.
— Прости, что? Мы же предохраняемся, я не могу быть твоим отцом, — Игорь посмотрел на жену недоверчивым взглядом, сдвинув брови вместе, — Если ты беременна, то я буду присылать деньги. Но пойми: мне нужна Ксюша, и больше я не отпущу ее.
Мужчина дотронулся до лба Слепцовой, легко поцеловал,
затем встал с дивана, оделся и вышел из квартиры. Сегодня он едет на свое съёмное жильё. А завтра сделает тест на отцовство.Мать Оксаны вышла замуж за судью, у которого был сын, ещё учился на адвоката в двадцать три — получал высшее образование. Оксана уже забыла историю с водителем и, когда увидела своего сводного братика, то не смогла удержаться, чтобы не переспать с ним, а тот и не был против, только явно они не пользовались презервативами.
Она уже давно задумала это все, у нее есть необходимые документы для доказательства того, что Игорь и является отцом этого ребенка. Об ее интрижке никто не должен знать, и все должно выглядеть так, словно Игорь и она забыли воспользоваться контрацепцией.
Теперь-то он точно никуда от нее не денется, это лишь вопрос времени. Сейчас нужно убрать только Авдееву, а после предоставить документ на отцовство.
***
Когда я очнулась, заметила, что нахожусь не в раю, но пахло больницей. Повернув голову, увидела на своих запястьях бинты. Наверное, Костя все же смог меня спасти, он все же успел вовремя доставить меня, и мама моя уже все знает и была пару раз у меня. Теперь они захотят, чтобы я поработала с психологом, ведь я псих.
Пыталась покончить с собой, а ещё во мне нашли алкоголь и таблетки. Я пыталась испробовать все, чтобы наверняка, но, увы, значит, я зачем-то нужна здесь.
Я приподнялась на больничной койке и внимательнее взглянула на свою палату, в которой меня держали. Обычная белая палата, пару кроватей, которые пустовали. На моей тумбочке лежал мой ноутбук, телефон и зарядки.
Открыв дверцу, увидела зубную щётку, зубную пасту, полотенце и пару вещей, ещё наушники. Значит, всё-таки мать позаботилась обо мне: привезла все, что мне необходимо.
В палату вошёл врач с моей историей болезни. Увидев, что я уже не в отключке, лучезарно улыбнулся. А за ним вошла женщина в черном платье чуть ниже колен, простое классическое платье. Черные волосы, собраны в высокий хвост, и на лице минимум макияжа.
Скорее всего, это и есть психолог, в руках, помимо сумки, она держала папку с ручкой. Брюнетка улыбнулась и села напротив меня, а доктор остался стоять на месте.
— Это Виктория Владимировна — твой психолог на ближайшие две недели, как раз до суда. Твои анализы не в порядке, и мне бы хотелось, чтобы ты оставалась тут. Вопросы? — мужчина посмотрел на меня, поправив очки.
— Почему я должна быть здесь так долго? И что с моими анализами?
— Ксюш, сейчас ты обсудишь все с Викторией, а вечером я дам тебе знать, что с тобой, договорились? — я кивнула, — Вот и славно, до вечера, — улыбнулся он и вышел из палаты.
— Ты можешь мне полностью доверять, твои секреты — мои секреты, не волнуйся. — произнесла психолог, взглянув на меня. — Давай так: я задаю тебе вопрос, ты отвечаешь либо «да», либо «нет». Идёт? — я снова кивнула.
— Ты была влюблена в своего учителя?
— Да.
— Ты спала с ним?
— Да.
— Он совратил тебя?
— Нет.
— Бросил?
— Нет.
— У тебя есть проблемы в семье, которых ты избегаешь? Если да, то какие?
— У моего отца была любовница несколько лет, и, оказывается, у него есть дочь, которой семнадцать лет. И я ее ненавижу, — с отвращением сказала я.