Приказ номер один
Шрифт:
И г н а т ь е в. Извините, товарищи. (Платову.) Владимир Петрович, именно об этом-то я как раз и хотел бы с вами… Анекдот кончился, это вы правы! Директор — здесь. Прецедент! Придется нам разок уступить директору. Тем более что по существу она права… Хотя и не в этом сейчас суть.
П л а т о в. В чем сейчас суть?
И г н а т ь е в. Шеф, коллегиальность — это прекрасно, но я еще не знаю фирмы, выдержавшей двух медведей в одной берлоге. Ваш конфликт с директором — это конец работе. О реорганизации забудут, пыл и жар сердец и умов уйдет на глобальную склоку. На стратегию и тактику борьбы групп, партий, течений. Завяжется изнурительная междоусобица, погасить
П л а т о в (перебив, ко всем). Еще минуту!.. (Игнатьеву.) Сергей Данилович, мы — не «Гипросталь», мы — будем работать!.. И директор — с нами.
И г н а т ь е в. Шеф, не обольщайтесь…
П л а т о в. Да мы просто не сможем не работать теперь, в одной упряжке с рабочим классом, со строителями; без зарплаты останемся, элементарно жрать будет нечего!.. (Кивнув на Калинкина.) И он — с нами.
И г н а т ь е в. Шеф, его не должно быть с нами…
П л а т о в. Сергей Данилович (пауза), тогда, двенадцать лет назад, я простил вам…
И г н а т ь е в. Помню.
П л а т о в. Я редко прощаю.
И г н а т ь е в. Знаю.
П л а т о в. На этот раз я уже не сделаю этого.
И г н а т ь е в. Понимаю…
П л а т о в. Не смогу. Тебе — не смогу! Сергей Данилович, не голосуй сейчас… против меня.
И г н а т ь е в (не сразу). Не могу.
П л а т о в. Понимаю. Ну… заболей! Сошлись на неотложное дело, я отпущу! Но — не голосуй против меня, Сергей!..
И г н а т ь е в (вновь не сразу). Этому делу мы с вами отдали полжизни.
П л а т о в (Первухиной). Запишите! Игнатьев голосует…
И г н а т ь е в. Запишите.
П л а т о в. Игнатьев голосует…
И г н а т ь е в. Пишите, Софья Порфирьевна…
П л а т о в. За согласование приказа! Отлично! Итак… Итак — двое! (Смотрит на Чашкину, затем — на Панову.) Собственно, не двое, а — все? Все…
Пауза.
Ч а ш к и н а. А почему это мне рот затыкают?
П л а т о в. А о чем еще говорить?..
К а л и н к и н (Платову). Вот так вот.
Ч а ш к и н а. А если я желаю — по мотивам голосования? А не просто — отдать голос?
П л а т о в. Что ж… Прошу.
Ч а ш к и н а. Разве это — частный вопрос? Этот вопрос имеет общенародное, если хотите, международное значение!..
П а н о в а. Тетя Глаша, бога ради…
Ч а ш к и н а (страстно). Вот я раскрыла сегодняшнюю газету! Вот!.. Овчарки рвут живого человека!.. Вот мать прикрывает собственным телом свое дитя, надеясь уберечь от автоматной очереди подлых наемников!.. А вот!..
И г н а т ь е в. Глафира Степановна, время…
Ч а ш к и н а. Именно — время! Какое время, товарищи!.. Вот другая полоса, вот! Героическая наша молодежь на сибирских стройках!.. Введен в строй еще один металлургический гигант, крупнейший в мире!.. Почин трудящихся, еще один славный почин, вот!.. Товарищ Калинкин, неужели
ты так и не понял до сих пор, что сегодня, сейчас нельзя, позорно, постыдно так прозябать, как ты! Ты сказал тут про разведку! Шутишь? А я — ходила, когда надо было! В гражданскую! В финскую! В Отечественную! И сейчас пойду, если только пошлют! А ты?!. Да что там в разведку, я работать-то рядом с такими, как ты, не могу!..П л а т о в. Все ясно. (Первухиной.) Запишите, еще один голос — за увольнение…
Ч а ш к и н а. Чей голос?
П л а т о в. Ваш.
Ч а ш к и н а. Мой?
П л а т о в. Вы же только что сказали…
Ч а ш к и н а. Что я сказала? Что? Я сказала, что грош цена в базарный день всем замечательным достижениям всего нашего замечательного коллектива, если мы все, как один, общими усилиями, не можем сделать человека полноценным строителем и созидателем!.. (Калинкину.) Нет, голубчик! Нет, ангел ты мой! Нет, рыбка моя золотая! Мы тебя никому не отдадим, сукиного сына! Мы за тебя так возьмемся, всем тысячным коллективом, мы тебя так пропесочим и продраим, мы тебя… Какое еще может ему быть увольнение?! Вот осознает до конца, исправится, станет человеком с большой буквы — вот тогда пусть катится хоть на все четыре стороны!.. (Первухиной.) Вот теперь записывай мой голос!
П л а т о в (глядя на Чашкину). И когда ты только на пенсию уйдешь…
К а л и н к и н (вскочив). Тетка Глаша…
Ч а ш к и н а. Какая я тебе тетка Глаша? Пиночет!..
К а л и н к и н. Понял. (Садится.)
П л а т о в. Итак, два — один. Так и запишем. (К Пановой.) То есть… три — один, мнение Светланы Павловны известно…
П а н о в а. Я его изменила.
П л а т о в. То есть?
П а н о в а. Я против согласования приказа директора. (Первухиной.) Запишите.
П л а т о в (не сразу). И могли бы… прокомментировать?
П а н о в а. Могла бы.
П л а т о в. Буду очень просить вас.
П а н о в а. Да что-то жалко стало человека.
И г н а т ь е в. Мило!.. И этого, полагаете, достаточно?
П а н о в а. Для меня — да.
И г н а т ь е в. Как же тогда, простите, вы допустили в своем собственном секторе всю эту свару? Не вмешались?
П а н о в а. Не сочла нужным.
П е р в у х и н а. А сейчас — сочли?
П а н о в а. А сейчас — сочла. Вы пишите, не отвлекайтесь.
И г н а т ь е в. Светик, дружок, а вам не кажется, что для руководителя вы проявили оригинальную непоследовательность?
П а н о в а. Сергуня, лапушка, нельзя толковать женщине про политику и про загарчик одновременно, это сбивает относительно твоих истинных намерений. (Резко, жестко.) Еще вопросы?
П е р в у х и н а. Светлана Павловна, уж позвольте нам…
П а н о в а (перебив, Платову). Кто, собственно, ведет собрание?!
П л а т о в. Вы правы. Не будем отвлекаться — в нашем распоряжении считанные минуты. Итак… Итак, голоса разделились?
Пауза.
П е р в у х и н а. Владимир Петрович… Не совсем.
П л а т о в. Не понял.
П е р в у х и н а. Владимир Петрович, разделились — это только в случае, если лично вы сами — воздержались, а если вы лично…
П л а т о в. В жизни не воздерживался! Я голосую…
Калинкин встает.