Чтение онлайн

— Сильная, — уважительно проводил ее Хачериди. — Ни единого звука не издала.

Демон скривил морду, почуяв запах горелой плоти, взвыл, а затем спел:

Солнце и пламя, сорвано знамя,

Небо вселяет страх.

Боли не зная, вечно живая,

Вера горит на кострах.

Бестужев знал, откуда эти строки. В миру эту композицию исполняла группа “Мастер”. Он всегда считал Алика Грановского человеком, заглянувшим за край мира. Теперь он думал, что, возможно, тот однажды увидел Хаос.

— Возможно, так все и было, — словно прочитав мысли капитана, сказал Хачериди и подмигнул Бестужеву. — Кто знает?

Больше демон ничего

сказать не успел. За их спинами с невообразимым скрипом раскрылись врата. Своей жертвой Вера добыла пропуск для Бестужева. За древними дверями его ждал Дьявол.

Капитан посторонился, пропуская демона вперед. Хачериди, не особо стесняясь, переступил порог, словно пришел к себе домой. Кинув последний взгляд на догорающий помост, Бестужев решительно прошел через врата. Для себя он все решил: Дьявол не Дьявол, ангел не ангел, но он ответит за жертву Веры.

За вратами вошедших ожидала небольшая комнатка, стены которой были обиты красным бархатом. Посредине стояли стул и стол. На поверхности последнего лежала раскрытая книга, рядом — перо и чернильница.

— Это журнал посещений, — пояснил Хачериди. — Что поделать — людские привычки легко проникают в быт небожителей.

Он подошел к столу, взял в руки перо, обмакнул его и вывел размашистую подпись на свободной странице. Демон подул, чтобы чернила высохли, и приглашающим жестом протянул перо Бестужеву. Капитан повторил ритуал подписи, после чего журнал закрылся сам собой. Одна из стен замерцала и превратилась в красные кулисы.

— Пойдем, капитан, пора изменить пророчество, — Хачериди снова примерил на себя образ грека. Удивительно, но к рогато-клыкастому демону Бестужев уже как-то попривык.

Секретный агент юркнул между складками кулис, оставив капитана одного. Бестужеву было страшно. По-настоящему, как в детстве. Ведь он сейчас увидит самого Дьявола — главного антагониста любого верующего христианина. Увидит его во плоти, пусть плененного, но живого.

Бестужев набрал полные легкие воздуха, задержал дыхание, посчитал до тридцати и с шумом выдохнул. Пора! Он дернул за кулисы, нашел проход и вошел в…

Он ожидал увидеть что угодно. От древней пещеры, наполненной сталактитами и сталагмитами, до жуткой тюрьмы, наподобие той, что в детстве видел в советском фильме “Узник замка Иф”. Но попал он в просторный номер четырехзвездочного отеля “Вечность”, о чем свидетельствовала визитка, небрежно брошенная на прикроватный столик.

В номере была кровать, аккуратно застеленная, уже упоминавшийся столик при ней, три кресла, один из которых уже занял Хачериди, огромная телевизионная панель, занимавшая почти целую стену, бар-холодильник с прозрачной дверцей — ассортимент напитков был очень богатым. Еще Бестужев увидел три двери. Куда они вели, капитан гадать не решился. Может быть в ванную комнату, а, может быть, прямиком в Ад. Стены номера постоянно отливали золотым и мерцали.

— Что это такое? — наконец выдавил из себя капитан.

— Тюрьма, — угрюмо ответил демон. — Не обманывайся внешним видом. Просто в этом веке настроения на Небесах формируют ангелы-гуманисты. Отсюда и такой “look”. Поверь, в былые времена были и подвалы, и карцеры. Но и тогда, и сейчас это было и остается, прежде всего, тюрьмой.

— А где… он? — Бестужев не смог выдавить из себя имя постояльца.

— Бреется вроде, — небрежно сказал Хачериди. —

Подожди минуту.

И правда — вскоре одна из дверей открылась и к гостям вышел красивый черноволосый мужчина, стучащий по щекам ладонями, обильно пахнущими дорогим парфюмом. Все-таки — ванная, механически отметил для себя капитан. Его не покидало чувство, что он уже раньше видел этого красавца с идеальной небритостью.

— Точно! — не сдержался Бестужев и сказал вслух. — Это же Дьявол из американского комедийного сериала “Люцифер”! Не помню, как звали исполнителя главной роли… Так он и есть…

— Нет-нет-нет, — приятно рассмеялся хозяин номера. — Том Эллис здесь абсолютно ни при чем. Но созданный им образ Люцифера Денницы просто чудесен, не правда ли?

— Поддерживаю! — У Хачериди в руках уже был стакан с виски, которым он отсалютовал.

— Но если вы, глубокоуважаемый Четвертый, желаете лицезреть что-то более классическое — никаких проблем, — и сериальный Люцифер моментально превратился в странного неулыбчивого мальчика из фильма “Омен”. — А, может, так? — И вместо мальчика щелкнул хвостом красный черт с рогами, копытами и трезубцем в руках. — Я могу быть для вас кем угодно, капитан.

— Верните Люцифера Денницу, — проглотив комок в горле, ответил Бестужев.

— Как пожелаете! — “Том Эллис” подошел к бару и достал красивый закрученный графин, наполненный виски. — Между прочим, господин Четвертый, сделано в Гусь-Хрустальном Владимирской области. Иногда там творят настоящие шедевры.

К графину подоспели стаканы, выполненные в том же стиле. Люцифер ловко их наполнил и протянул один Бестужеву.

— Ну — за знакомство, господин Четвертый. Пить можно до дна, запасы виски у меня неисчерпаемы — мои адвокаты в Небесном Суде сумели добиться хоть таких послаблений.

Бестужев отхлебнул из стакана — виски был великолепным.

— Почему вы называете меня Четвертым? — спросил он.

— Эх, капитан, вы отличный сыщик, Лжепророк в вас не ошибся, — Люцифер отсалютовал на этот раз демону. — Вы почти распутали весь клубок, но до самого главного так и не дошли.

— До чего именно?

— Ну давайте на секунду представим, что я ваш начальник — полковник Булдаков, покой его душе, а вы — это вы, Александр Бестужев.

Дьявол выпил и снова налил виски.

— Но давайте вернемся к нашим делам. Итак, идет рабочее совещание с руководством РОВД. Ответ на какой вопрос вы хотели бы узнать прямо сейчас?

Бестужев думал не долго.

— Кто убил Пабло Ганадора, Луиджи Гуэрра и Ивана Голодного?

— Ну этот слишком простой вопрос, — разочарованно развел руки в стороны Люцифер.

— И тем не менее.

— Даже во Владимире уже все знают ответ на него. Да, наверное, и в каждом полицейском участке страны. Ведь убийцу объявили в федеральный розыск.

— Так кто же он? — Бестужев почти кричал. — Хватит издеваться.

— Ответ очевиден: это вы, господин Четвертый, — Люцифер откинулся на спинку кресла, чтобы полюбоваться произведенным эффектом.

Капитан опешил, но сдаваться не собирался.

— Чушь собачья. Назовите мне имя настоящего убийцы.

— Я его уже назвал. Чем вас не устраивает ваша персона. Или, может, у вас есть алиби на момент каждого из убийств?

Бестужев открыл рот, чтобы высказать все, что он думает о дьявольских кознях, но так и остался сидеть с раскрытым ртом. А ведь действительно, у него нет алиби на те ночи, когда были совершены преступления.