Прекрасная тьма
Шрифт:
Я пнул лежащий на полу толстый индийский ковер. Черно-белые узоры причудливо сплетались в замысловатый рисунок. Мне не хотелось объяснять, как я очутился здесь. Способ был странный. Возможно, стоит сказать правду? Но как это случилось? Как мой внутренний голос мог привести меня к кому-то, кроме Лены?
С другой стороны, если я не расскажу об этом Мэриан, у меня есть все шансы остаться в этой комнате навсегда. Поэтому я решил сказать половину правды.
— Я искал Лену. Она где-то здесь, вместе с Ридли и ее приятелем по имени Джон. Думаю, у нее неприятности. Сегодня на ярмарке она кое-что натворила…
— Просто
Он был так занят конфетой, что не заметил, каким убийственным взглядом я его наградил. Я не собирался посвящать Мэриан и Лив в детали случившегося.
— Мы ходили между стеллажами, и тут я услышал женский смех. Он показался мне… Наверное, он показался мне счастливым. Я пошел на звук. На звук ее голоса. Точнее объяснить не могу, — закончил я, украдкой взглянув на Лив.
На ее бледных щеках выступил легкий румянец. Она не сводила глаз с несуществующей точки на стене.
— Думаю, смех показался тебе знакомым! — восторженно всплеснула руками Мэриан.
— Да.
— И ты просто пошел за ним, особенно не раздумывая! Инстинктивно!
— Можно и так сказать.
Я не понимал, к чему она клонит, но сразу заметил в ее глазах возбужденный блеск. Ох уж эти безумные ученые!
— Иногда ты можешь говорить с Леной без слов?
— Ну да, с помощью кельтинга, — кивнул я.
— Откуда простому смертному знать о кельтинге?! — воскликнула Лив, пораженно глядя на меня.
— Прекрасный вопрос, Оливия! — провозгласила Мэриан. — Вопрос, заслуживающий ответа.
Мне не понравилось, как они переглянулись. Мэриан подошла к шкафу и пробежалась взглядом по книжным полкам Мэкона, словно искала в сумочке ключи от машины. Мне было неприятно смотреть, как она прикасается к его книгам, хотя ему наверняка уже все равно.
— Само получилось. Мы вдруг оказались в голове друг у друга.
— То есть ты можешь читать мысли и ничего мне не рассказал?! — Линк воззрился на меня с таким видом, будто я — Серебряный Серфер, и нервно почесал затылок. — Слышь, чувак, вся эта история с Леной… Ты что, просто дергал меня за нитки, как марионетку?
Он резко отвернулся.
— Ты делаешь это сейчас?! Делаешь ведь, да?! Чувак, выметайся из моей головы!
Линк попятился от меня и наткнулся на книжный шкаф.
— Я не могу читать твои мысли, идиот! Просто мы с Леной иногда слышим мысли друг друга.
Линк с облегчением вздохнул, но от меня так просто не отделаешься.
— Так что ты там подумал про Лену?
— Ничего! Злился на тебя, вот и все, — отмазался он, взял с полки книгу и притворился, что разглядывает ее.
— Вот же она! — выхватила у него книгу Мэриан. — Как раз ее я и искала!
Она открыла том в потрепанном кожаном переплете и зашелестела страницами, как будто точно знала, что ищет. Книга напоминала старый учебник или справочник.
— Вот, смотри. — Она протянула книгу Лив. — Знакомый текст?
Лив склонилась над книгой, они с Мэриан вместе листали страницы и удовлетворенно кивали. Потом Мэриан выпрямилась и забрала книгу у ассистентки.
— Ну что ж, вернемся к нашему вопросу! Оливия, как простой смертный может пользоваться кельтингом?
— Никак!
Если только он действительно простой смертный, доктор Эшкрофт.Они, улыбаясь, смотрели на меня как на ребенка, который учится ходить, или как врачи, которые собираются сообщить больному, что тот неизлечим. Отвратительное ощущение.
— Может, расскажете, в чем прикол?
— Никаких приколов. — Мэриан протянула мне книгу. — Сам посмотри.
Взглянув на страницу, я понял, что был прав насчет учебника. Своего рода чародейская энциклопедия: текст на незнакомом языке, непонятные рисунки, но кое-что было и по-английски.
— Проводник, — прочитал я вслух и взглянул на Мэриан. — Думаешь, я — проводник?
— Читай дальше.
— «Проводник: тот, кто знает дорогу. Синонимы: dux, speculator, gubernator. „Командующий“. „Лазутчик“. „Штурман“. Тот, кто отмечает путь». — Я прервался и смущенно посмотрел на них.
— То есть он — что-то вроде человека-компаса? — не растерялся Линк. — Да, так себе сверхспособность — чародейский вариант Аквамена.
— Аквамена? — переспросила Мэриан.
— Комиксы надо читать! Аквамен умеет говорить с рыбами. Но чего это стоит по сравнению с рентгеновским зрением?! — покачал головой Линк.
— У меня нет никаких сверхспособностей, — возразил я.
Или все-таки есть?
— Читай дальше. — Мэриан показала на нижние строчки.
— «Мы отдавали себя служению со времен крестовых походов. У нас было множество имен, но мы всегда оставались безымянными. Мы нашептывали на ухо первому императору Китая, когда он задумал построить Великую Китайскую стену, мы сражались плечом к плечу с отважнейшим рыцарем Шотландии, когда тот боролся за независимость своей страны. Рядом со смертными, которым было предначертано совершить великие дела, всегда были те, кто направлял их. У потерявшихся в океане судов Колумба и Васко да Гамы были кормчие, которые направили их к Новому Свету, так и мы существуем для того, чтобы вести и сопровождать чародеев, чей путь обладает особой важностью. Мы…»
Я перестал вообще что-либо понимать. А потом услышал голос Лив, которая продолжила, как будто знала этот текст наизусть:
— «Мы — те, кто находят то, что утеряно. Те, кто знают путь».
— Читай до конца, — внезапно посерьезнев, сказала Мэриан, с благоговением вслушиваясь в слова пророчества.
— «Мы служим великому духу, великим людям, великой цели до конца, пока дух не обратится в прах, а прах вновь не станет духом».
Я закрыл книгу и вернул ее Мэриан. Мне было вполне достаточно того, что я узнал.
Мэриан странно посмотрела на меня, покрутила книгу в руках, а потом взглянула на Лив:
— Как думаешь?
— Возможно. Были и другие, до него.
— Но не у Равенвудов, и не у Дачанисов, если уж на то пошло.
— Доктор Эшкрофт, вспомните: вы же сами говорили, что решение, которое примет Лена, будет иметь огромные последствия. Разве нельзя сказать, что ее путь имеет огромное значение? Если она выберет Свет, умрут все темные чародеи ее семьи, а если она выберет Тьму…
Лив не договорила. Мы все знали, что будет дальше: все светлые чародеи ее семьи умрут. Мне не нравилось, какой оборот приняла беседа, хотя я не совсем понимал, к чему они клонят.