Преемница темного мага
Шрифт:
Когда мы оказались на месте, «Летящий» находился примерно на полпути к выходу, но больше не двигался. Скалы сжались настолько, что плыть он больше не мог, а ловцы пытались добраться до заветного выхода на шлюпках: кое-какие уже плыли с пассажирами на борту, а некоторые только спускались на воду.
— Капитан! — донесся до меня голос Аргара. — Спускайтесь!
Ответа я не расслышала, но этого и не требовалось: если я хоть что-нибудь понимала в чужой психологии, капитан Вагхан никогда не покинет свой корабль, пусть даже под угрозой неминуемой смерти.
Хотелось кричать — громко, надрывно, чтобы по щекам бежали реки обжигающих слез, таких же соленых, как Сумеречное
Поднебесные, да за что?! Неужели они все сейчас погибнут?!
Неожиданно та моя часть, которая сохраняла холодную отстраненность и была оттеснена паникой на задворки сознания, взяла верх.
Я неотрывно смотрела на друзей, изо всех сил борющихся за свою жизнь, а в мыслях звучали мимолетно брошенные Кайером Флинтом слова: «Когда-то здесь располагалось святилище жрецов Лайара. Жертв было принесено столько, что все дно покрыто человеческими костями…»
Кончики пальцев знакомо закололо, по телу разлился темный холод. То, что я собиралась сделать, нельзя было назвать иначе, как самонадеянным безумием, не имеющим ни малейшего шанса на успех, но меня это не остановило. Бесчисленное количество раз мне приходилось молить о чем-то Поднебесье, но сейчас я собиралась обратиться к Глубине. К темной магии, что пугала и бурлила внутри меня все последние дни.
Перед глазами замелькали образы заснеженного леса, поднимающиеся на ноги мертвые ши и безжизненная птица, а затем я смежила веки и погрузилась в черноту. Время замедлилось, став густым и вязким, как смола. Дыхание сделалось редким, сердце больше не билось так часто, как прежде, и даже стынущая кровь струилась по венам гораздо медленнее. Погружаясь вглубь самой себя, я разрушала все мешающие барьеры и предрассудки, позволяя своей темной магии выплеснуться в полную мощь. Вместе с тем снова окуналась в энергию этих вод, добиралась до самого дна и ощущала лежащие на дне смерти… их было несколько тысяч. Несколько тысяч тех, кто или стал жертвой ритуалов, или погиб так же, как сейчас могли погибнуть ловцы потерянных душ.
И они — мертвые, пролежавшие под толщью воды долгие годы, должны мне подчиниться. В Глубину все страхи и нерешительность — если есть хотя бы крошечная, пусть даже безумная возможность задержать смыкающиеся скалы, я обязана ее использовать!
Холодно было невыносимо, до боли, но в какой-то момент боль прошла, а холод начал казаться чем-то естественным и даже приятным. Я ощущала, как ласкает лицо ветер, как падают на губы и щеки капли, которые по сравнению с кожей были не ледяными, а теплыми. Море бурлило, разразился шторм, но в том замкнутом, наполненном потусторонним холодом мире, где теперь находилась я, было спокойно и умиротворенно.
Так странно… Я всегда думала, что смерть — это нечто страшное и разрушительное. И темная магия тоже. Но, оказалось, она может быть спокойной и безмятежной. Приятно бесчувственной…
Каким-то внутренним зрением я видела тонкие, практически незаметные нити, тянущиеся из самых глубин. Пуская по ним свою магию, наполняла их ею, заставляя приглушенно мерцать и становиться толще.
Покой долго не продлился. По мере того как я чувствовала все больше и больше «нитей», подчиняла давно почивших бедолаг, меня заполняло необъяснимым
торжеством, смешанным с ложащейся на плечи тяжестью. Мозг будто отключился, и я превратилась в сосредоточение интуиции и ощущений. Не анализируя и не задумываясь над своими действиями, концентрировалась на цели, которую хотела достигнуть. Я выкладывала все неведомо откуда берущиеся силы, а те только этого и ждали — некромантия, которой дали волю и позволили взять верх, вырвалась на свободу, смешалась с беспокойной водой, достигла дна и безудержной мощью прокатилась по глубинам Сумеречного моря.Я не могла видеть, что происходит, но все тем же внутренним зрением ощущала, как разрозненные части скелетов соединяются вместе, а темная магия наполняет полуистлевшие кости удивительной силой. Как лишенные душ тела поднимаются на ноги и упираются подобиями рук в стремящиеся соединиться скалы.
Армия… моя личная армия подводных скелетов синхронно пыталась противостоять древней магии, и, судя по моим ощущениям, у них получалось! Движение скал замедлялось, а вместе с ним замедлялось и биение моего сердца, которое, казалось, уже почти остановилось.
От напряжения на лбу выступили липкие капельки. Я едва осознавала, что вытянула вперед руки, словно управляя невидимыми марионетками. От прикладываемых усилий мне должно было быть жарко, но я находилось во власти все того же холода. Когда-то давно в библиотеке господина Слоуэна я читала книгу сказок, в одной из которой добрая принцесса противостояла злому магу, использующему запретную темную магию. Я всегда стремилась быть такой «принцессой», а сейчас самозабвенно, отчаянно пользовалась той силой, о которой или рассказывают в книгах, или говорят шепотом.
В сказках все просто и понятно. Это — добро, а это — зло. В реальности все куда сложнее, и порой тем, кто стремится быть положительным персонажем, приходится использовать темную магию во благо. Да и вообще, бывает ли магия темной и светлой? Может, все дело в том, как ее использовать?
Обрывочные мысли мелькали где-то на краю сознания, в то время как вся моя суть была занята контролем над подчинившейся нежитью. В какой-то момент до этого замедлившее ход время вошло в привычное русло, и полная интуитивность уступила место частичной осознанности.
Открыв глаза, я смотрела на громадный каменный череп и сходящиеся скалы, которые теперь почти остановились, но все же проход стал заметно уже. «Летящий» буквально трещал, устремлялись к выходу шлюпки, весь грот наполняли крики и всполохи огня, порожденные саламандрами. Большинство ловцов, объединив усилия, тоже старались сдержать натиск скал — на шлюпках уплывали считаные единицы.
Магия вытекала из меня, как вода сквозь пальцы, и я понимала, что долго не выдержу. Колени дрожали, как и руки, которые я упорно вытягивала перед собой, не чувствуя ледяных онемевших пальцев. Понятия не имела, сколько прошло времени и сколько мне уже удавалось использовать некромантию, — может, минуту, полторы…
Опустившиеся мне на плечи руки стали полнейшей неожиданностью. Как и шепот, коснувшийся уха:
— Сделаем старика Нагхара, а?
И в тот же миг чужая, но чем-то схожая с моей магия заструилась по венам, вплеснула в меня заряд новых сил, и я пропустила ее через себя, чтобы передать своей «армии». Флинт стал подпитывать меня по такому же принципу, каким я сама всегда передавала силы Косичке во время плетения сети.
Я пребывала в глубоком потрясении от всего происходящего, так что не могла изумиться еще сильнее… и все-таки изумилась! Подумалось, что я схожу с ума или тону и вижу предсмертный бред!