Предзимье. Осень+зима
Шрифт:
Тая, вжав голову в плечи, пошла прочь. Падал снег, он таял на лице, катясь слезами, и это значило, что она жива, она вернется из леса. Ветра не было, и легкой куртки хватало, чтобы не замерзнуть. Владимир было дернулся за Таей, но его удержал Илья. Иногда он очень понятливый. И тогда становится совсем непонятна его реакция с феромонами. Почему он тогда промолчал? Это касалось её безопасности! Чума, и не спросишь о таком. Прав был Гордей — вопрос очень стыдный, личный. Такое надо решать наедине. Не при всех.
Тая оглянулась назад, мужчины так и стояли, провожая её взглядами.
Под ногами скрипел снег. Он еще таял. Скоро земля остынет, и тогда снег и зима победят. Иногда предзимье в Сибири начинается неожиданно. Тая помнила, как Кот смеялся, называя их с Гордеем — тандем «Предзимье». Осень и Зима. Пришло их время. Тая на миг запрокинула голову вверх в тихой молитве: пусть парни выживут! Должны же быть в этом мире чудеса.
Ей словно ответили — из маглева, заставляя Таю снова разворачиваться, раздался тихий рокот — там опять что-то взорвалось. Да сколько можно-то! Со стороны перрона вышли несколько магмодов в человеческом виде — они понуро прошли мимо Таи к столу с горячими закусками и самоваром. Пахнуло усталостью, кровью, пылью и озоном, которым всегда сопровождаются магимпульсные взрывы. Магомоды были возле маглева… Тая в одном из них узнала Орлова. Поговорить бы с ним. Только сперва надо узнать, что с Никой.
Точно! Тая достала походник и вошла в молнеграмм, удивляясь количеству сообщений от Ники. От Даши ничего не было — и понимай, как хочешь.
Первыми шли снимки с экрана — Тая в первый момент не поняла, причем тут это, а потом вспомнила: сама же просила Нику скинуть записи из закрытого для Таи диалога. Она тогда хотела узнать, кто первым решил устроить её личную жизнь с Зимовским. Судя по снимкам, первой была как раз Даша. Чего и следовало ожидать… Чума на весь серпентарий!
«Тая, это просто кошмар!»
«Взрыв на вокзале!»
«Хорошо, что мы с Кариной опоздали — она умудрилась сломать каблук, пришлось ждать, пока лакей принесет новые туфли.»
«Впервые радуюсь, что ты в больнице — хотя бы за тебя не нужно бояться!»
«Ольга, Лариса и Альбина должны были быть среди провожающих!»
«Никто не отзывается — я им звоню, звоню и звоню!»
Она глянула на свой походник — три пропущенных, но Ника честно считала, что Тая в больнице.
«Лариска все… Представляешь, мне её муж сообщил. Ранение в сердце. Шансов не было!»
«До чего же он тварь — сэкономил поди на защите!!!»
«Все на любовниц спустил. Тварь!»
«Альбина ранена. Она в больнице. Прогноз не говорят!»
«Ты же знаешь, что её отец банкрот? На ней почти не было защиты!»
«Только бы она выжила!»
«Ольгу пока так и не нашли.»
«Карина в истерике — они с Ольгой дружили.»
Тая проморгала слезы. Ларису
было до одури жаль. Да, не особо они и дружили с ней, но они всегда стайкой гуляли после уроков в гимназии. Еще и Ольга… Тая честно пыталась вспомнить её сердце в том хоре ждущих помощи, но она Зимовского-то еле опознала в первый момент. Она принялась набирать сообщение:«Ника, тебе нельзя волноваться! Все будет хорошо: сейчас твое здоровье и Святослав — самое главное для тебя. Не обращай внимания на новости. Просто не заходи в молнеграмм и отключи стереовизор.»
Тая вспомнила и добавила новое сообщение — первое Ника уже прочитала:
«Святослав на свободе. Будь готова — этой ночью решится все.»
Более понятливо она не могла написать. Ника, впрочем, поняла:
«Спасибо, Тая. Мы всей семьей будем молиться за тебя!»
Хотя, может, и не все она поняла, потому что следом посыпались новые сообщения.
«Я пойду с тобой!»
«Я не хочу, чтобы ты рисковала одна за нас всех.»
«Это не обсуждается, Тая. Ты не должна быть одна!»
«Я с тобой! И точка!»
Тая рассмеялась — Ника все же хорошая подруга.
«Ника, не дури. Я иду одна. Тебе нельзя переохлаждаться! И это тоже не обсуждается.»
В ответ посыпались сердечки, улыбки и слезки. Ну хоть восклицательные знаки в конце каждого предложения закончились, а то, что ни сообщение, так крик.
Тая заметила, как Орлов отошел от стола с едой, отряхивая руки, и спешно направилась к нему:
— Доброе утро, ваше сиятельство… Разрешите…
Молодой мужчина, а он был старше Ники и Таи всего на пару лет, замер, удивленный обращением. Светловолосый, коротко стриженный, немного неухоженный, он был симпатичным, но не более того. Хотя Тая больше любила не внешние данные мужчин, а характер. Того же Гордея красавцем не назовешь, но лучшего друга Тая бы и не желала. Еще бы не был неряхой — цены бы ему не было.
Тая напомнила Орлову, который странно её рассматривал:
— Я подруга вашей жены, Таисия Саввовна Подосинова. Мы не встречались, но…
Он наклонил голову в коротком приветствии:
— Я помню — вы вчера крайне эпично забрали парней из диагностики патологии. Для вас я Святослав Игоревич, не стоит обращаться по титулу. Вероника рассказывала о вас. Что-то случилось?
Тая не стала ходить вокруг да около — она не верила Дашиным словам, что Святослав и Ника жили как кошка с собакой:
— Я связалась через молнеграмм с Никой. С ней все хорошо. Она не пострадала на перроне — не успела на церемонию отъезда.
Было заметно, как дорога Орлову его жена — он расслабился, перестал хмуриться и тут же поблагодарил:
— Спасибо за хорошие новости. Я, грешным делом, боялся найти её… — Он совсем невоспитанно дернул головой в сторону вокзала. Впрочем, Тая понимала его чувства. Там до сих пор были Гордей и Кот. Шансы найти их живыми таяли с каждой новой магимпульсной вспышкой. — …там…
Тая снова повторила:
— С ней все хорошо, с вашей семьей все хорошо. — Вокруг было слишком много чужих ушей, и Тая не могла иначе сказать, что с будущим малышом тоже все в порядке. — Не бегите. Я вам помогу. Только не бегите.