Предназначение
Шрифт:
Во время одной из таких пробежек наш директор, Аркадий Аполлонович (сын Аполлона), схватил меня за руку и сказал, что Егору нужно будет дать слово. В первой части программы. У них есть интересные новости. Он подтолкнул меня к зданию дирекции лагеря и сказал, чтобы я шла туда, ребята ждут.
С братом я, кстати сказать, не виделась почти все лето. Мы отдыхали каждый по своей программе, поэтому я шла, радуясь предстоящей встрече и летнему солнечному дню. В небе плыли пушистые облака, на озере ребята купались и плавали на лодках. Недалеко от озера установили импровизированную сцену, где шли последние приготовления к вечернему представлению. Не знаю, почему, но вся эта картина запечатлелась в моей памяти так ярко, что и сегодня я вижу её мельчайшие детали. Я улыбалась, довольная собой, предстоящим
Когда я поднималась по ступенькам, дверь открылась, и Егор с каким-то незнакомым парнем вышли на веранду. Увидев меня, он громко засмеялся и со словами: «Полинка! Как я рад тебя видеть!», крепко обнял и поднял вверх. Поставил на землю, осмотрел со всех сторон и сказал:
– Ты повзрослела и похорошела! А ещё говорят, что моя сестра стояла у руля организации сегодняшнего праздника.
Он, притворно удивляясь, поднял брови, а я, полная счастья видеть Егора, пропустила его слова мимо ушей. Просто смотрела на него и улыбалась. Заметила, что брат стал выше ростом, возмужал, загорел и находится в отличной спортивной форме. Белая футболка с короткими рукавами и эмблемой летнего лагеря и модные «драные» голубые джинсы отлично сидели на нем, подчеркивая загар, темные волосы и серо-голубые глаза.
– А ты-то как вырос, – сказала я, улыбаясь и глядя на брата снизу вверх. – Выше меня почти на голову…
– Можем, теперь поговорите по делу? – обронил какой-то парень, выходя на веранду. – Дома будете обмениваться впечатлениями.
– Сейчас и по делу поговорим, Макс, – повернулся к нему Егор. – Ты, кстати, узнал Полинку? Она за лето здорово изменилась.
Макс повернулся ко мне, и тут это случилось. Меня настигло то самое первое чувство, о котором я читала только в книгах. Удар молнии, стрела Амура, любовная лихорадка, или как это еще называется.
Макс смотрел на меня с легкой усмешкой, а я не узнавала в этом высоком стройном светловолосом парне того Максима, которого хорошо знала. Как и Егор, он тоже вытянулся, сильно загорел, а его светлые волосы от длительного пребывания на солнце еще больше выгорели, подчеркивая темно-карие глаза. Широкая улыбка с хитринкой и сияющие глаза сразили меня наповал.
– Привет, Полина! – с улыбкой сказал Макс. – Твой брат прав, ты изменилась. Хорошо выглядишь. А еще мы наслушались про твои организаторские таланты. В общем, поняли, что если бы не ты, никакой праздник бы не получился.
Я стояла, не в состоянии вымолвить ни слова. Не знаю, что было на моем лице, может, я по-прежнему механически улыбалась… Положение спас Егор.
– Ну что, раз Полина пришла, пойдем, поговорим по делу. Ты же только что о нем вспоминал.
Выйдя из оцепенения, я пошла вслед за братом и Максом в комнату, где сидели остальные ребята, а вместе с ними замдиректора лагеря.
Когда мы вернулись после завершения смены домой, а потом и в школу, моя жизнь более-менее вошла в привычную колею. Дома мы с Егором общались, в основном, на общие темы, но из разговоров я узнала, что Максим встречается с девушкой из параллельного класса. Она ездила с ними в международный лагерь. У Егора тоже появилась подруга. Услышав новость про девушку Максима, я еще глубже «спряталась в кокон»: изучала книги по психологии отношений и решила не показывать ему свои чувства. Я как – будто проводила эксперимент с участием себя: есть парень, который не обращает на меня внимания, встречается с другой девушкой и есть я, которая наблюдает за ним, подслушивает новости о его жизни, планах на будущее, и отвергает ухаживания других мальчиков. Да-да, после моей активной общественной жизни в летнем лагере и изменений к лучшему во внешнем виде, ко мне стали подкатывать как одноклассники, так и парни из параллельных и старших классов, предлагая начать «отношения». Но никто из них не был мне интересен.
Моя подруга Ника была в курсе моих страданий по Максиму. Во время наших прогулок и посиделок дома или в школе, мы часто обсуждали его и его девушку. Поговорить было о чем – Максим и Наташа не скрывали своих отношений, вся школа об этом знала. В отличие от меня, закрытой и серьезной,
Ника жила на полную катушку: встречалась с разными мальчишками, влюблялась в них, страдала, радовалась, ходила в кино, «кафешки» и по гостям. Время от времени я составляла им компанию, когда они гуляли со своим очередным увлечением и его другом. На большее меня не хватало. Порой меня посещала мысль: может, нужно с кем-то завязать отношения, чтобы доказать (кому? Максиму?), что я не одна? Но это быстро проходило, потому что никто из тех, кто хотел встречаться со мной, не выдерживал сравнения с Максом. А самое главное и неприятное для моей самооценки – Максу не было дело до меня, я оставалась для него младшей сестрой Егора.Так прошел этот год. Весной, когда приближался выпускной Егора, я случайно услышала их разговор с отцом. Это был выходной, воскресенье, вся семья была дома. Мама на кухне готовила, я сидела в своей комнате, папа с Егором были в зале. Они обсуждали, куда лучше ему поступать, какой выбрать ВУЗ. Снова говорили про МГУ, Бауманку, Вышку, а потом Егор сказал, что Максим уезжает. Потому что его родители решили, ему лучше сразу поступать в один из английских университетов, чем учиться здесь. Сердце у меня куда-то провалилось. Он уезжает. Это значит, что я его больше не увижу? Что мне делать? Признаться? Признаться в чем? А эта его девушка, Наташа, она тоже уедет вместе с ним? Он так и не узнает про мои чувства… Это хорошо или наоборот? Как поступить??
Вероятно, вся эта гамма переживаний отражалась у меня на лице. Когда мама заглянула в комнату и позвала на завтрак, её взгляд сделался уж очень внимательным. Но она ни о чем не спросила. И только когда отец с Егором уехали в спортклуб, мама снова зашла ко мне в комнату, где я сидела за столом, разложив учебники.
– Полли, детка, ты занята? Я хотела поговорить с тобой.
– О чем, мама? У меня все нормально.
Не обращая внимания на мои слова, она подошла к столу и села на стул.
– Полли, я чувствую, с тобой что-то происходит. Ты не говоришь ни о чем, а я не спрашиваю, не настаиваю и не давлю на тебя. Но это не значит, что я не вижу, что что-то не так. А сегодня утром… Твое лицо… Ты выглядела очень расстроенной. Ты изменилась, девочка моя, я заметила это еще в прошлом году, после летнего лагеря. Может быть, я могу тебе помочь? Это связано с каким-то мальчиком?
Её слова проходили словно сквозь меня. Я сидела, глядя в учебник, но ничего не видела. Мама встала и принялась ходить по комнате. Я же думала: стоит ли ей что-то говорить? Она ведь знает Макса.
– Ты уже в таком возрасте, когда у вас случаются всякие отношения, – продолжала говорить мама, она снова села на стул – а сейчас это происходит еще раньше. И я слышу, что тебе звонят мальчики. Ника твоя с кем-то встречается. Тебе… кто-то нравится?
И я решилась. Подумала, что она и правда может помочь – справиться с этим чувством. Ведь она знает Макса.
– Мама, – развернувшись в кресле, я посмотрела на нее – мне нравится Макс. Тот самый, друг Егора. Он нравится мне уже давно, с прошлого лета. Но у него, как ты знаешь, есть девушка. И он старше меня. Сегодня я услышала, что Макс, скорее всего, уедет учиться в Англию – так решили его родители. Я понимаю, что у меня нет никаких шансов. С этим моим чувством к нему нужно что-то делать. Здесь ты можешь мне помочь.
Я была настроена обуздать свои чувства, свою первую влюбленность. И мама помогла мне справиться, выйти из этого водоворота чувств к Максиму. Она сказала, что это тот самый случай, когда нужно найти себе как можно больше занятий. После экзаменов мама пристроила меня помощницей к себе в библиотеку, где я погрузилась в книги (искала по своей теме – взаимоотношения-страдания-свобода). В июле мы с Никой поехали в летний лагерь, и там я даже позволила себе завести легкий роман с Игорем из параллельного класса – мы вместе состояли в оргкомитете лагеря и готовили очередное «праздненство».