Чтение онлайн

Телам людей рядом до осознания угрозы оставалась доля секунды. Кто-то только поднял голову от телефона.

Смещайся вправо, — чётко, как команда, отдала система. — Дёрни мужчину на пол-шага назад.

Тело отреагировало. Он шагнул в сторону, хватая за рукав стоящего рядом дядьку в рубашке и резко потянув назад. Оба сместились.

Машина прошла там, где они стояли мгновение назад. Ветер от неё ударил в лицо. Кто-то заорал. Кто-то выругался.

Водитель даванул по тормозам уже за переходом, но было поздно: сцена случилась. Он выкрикнул в открытое

окно что-то вроде «сами виноваты», но, увидев, сколько взглядов в него впилось, рывком ушёл дальше.

— Ты чего, парень? — мужчина в рубашке, которого Артём дёрнул, повернулся к нему, всё ещё растерянный. — Видел, да?

— Ага, — выдохнул Артём. — На красный полетел.

— Уроды, — мужчина мотнул головой. — Спасибо, что дёрнул.

— Да не за что, — отозвался он.

Толпа, привычная к подобным сценам, быстро разошлась. Кто-то ещё покачал головой, пару минут обсуждали «куда полиция смотрит», и жизнь поехала дальше.

«Вот это я понимаю «критическая угроза», — подумал он, когда переправился через дорогу и пошёл дальше.

Да, — спокойно ответила система. — В подобных ситуациях вмешательство оправдано.

— Спасибо, — сказал он. — И… ты дёрнула только меня или всех?

Я скорректировала ваше положение, — сухо пояснила она. — Остальные реагировали самостоятельно: закричали, отступили, замерли. Ваша траектория позволила захватить ещё одного.

— Понятно, — кивнул он. — Ещё раз: такие вещи делай, не спрашивая. Тут я не против.

Отметка обновлена, — коротко ответил модуль.

Дома его встретили запахом жареной картошки и чем-то сладким — мать явно решила совместить праздничный стол с привычной едой.

Ольга была на кухне, в домашнем, с фартуком. В одной руке — лопатка, второй она одновременно держала телефон у уха.

— Нет, Валентина Петровна, — говорила она, увидев сына только краем глаза. — Я завтра выйду. Да, знаю, что завал. Нет, увольняться не собираюсь, кому я нужна, кроме вас… Знаю. Да. У меня сын выпускной вчера. Да, живой. Да, даже с дипломом. Нет, не спился… Хорошо, до завтра.

Она положила телефон, повернулась к нему.

— Заходи уже, инженер, — сказала. — Снимай обувь, руки мой.

— Здравствуйте, — ответил он, невольно улыбаясь.

— Здравствуй, — она чмокнула его в щёку, потом тут же пригляделась. — Нос цел, глаза целы, руки-ноги при тебе. Давление позже померяем.

— Я уже спас одну жизнь по дороге, — сказал он, проходя в ванную. — Должен получить скидку.

— Скидку получишь в виде второго куска торта, — отозвалась мать. — Не наглей.

Николай сидел за столом, ковыряясь отвёрткой в каком-то блестящем куске металла.

— Это ещё что? — удивился Артём.

— Подарок судьбы, — ответил отец, не поднимая головы. — Хозяин отдал за так. Сломанный старый шуруповёрт. А внутри — мотор. А мотор — это всегда хорошо.

— Ты даже на празднике что-то разбираешь, — покачал головой сын.

— Так я же тебе говорил, — поднял глаза Николай. — Любая сложная вещь перестаёт быть страшной, если её разобрать. Даже выпускной, даже

армия.

Он произнёс это без напора, спокойно. Но слово «армия» повисло в воздухе.

Егор выглянул из комнаты с ноутбуком.

— О, живой, — сказал он. — Я уже начал думать, что ты останешься в общаге ночевать, чтобы с дипломом рядом спать.

— Там нет места, — сказал Артём. — На соседней кровати занято Данилой, а с ним тесно.

— Я верю, — кивнул Егор. — Пойдём, покажешь диплом, я сделаю фотку «инженер в естественной среде».

Марина тоже была дома — сидела на диване с планшетом, рисовала что-то. Услышав его голос, поднялась, подошла, обняла.

— Сегодня я буду вести себя прилично, — сразу предупредила она. — Ни одного саркастического комментария по поводу твоего диплома. Максимум — потом, дома, когда ты расслабишься.

— Уже поздно, — сказал он. — Ты только что сделала саркастический комментарий по поводу саркастических комментариев.

— Профессиональная деформация, — развела руками она.

После обеда, когда еда легла в желудке, а чай — в кровь, разговоры перешли на более серьёзные рельсы.

— Так, — сказала Ольга, убирая со стола, — с дипломом разобрались. Остался слон посреди комнаты.

— Какой ещё слон? — сделал вид, что не понял, Артём.

— Тот, который приходит в конверте с гербом, — сухо сказала она. — Повестка. Что тебе там писали?

— Стандартно, — ответил он. — Явиться туда-то, тогда-то, медкомиссия, бла-бла. Через пару недель, считай.

— То есть у нас с тобой осталось совсем мало времени, чтобы я успела тебе рассказать, как правильно жить, — вздохнула Ольга.

— Ты этим всю жизнь занимаешься, — заметил Николай. — Думаю, твои лекции уже прописались у него в подкорке.

— Но можно и обновить, — парировала она.

Николай повернулся к сыну:

— Ладно. Давай без лишнего пафоса. Ты понимаешь, куда идёшь?

— Примерно, — сказал Артём. — В место, где «думать головой» и «делать по уставу» не всегда совпадает.

— Точно, — кивнул Николай. — Я тебе так скажу. Там тебе пригодится всё, чему ты научился: считать балки, бегать, спать по три часа, терпеть идиотские приказы и иногда — их тихо корректировать, чтобы самому не погибнуть и других не подставить.

Ольга закатила глаза.

— Только давай без истории из серии «как мы с прапором…», — сказала. — Мне хватило твоих рассказов на кухне.

— Я к чему, — продолжил Николай, игнорируя высказывание жены.

Он поддел отвёрткой болт на столе.

— Ты вчера сделал два правильных движения, — продолжил он. — Увернулся и ударил только раз. Не добивал. Это говорит о том, что тормоза ещё есть. Не теряй их.

— Хорошо, — сказал Артём. — Буду следить.

— И ещё, — вписалась Ольга. — В армии будут люди, которым будет абсолютно наплевать, насколько ты быстрый, умный и необычный. Им важно, чтобы ты не ломал систему, или, наоборот, делал за них грязную работу. Не суйся вперёд, если понимаешь, что этим просто кто-то прикрывает свою задницу.