Чтение онлайн

— Сдаём, — голос был усталый, но не злой. — Кто интересуется?

— Молодой человек, — мысленно поморщился Артём собственной формулировке. — Родители из области хотят переехать. Оба работают. Мать — фельдшер, отец — слесарь. Без животных. Не пьющие.

— Это вы так говорите, — хмыкнула женщина. — А потом…

— Нет, — перебил он мягко. — Правда. Могу познакомить, когда приедут.

Пара минут переговоров, уточнения района, этажа, условий. Цена была на грани, но посильной, если скинутся он, Марина и родители. И если Артём продолжит работать.

— Ладно, —

наконец сказала хозяйка квартиры. — Приезжайте смотреть. Завтра к пяти устроит?

— Устроит, — ответил он.

Когда положил трубку, в комнате воцарилась тишина. Все смотрели на него.

— Ну? — не выдержал Данила.

— Завтра идём смотреть, — сказал Артём. — Если всё нормально — буду ломать родительский консерватизм.

Уговорить родителей снова оказалось отдельным квестом.

— Квартиру? — Ольга звучала так, будто он предложил купить космический корабль. — На какие шиши?

— Не сразу, — объяснял он. — Сначала снимем. Я работаю, Марина подрабатывает. Вы тоже будете работать. Скинемся. Не дворец, но жить можно.

— Я не хочу, чтобы ты на себе всё тянул, — говорила она. — Ты учишься. У тебя своё.

— Я уже тяну, — мягко отвечал он. — И ничего. А вы… мам, ну серьёзно. Там же нечего делать скоро будет. Ты сама говорила.

— Я говорила, — Ольга вздыхала. — Но одно дело говорить, другое — снимать дом и куда-то ехать.

В разговор включался Николай.

— Допустим, — говорил он. — Допустим, я соглашусь. Что нам там? Снимать, таскаться. Работа… Я не мальчик.

— Пап, — говорил Артём. — Ты не мальчик. Но и не старик. И работа здесь есть. И для тебя, и для мамы. Я поспрашивал.

— Поспрашивал, — Николай усмехался. — Молодёжь всегда всё знает.

Марина действовала по-своему.

— Мам, — говорила она по видеосвязи. — Я уже почти год в городе живу. Не умерла, не пропала. Тут больницы нормальные, магазины, куда не стыдно зайти, кино, работа. И ты со своим опытом можешь устроиться без проблем. Егор тоже — тут колледж есть. Там что, дальше в Лесном? Сидеть и ждать, пока свет вырубят?

— Ты прямо как политический деятель, — вздыхала мать. — Все вы нас убеждаете, а жизнь всё равно по-своему.

Егор подключился, конечно, по-своему.

— Ма, — говорил он, — ну я серьёзно. Я тут уже просто задыхаюсь, честно. Интернет глючит, людей мало, перспектив — ноль. В городе я могу пойти куда-то учиться нормально, потом… работать, развиваться. Я не хочу до сорока лет в Лесном торчать и рассказывать, что «когда-то был интернет». Давай, а?

Все эти разговоры, давление с разных сторон, плюс реальные проблемы в селе в итоге сделали своё.

Однажды вечером Ольга позвонила первой.

— Ну что, парень, — сказала она, без привычной преамбулы. — Поговорили мы с твоим отцом. Посоветовались. Решили… попробовать.

— В смысле — попробовать? — переспросил он, замирая.

— Переехать, — ответила она. — Сначала на время. Снимем, как ты говоришь, квартиру. Если совсем не пойдёт — вернёмся. Но… — голос её дрогнул, — мне самой уже иногда страшно там. Скорая не всегда доезжает, лекарства не всегда привозят. Да и… —

она помолчала. — Ну, ты понимаешь.

Он понимал. Скорее чувствовал, чем понимал.

— Я рад, — сказал он. — Очень рад.

— Не радуйся раньше времени, — буркнул в трубке Николай. — Сначала доберёмся, устроимся, а там посмотрим. Хоть билеты не такие дорогие.

Егор громко где-то на фоне завопил:

— Ура! Мы выбрались! Я в цивилизацию!

— Вот кому больше всех, — хмыкнула мать. — Сразу видно. Ладно. Мы начнём собираться. Ты там… — голос её вернулся к обычному тону, — не рви жилы. Мы тебе вешаться на шею не собираемся.

День, когда они должны были приехать, выдался серым и сырым. Низкое небо, мелкий дождь, лужи, которые не высыхали уже неделю. Артём стоял на перроне, перетаптываясь с ноги на ногу. Рядом — Данила.

— Я до сих пор не верю, — говорил сосед. — Что твои реально решились.

— Я тоже, — признался Артём. — Но, похоже, да.

Поезд подошёл с протяжным скрипом. Народ вывалился из вагонов: с сумками, коробками, детьми, тележками. Среди них он увидел знакомые лица.

Мать — с той же сумкой, что и всегда, только взгляд уставший, но светлый. Отец — с двумя пакетами в каждой руке и чемоданом, который он тащил так, как будто тот ничего не весит. Егор — с рюкзаком и тем самым выражением лица «я один всё понимаю». В конце появилась Марина, которая примчалась на вокзал из своей общаги, запыхавшись.

— Ну здравствуй, Белоярск, — сказала Ольга, оглядевшись. — Надеюсь, ты нас не выкинешь.

— Это я тебя спросить должен, — обнял её Артём. — Как дорога?

— Нормально, — ответил Николай. — Поезд как поезд. Главное, что доехали.

Егор выскочил вперёд.

— Я реально в городе, — заявил он. — Официально. С этого момента я городской житель. Запомните это.

— Я тебя запомню, — сказала Марина, вздыхаю. — Когда через неделю ты скажешь, что хочешь обратно, потому что тут людей слишком много.

— Не скажу, — упёрся Егор.

Они погрузились в автобус, доехали до нового района. Дом, в котором была квартира, оказался типичной панельной девятиэтажкой: подъезд, плитка, домофон.

— Ну, — сказал Николай, глядя вверх. — Панельное чудо.

— Ничего, — сказала Ольга. — Главное — крыша есть.

Квартира была маленькой, но светлой. Комната, кухня, маленький коридор, совмещённый санузел. Окна выходили во двор, где стояли деревья и детская площадка. Обоев немного ободрано, мебель старенькая, но крепкая.

Хозяйка — та самая усталая женщина, с которой говорил Артём, — встретила их, показала всё, объяснила правила.

— К соседям, — сказала она, — не шуметь. Курить в квартире нельзя. С животными не ко мне. Платёж вовремя.

— Понимаем, — кивнула Ольга.

Когда хозяйка ушла, оставив им ключи, они остались вчетвером — и Марина, которая заранее прибежала помочь.

— Ну, — тихо сказала мать. — Вот и всё. Новый дом.

— Временный, — уточнил Николай.

— Любой дом сначала временный, — вмешалась Марина. — А потом как-то незаметно становится постоянным. Я по себе знаю.