Преданная. Невеста
Шрифт:
Снова щелкаю и закрываю.
Щелкаю и закрываю. Ускоряюсь.
Сегодня вечером Слава зовет меня поужинать. Я хочу отказаться, но пока что держу паузу.
Не хочу давать ему лезть к себе в голову и тем более сердце. Я пока не готова.
Впереди еще две пары. От большого перерыва осталось всего ничего. Но трачу его не на посещение столовой или одного из окружающих кампус кафе, а на собственную нерешительность.
Да кури ты уже, Березина!
Тарнавскому, вон, помогает. Он всегда курит на стрессе.
Правда
Даю себе же приказ, начинаю распаковывать пачку, но сжать сигарету губами не успеваю. Слышу сзади громкий знакомый смех.
Это Лиза Смолина.
Оглядываюсь и отступаю.
Она стоит в другой компании. Делает вид, что я ее не интересую, но меня триггерит нахождение с ней на одной территории вне пар. Не хочу, чтобы снова лила в уши. Делала выводы. Подъебывала.
Я не в том состоянии сейчас.
Прячу сигарету обратно. Сжимаю пачку вместе с зажигалкой и спускаюсь вниз по ступенькам. К нашей «курилке» примыкает неплохой парк. Сяду там. Может быть одну пару даже пропущу.
Успеваю сделать всего несколько шагов прочь, когда сзади догоняют.
– Берёзина, а с каких это пор ты куришь?
Моя проклятая интуиция привычно не ошибается.
Лиза увязалась следом.
Перехватывает без спросу мою руку. Выцепляет пачку. Изучает ее, пока я пытаюсь ускориться и позорно сбежать.
В голове крутится одно слово: отъебись.
Все от меня отьебитесь.
– Богато куришь. – Очередная подъебка относительно моего «улучшегося за счет Тарнавского материального положения» отзывается болью в сердце. Возможно, потому что это правда. И я подыгрываю ему, принимая предлагаемые блага.
– Забирай и иди нахрен.
Говорю тихо.
Обижаю, конечно же. Лиза даже тормозит на несколько секунд, а потом снова догоняет.
– С чего вдруг, Юль? Неужели с судьей нелады?
Мне нужно ее игнорировать. Она отстанет, это неизбежно. Но нервы не позволяют.
Я останавливаюсь и разворачиваюсь. Улыбаюсь.
– К твоему сожалению, нет. Все отлично. Он в меня по уши, Лиз. – Развожу руками. Мол, и ты над этим не властна. А у самой болото там, где вроде как живет душа. – Но ты кричи погромче, что мы с Тарнавским спим. Еще не все услышали. Недорабатываешь.
В глазах Лизы вспыхивает яркая обида.
Я знаю, что об этом ты никому не рассказала. Знаю. Просто мне больно, а ты меня трогаешь. Зачем?
– Куришь тогда почему? – Бывшая подруга покручивает в воздухе пачкой. Я смотрю на нее и жалею, что даже попробовать не успела.
– Из интереса.
Усмехается.
– Ну-ну… – Не верит мне. Вбивает еще несколько гвоздиков в крышку моего ментального гробика. – Я, кстати, с Витой вчера ужинала…
Это вообще не нужная мне информация. Выражаю скепсис взглядом. Лиза делает вид, что не замечает. Развернуться и уйти не так сложно. Как и не вернуться на обе оставшиеся пары. Как и не ответить
Тарнавскому. А может напрямую отказать.Не поехать ни к нему, ни на свою съёмную квартиру. Заночевать на точке. На точку он приехать не посмеет, даже когда увидит, что я там.
Это может разрушить наш план. А план – это святое.
– Ты думаешь, мне интересно?
– Думаю, очень.
Отворачиваю голову и смотрю на дерево.
Ну говори. Почему бы еще и тебе не залить мне за шиворот чуточку фекалий?
– Ты знала, что когда мы отдыхали загородом, твой Тарнавский пытался снять нашу Виту?
Возвращаюсь взглядом к Лизе. Что мой выражает – не знаю, но Лиза расценивает произведенный эффект как личный триумф. Расправляет плечи. Улыбается. Смотрит сверху-вниз, хотя мы почти одного роста.
– Вот просто так, – щелкает пальцем. – Подошел к ней и сказал, что она ему понравилась. Предложил трахнуться. Дал ключ от номера.
– И что она? – Я отлично помню тот эпизод. И кто кому что предложил тоже.
Внутри клокочет, но я позволяю Лизе самовыразиться.
Раньше вообще в лицо рассмеялась бы. Теперь мне уже не так смешно.
– Конечно, послала нахуй.
Улыбаюсь.
А я не послала. Точнее послала, а потом таяла-таяла-таяла… За эти два месяца он стал для меня самым родным в мире человеком. Мне сейчас даже пойти за советом не к кому. Единственный, кто приходит на ум – это он же.
– Я знаю, что Вита на нем висла. И это он ее не захотел, Лиз, – с лица бывшей подруги слетает самодовольство и спесь. Только мне это не доставляет ничего. – А ты могла бы перестать уже копаться в грязном белье человека, которого презираешь. Что он, что я – не твое дело. Я уже много раз тебе говорила…
– Я не встречала больших дур, Березина. – Лиза меня перебивает. Сквозь задетое самолюбие пробивается искренность. Я вижу ее в мимике. Слышу в надломленном голосе. Чувствую в вибрациях. Они удивительным образом резонируют с моими.
Мы обе чувствуем, как что-то теряем. Обеим кажется, что все летит к ебеням.
– Отец Игоря сказал, что Тарнавский притащил на мероприятие какую-то эскортницу. Игорь показал твое фото. Отец узнал. Тебе нормально, да? Он тебя позорит. В говно лицом…
– Достаточно, Лиз, – выставляю вперед руку. Делаю шаг. Забираю из пальцев подруги свои вещи и снова отступаю.
Ты не представляешь, насколько мне не нормально.
– Спасибо за заботу. Спасибо и отъебись от меня наконец-то.
Нет сил посмотреть ей в глаза.
Я разворачиваюсь и ускоренным шагом направляюсь по дорожке прочь.
Я хочу соскочить.
Он сказал, что гарантирует мне безопасность, что бы я ни решила.
Я только не помню: я могу соскочить или нет?
***
«Передай своему начальнику, что доступ к материалам он больше не получит. Кто бы мне ни спускал распоряжение».