Чтение онлайн

Это была последняя капля. Алекс шагнул к ней, намереваясь схватить, удержать, вдохнуть этот запах полной грудью, но Дара, подчиняясь древнему инстинкту выживания, рванула прочь.

Она выбежала на холодный ночной воздух, жадно хватая ртом морозную свежесть. Сердце колотилось где-то в горле. Она бежала не к своей съемной комнатушке — там он найдет её за минуту. Она бежала в лес. Туда, где можно спрятаться, затаиться, стать тенью.

Она бежала так быстро, как только могли нести её человеческие ноги, не чувствуя холода, не слыша ничего, кроме звона

в ушах.

Она бежала, пока за спиной не раздался тяжелый, мощный топот. И низкий, полный боли и ярости, волчий вой, разорвавший тишину ночи.

Он шел по следу. И на этот раз он не остановится.

Лес встретил ее холодом и тишиной.

Дара бежала, не разбирая дороги, ветки хлестали по лицу, холодный воздух обжигал легкие. Она не чувствовала ничего, кроме первобытного ужаса и этого проклятого жара под кожей, который разгорался все сильнее с каждым метром, отделявшим ее от бара.

Он идет.

Она слышала это не ушами. Каким-то древним, спящим до сегодняшней ночи чувством она ощущала его движение сквозь лес. Тяжелый, мощный бег огромного зверя. Ее зверя. Ее истинного.

— Нет, нет, нет, — шептала она, спотыкаясь о корягу и чудом удерживая равновесие.

Двадцать три года она пряталась. Двадцать три года она душила в себе волчицу, убеждая всех — и себя в первую очередь, — что она просто человечка, случайно застрявшая на территории кланов. Она научилась не нюхать, не слышать лишнего, не реагировать на луну. Она вытравила из себя зверя почти до конца.

Почти.

Сзади раздался треск. Совсем близко.

Дара вскрикнула и, подчиняясь инстинкту, метнулась в сторону, за огромный валун, поросший мхом. Она зажала рот рукой, пытаясь унять рваное дыхание. Сердце билось где-то в горле, глухими ударами отдавая в висках.

Тишина.

Лес замер. Даже ветер, кажется, перестал трепать верхушки сосен. Дара затаила дыхание, вжимаясь спиной в холодный камень.

Может, пронесло? Может, он потерял след?

— Выходи.

Голос раздался так близко, что Дара подпрыгнула. Он стоял в трех метрах от нее. Огромный, черный силуэт на фоне посеребренного луной леса. Алекс не был в волчьей ипостаси. Он стоял на двух ногах, тяжело дыша после погони, и смотрел прямо на валун, за которым она пряталась. Видел сквозь камень. Чуял сквозь страх.

— Я знаю, что ты там. Я чувствую каждый удар твоего сердца, Дара.

Она вздрогнула от того, как он произнес ее имя. Собственнически. Жадно.

— Уходи, — выдавила она, ненавидя себя за дрожь в голосе. — Ты ошибаешься. Я не твоя...

Он рассмеялся. Коротко, зло, без тени веселья.

— Не моя? — Он сделал шаг, и хруст ветки под его ногой показался ей выстрелом. — Скажи это еще раз. Посмотри мне в глаза и скажи, что не чувствуешь ничего.

Дара зажмурилась. Она чувствовала. Боги, как же она чувствовала. Этот жар, это притяжение, эту дикую, животную тягу подойти, прижаться, вдохнуть

его запах полной грудью.

— Я человек, — прошептала она в последней отчаянной попытке.

— Врешь.

Она услышала его шаги. Медленные, тяжелые. Он обходил валун.

— Твой запах... — его голос сел, стал хриплым, почти больным. — Я искал тебя двадцать лет. Двадцать лет я чувствовал пустоту там, где должно быть что-то важное. А сегодня захожу в этот вонючий бар и понимаю: вот она. Здесь. Пряталась все это время.

Дара открыла глаза.

Он стоял напротив. Луна освещала его лицо, и она впервые увидела его по-настоящему. Резкие черты, тяжелая челюсть, темные брови вразлет. И глаза. В них больше не было льда. Там полыхало пламя. Голодное, дикое, первобытное.

— Посмотри на меня, — потребовал он.

Она подняла голову. Между ними было не больше метра. Она чувствовала жар его тела, слышала его дыхание — такое же рваное, как у нее.

— Что ты хочешь услышать? — выдохнула она, чувствуя, как защипало глаза от подступающих слез. — Что я чувствую? Да, чувствую! Но это ничего не меняет.

Он дернулся, будто она ударила его.

— Не меняет? — переспросил он тихо, опасно тихо. — Ты — моя истинная. Половина моей души. Половина моей силы. И ты говоришь, что это ничего не меняет?

— Я не могу быть твоей парой! — выкрикнула она, отталкиваясь от валуна и делая шаг назад. — Посмотри на меня! Я тощая, слабая, человеческая самка. Я даже обернуться не могу! Я позор для такого альфы, как ты.

Он смотрел на нее. Долго, пристально, изучающе. А потом сделал то, чего она совсем не ожидала.

Он шагнул вперед и схватил ее за запястье.

— Не смей! — дернулась она, но его пальцы сомкнулись стальным браслетом.

— Тихо, — выдохнул он, и его большой палец скользнул по внутренней стороне ее руки, туда, где тонкая кожа хранила тайну.

Дара замерла.

Он нахмурился. Провел пальцем еще раз. Медленно, внимательно, будто читал невидимые письмена.

— Что это? — спросил он тихо.

Дара похолодела. Метка. Та самая метка, которую она пятнадцать лет назад выжгла на своей руке, чтобы никто никогда не узнал. Чтобы никто не прочел то, что написано в ее крови.

— Ничего, — выдохнула она, пытаясь вырвать руку. — Отпусти!

Но он не отпустил. Он поднес ее запястье к лицу, втянул воздух, и в ту же секунду его глаза расширились. Золото в зрачках вспыхнуло, заливая радужку.

— Волчья кровь, — прошептал он, не веря сам себе. — Чистая. Древняя. Ты не просто оборотень, Дара. Ты...

— Замолчи! — закричала она, вырываясь с такой силой, что даже он ослабил хватку. — Замолчи! Ты ничего не знаешь!

Она отшатнулась, прижимая руку к груди, пряча запястье, будто это могло стереть то, что он только что увидел.

Алекс стоял неподвижно. В его взгляде смешались шок, недоверие и что-то еще. Что-то темное и опасное.

— Кто ты? — спросил он глухо.

— Я та, кого тебе не нужно было находить, — выдохнула она, пятясь к деревьям.