Чтение онлайн

Колдун вскинул брови, слегка усмехнулся и продолжил меланхолично править нож.

– Мне нужно отыскать дракона.
– Продолжила она.

Майорин попробовал остроту на ногте. Так, для отвлечения внимания.

– Может, ты скажешь что-нибудь?

– Хочешь, чтобы я тебе помог?

– Да.
– Сказала она, немного помедлив.

– Хм...
– он придирчиво осмотрел лезвие, наблюдая, как в голубоватой стали отражается пламя камина, широкая разобранная постель, на которой сидела Айрин, пестрые от гобеленов стены.

Во дворце было холодно. Из дворца было не выйти.

– Вчерашняя демонстрация доказывает,

что война затянется надолго. А я не хочу быть канатом, который перетягивают из стороны в сторону. И чьим-то оружием быть не хочу. Майорин? Ответь?

Колдун загнал нож в ножны и поднял на нее глаза.

– Ехать в Луар - хорошая идея. Искать дракона - паршивая.
– Он замолчал, Айрин продолжала буравить его взглядом.

– Почему паршивая?

– Потому что.

– Великолепный ответ! Изумительный просто! Лучшего и быть не могло!
– взвилась она. Колдун лишь пожал плечами.

Девушка откинула одеяло, встала прямо на кровати, поискала одежду. Новый запрет государя на магию в пределах Вирицы обещал повысить уровень преступности вдвое, а через девять месяцев и рождаемость. Во дворце горели свечи, на улицах царила зимняя холодная тьма.

Айрин, наконец, выцепила рубашку, рывком натянула ее.

– Значит, не поможешь?

– Я этого не говорил.
– Невнятно буркнул мужчина.

– Да что с тобой? Я поняла бы, посмейся ты надо мной, или откажи. Обидно, как ты любишь!

– Я тебе не отказывал.

– Еще.
– Хмыкнула Айрин, шнуруя сапог.
– Интересно, что в этот раз? Тебе выгодно иметь под рукой исток?

– Нет.

– Что тогда? Какие доводы? Впрочем, нет. Не хочу знать твоих мотивов, мне они все равно не по уму. Я не настолько расчетлива.

Айрин накинула на плечи длинную безрукавку на меху.

– Куда ты?

– Подальше от тебя.

– Все не так просто, как тебе кажется, Айрин.

Она застыла в дверях. Обернулась. Светлые волосы растрепаны, припухшие губы, в глазах звериная настороженность и человеческая обида.

Недавно все было иначе... И часа не прошло.

Но сейчас, встретились два клинка. Серо-стальной и белый - эльфийской ковки.

Айрин вцепилась пальцами в дверной косяк.

– Ты думаешь, найдешь дракона, он отольет тебе чуток крови, вы выпьете на брудершафт, и все будет хорошо? Исток после этого станет приятной способностью, а дракон научится вмиг превращаться в человека? Так?

Айрин не ответила, но по ее лицу колдун догадался, что примерно это она и представляла. Мужчина встал, подошел к ней.

Один за другим он отцепил ее пальцы от косяка, прикрыл дверь.

– Сядь.
– Попросил он.
– Сядь, пожалуйста.

Айрин села на краешек кровати, будто боясь расположиться более основательно. Будто боясь здесь задержаться.

– Даже если ты найдешь дракона, - Майорин сделал упор на "даже если".
– Даже если он согласится на договор с тобой...
– тут колдуна конвульсивно передернуло, от болезненного воспоминания.
– Не думай, что ты уложишься в пару дней и вернешься назад всесильной и одной левой загонишь Цитадель в глубины страха!

– Нет, что ты!
– съязвила Айрин.
– Ты же не можешь, куда уж мне.

– Глупая девка!
– Майорин подошел ближе и зло тряхнул ее за плечи.
– Идиотка! У тебя даже половины представления нет, что значит этот договор!

–

Так расскажи мне!

Он посмотрел на нее сверху вниз. Злость ушла, и сразу стало очень тоскливо. Она уедет, понял колдун. Уедет все равно, как бы он ее не пугал, и всё же... напугать стоило.

Майорин вернулся к своему стулу, сел и уставился на огонь.

В зимней ночи выли псы. Где-то шумел ветер. Бряцали кольчугами замерзшие стражники. Из-за облаков вышла полнотелая луна, будто огромный магический фонарь, осветила город.

– Пить кровь не надо. Кровь, - он вытянул вперед руку, запястье оплели светящиеся руны.
– Вот кровь дракона. Впаяна в меня, как узор на лезвии меча. Как зарубцевавшийся шрам, который не исчезает с годами. Это очень больно, Айрин. Больно настолько, что в какой-то момент тебя перестает тошнить от боли, а уже рвет. А еще очень долго... Кажется вечность...

– Я не боюсь боли.

– Зря!
– усмехнулся колдун, коротко взглянул на собеседницу.
– Но это будет лишь началом. Потом я болел. Где-то месяц, может два. Все тело покрылось язвами, кожа слезала лоскутами, я чесался, вонял, как падаль. Болело все, меня постоянно тошнило, коросты отпадали и на их месте появлялись новые нарывы. Жар не спадал. Мне казалось, я умираю. О заклятиях не могло быть и речи. Но исток оказался заперт. Заперт крепко и прочно, накапливающаяся во мне сила плавила мозг, пока драконья кровь сжигала мое тело.

Айрин встала, подошла к нему.

– Меня мучили кошмары, я часто видел глазами Летты, иногда мерещилось то, чего нет, порой мнилось, что кожа отстает от тела вместе с кусками мяса и видно кости. Я перестал различать, где реальность, а где бред. Знал только одно, когда приходил в себя, жалел, что не покончил жизнь самоубийством, как советовал мне Айст Аарский, предыдущий верховный архимаг.

– Почему ты не...

– Рассказывал раньше? Мне не слишком приятно это вспоминать. Я тебя пугаю, Айрин. Хочу, чтобы ты крепко задумалась, стоит ли эта овчинка выделки.

– Пугай тогда дальше.

– Думаешь, хуже уже не будет? ...в какой-то мере не будет.
– Согласился он.
– По крайне мере так отвратительно не будет. Просто однажды под коростами оказалась нормальная чистая кожа. Постепенно они все отпали. Физически я чувствовал себя прекрасно. Я стал намного выносливей и сильнее, мог без устали бежать несколько часов. Улучшились реакции, я ловил мух на лету, ловил рыбу в реке, стрелу... Порезанная рука больше не становилась проблемой, хотя заживала медленно - почти как у обычного человека. Я безумцем лазал по горам с Леттой, обучая ее человеческим премудростям. Она схватывала на лету.
– Впервые колдун улыбнулся, припомнив и приятные моменты того времени.
– Все схватывала. Я учил ее, но упустил главное. Я не учился сам. Я продолжал потихоньку - уже медленней - сходить с ума. Мало обладать драконьей кровью, знанием рун, высеченных на твоей коже. Надо уметь направлять силу в разные участки тела в определенной последовательности и в нужном ритме. Мне потребовалось четыре года, чтобы овладеть этой техникой. У меня был учитель, хороший учитель. Он долго ворчал, что я рано ухожу, и что мне далеко до полного владения собственным телом. Впрочем, остальному я научился сам. Многому точно, насчет всего не уверен. Если у тебя все получится, Айрин, то ты проведешь в Луаре пять лет, самое меньшее.