Правда о Салли Джонс
Шрифт:
Газовый фонарь отбрасывал желтоватый свет на его узкое лицо. Глаза казались выпученными, словно от ужаса. Куртка была расстегнута, на шее свободно повязан платок. В дрожащей вытянутой руке он держал крошечный пистолет.
Дуло указывало Старшому прямо в грудь.
Сердце мое замерло. Краем глаза я видела, что Старшой стоит, раскрыв от изумления рот. Потом рот он закрыл, лицо его побелело.
Медленно шли секунды. Я старалась не двигаться и еле сдерживалась, чтобы не оскалиться. Рука Морру тряслась все сильнее. Из-под шляпы на лоб его выкатилась и медленно поползла вниз капля пота.
Казалось, прошло несколько
И тут Морру сделал шаг назад. Потом еще один шаг. Потом опустил пистолет, пробормотал что-то невнятное и побежал.
Старшой застыл как вкопанный, стиснув зубы и глядя ему вслед. На щеках его запылали красные пятна, глаза сверкнули.
– Ну уж нет, ты у меня не уйдешь! – рявкнул он и бросился за ним.
Морру бежал на запад, в сторону Праса-ду-Комерсиу. Ночь была теплой, на набережной прогуливались люди. Я не могла бежать так же быстро, как Старшой, но я видела, что он догоняет Морру.
Потом, на суде, многие говорили, будто Старшой столкнул Морру в воду. А некоторые утверждали даже, что Старшой сперва ударил Морру по голове, а потом уже толкнул. Но это неправда! Потому что я сама видела, как было дело. Старшой схватил Морру за воротник, чтобы остановить его. Морру потерял равновесие, споткнулся о канат и упал в воду. Это был несчастный случай, и всякий, кто утверждает обратное, лжет!
Когда я добежала до Старшого, он стоял, тяжело дыша, и смотрел в воду. На краю причала лежало маленькое украшение на разорванной цепочке. Эта цепочка – я узнала ее – только что висела на шее Морру. Видно, она порвалась и во время потасовки слетела, ровно перед тем, как Морру свалился в воду. Я подняла украшение и сунула в карман, чтобы никто не украл его.
Дело в том, что вокруг нас стали собираться люди. Они что-то говорили, возмущенно перекрикивая друг друга. Старшой лег на живот и заглянул под причал. Морру нигде не было. Тогда Старшой скинул куртку и прыгнул в воду.
Я жалею, что не остановила его. Начался отлив, вода убывала со скоростью не меньше восьми узлов. У Старшого не было ни малейшего шанса найти Морру. Он едва мог держаться на плаву. Когда он наконец вынырнул, его снесло метров на двадцать.
К счастью, там стояла баржа, и Старшой ухватился за швартовую цепь. Он повис на ней, хватая ртом воздух. Я помчалась к нему, но меня опередили рабочие из порта: они спрыгнули на баржу и вытащили Старшого из воды. Никогда – ни до этого случая, ни после – я не видела Старшого в таком жалком, плачевном состоянии.
– Господи милосердный, – всхлипывал он. – Что же я натворил…
Полиция, вероятно, была где-то поблизости, потому что меньше чем через минуту на пристань вкатились две черные машины. Пассажирская дверь первой машины открылась, и из нее вылез коренастый мужчина в сером суконном пальто. Из второй машины высадились несколько констеблей в синих мундирах. Человек в суконном пальто стал расспрашивать людей из толпы, что произошло. А потом приказал констеблям начать поиски человека, упавшего в воду.
Отовсюду на пристань стекались люди. Констебли пытались как-то организовать толпу любопытных: громкими голосами призывали собравшихся рассеяться и искать пропавшего.
Старшой немного пришел в себя и теперь взволнованно бегал взад-вперед по пристани, высматривая в черной воде Морру.
– Надо
спуститься ниже по течению, – в панике говорил он. – Боже мой, если его унесет далеко от берега, ему не спастись. Нам нужна лодка…Подошли два констебля. Один взял Старшого за плечо, второй держал руку на пистолете, торчавшем из открытой кобуры у него на поясе.
– Пошли!
Старшой удивленно взглянул на них.
– Но в воде человек. Мы должны…
– Об этом позаботятся другие. С тобой хочет поговорить комиссар Гарретта.
Констебли увели Старшого к машинам. Я пошла за ними, потрясенная и полная дурных предчувствий.
Человек в пальто стоял, прислонившись к полицейской машине, и листал блокнот.
– Имя? – спросил он, не поднимая глаз, когда констебли подвели к нему Старшого.
– Коскела, – ответил Старшой.
– Полностью, пожалуйста, – сказал мужчина, по-прежнему глядя в свои записи.
– Генри Коскела, – нетерпеливо ответил Старшой. – Послушайте, надо скорее достать лодку и фонари…
Человек в пальто жестом прервал Старшого. И только после этого медленно поднял глаза. Взгляд его ничего не выражал.
– Генри Коскела, вы задержаны, – сообщил он.
Старшой обомлел. Не успел он и слова сказать, а констебли уже затолкали его на заднее сиденье автомобиля. Я шагнула вперед, чтобы тоже сесть в машину. Человек в пальто преградил мне путь.
– Никаких животных в моем автомобиле, – тихо сказал он. – Пшла отсюда!
Он уселся на пассажирское место, мотор завелся. Машина с рывком тронулась и быстро укатилась куда-то в сторону Праса-ду-Комерсиу. А передо мной лишь мелькнуло перепуганное лицо Старшого.
На пристани тем временем столпилась куча народу. Все были взбудоражены. Я не знала, куда мне податься, и в замешательстве так и стояла на месте, пока не заметила, что люди злобно поглядывают на меня. Какие-то увальни, с виду не вполне трезвые, начали окружать меня.
– Давайте поймаем эту обезьяну! – возбужденно говорили они.
Всего в нескольких метрах стоял пожилой полицейский со строгим лицом.
– А ну разойдись! – крикнул он. – На сегодня довольно беспорядков. Не трогайте животное, пусть себе бежит!
И я побежала, не оборачиваясь. Мне вслед полетела бутылка и разбилась совсем рядом, чуть впереди меня. Полицейский снова что-то крикнул. Только пробежав метров пятьдесят, я осмелилась обернуться. Кто-то тряс кулаками, но погони не было.
Вскоре, добравшись до Алфамы, я слезла по шаткому железному трапу к воде. Здесь, покачиваясь на волнах, стояла наша шлюпка. Я быстро отвязала ее и завела как можно глубже под пристань.
Сердце бешено колотилось, страх не давал сосредоточиться. Но я знала, что здесь мне, скорее всего, ничего не грозит. По крайней мере до утра.
Глава 7
Обезьяна убийцы
Я пролежала в лодке две ночи и два дня.
Сперва я боялась, что рассвирепевшие люди с пристани найдут меня. Я лежала, прислушиваясь, готовая в любую секунду отвязать веревку и вытолкнуть лодку на открытую воду. Река была моим путем к отступлению. Но если я покину наше старое место стоянки, как Старшой найдет меня, когда полиция его отпустит?