Позвонок
Шрифт:
Заканчивался февраль, но ни от Землероя, ни от Джокко не поступало ни единого звонка. Франк пытался звонить им сам, но вызов уходил в никуда, а потом телефон Землероя вовсе оказался вне зоны доступа. Домашние адреса парней были ему неизвестны.
Ромул тоже молчал. Единственное сообщение от него пришло через два дня после смерти Ко. «Я свяжусь с тобой» — гласило оно. Но время шло, а никто ни с кем не связывался. Не сказать, что Браун огорчался, но ощущение, будто его продвижение к мести застопорилось, неистово злило юношу. У него было слишком мало информации, чтобы действовать, а не действовать он не мог.
Всякий
Его комната… Она также оставалась на своем месте, только теперь была постоянно закрытой, отчего невольно хотелось представлять, будто младший Барун там, внутри. Играет в компьютер или в свои любимые настолки.
Пинать полицию пригорода для продолжения разбирательств стало бессмысленно, а в городе «дело особой важности» заглушили и родственникам перестали давать какую-либо обратную связь о продвижении.
Больше всего Франк ненавидел чувство беспомощности. Такое непривычное и убогое, совершенно чужеродное ему. Злость жглась, как угли за пазухой, отчего парень не знал, куда себя деть.
Как отомстить? Как найти Ромула и этого Армаса с дружком? Никаких идей. Пропасть… Тишина бесплодного, бессмысленного ожидания хоть какого-нибудь знака. Но какого знака? Откуда?
Браун посчитал это раздражающее состояние обычной фрустрацией, но сдаваться не собирался.
Он выбросил окурок и закинул в рот новую сигарету. Уже, наверное, пятую подряд. Прохрустев плотным снегом, старшеклассник спустился по ступенькам и оставил подъезд дома за спиной.
Франку были известны точки, где сейчас стоит дневная смена. Он предположил, что беседа с этими ребятами может подкинуть хоть что-нибудь, что подскажет, где искать Ромула или Армаса.
Юноша сжал зубы — новенькая куртка-авиатор не спасала тело от пробирающего до костей мороза, как и не спасал плотный черный свитер с горловиной. На углу улицы Брауну вовсе стало не комфортно от хаотичных порывов ветра, цепляющих сигарету.
Совсем скоро он пересек дорогу и нырнул в чужой двор, куда ветер никак не мог добраться из-за расположенных друг напротив друга трехэтажных кирпичных домов. Этот скромный дворик всегда был вылизан от и до. В любой сезон. Он вызывал зависть и восхищение, а также предположение, что в этих замечательных тихих квартирах живут представители старших поколений, обожающие тратить море свободного времени на клумбы или уборку территории во дворе.
Подтверждением такого предположения могут служить всегда покрашенные и чистые лавочки рядом с подъездами, а также вычищенная детская площадка в центре двора.
Очень удобно для бабушек и дедушек, отправленных на прогулку с внучками, ведь площадка хорошо видна с любой лавочки.
Несмотря на штиль, Франк Браун понял, что не может согреться. Он думал о том, как перейдет дорогу снова, минует супермаркет «Тоффи», в котором ему с детства не нравилась молочная продукция, и отправится дальше, к бару «Рондо». Там нужно узнать сутулого худого парня, которого, вроде бы, звали Дон.
Перед пешеходным переходом, густо посыпанным солью, телефон юноши требовательно
зажужжал в кармане джинсов. Франк отошел в сторону, пропуская вперед семейную пару, ждущую, пока загорится зеленый свет на светофоре для пешеходов.Номер был незнаком. Старшеклассник принял вызов и отошел к закрытому лет десять назад газетному киоску, на котором нагло требовала внимания кривая кислотно-зеленая надпись «ПОСОСИ».
— Да.
— Франк! — радостный голос Ромула в его привычной дружеской манере вызвал онемение всех органов внутри грудной клетки парня. От нахлынувшей ярости Браун забыл, как дышать, но тут же его охватила и жажда охотника, перед которым выпорхнула дичь. Наконец-то Ромул захотел с ним связаться. Значит, что-то решится и совсем скоро.
— Здравствуй. Новый номер? — как можно нейтральнее ответил Франк. Каждое слово выталкивалось из него с усилием.
— Да-а, — протянул Позвонок. — Так вышло, что мне пришлось уехать ненадолго к родственникам. Отдыхал от нашей суровой зимы в теплых краях, — он хохотнул. — Послушай, дружище, я понимаю, что ты чувствуешь. Вся ситуация — полнейший пиздец. Еще мы понесли серьезные потери за этот сезон, и я попросил тебя не работать…
— Что, нашел замену Ко, Эндрю, Тощему Генри и Бену?
— Я не про эти потери, а про деньги, друг мой. Наш район сильно просел из-за твоих выходок, за что мне прилетело. И прилетит еще больше. Постой! Постой, не дыши так злобно в трубку и не перебивай. Я не обвинять тебя позвонил. Мы долгое время не общались, у тебя накопилось много дерьма, это нетрудно понять. Поэтому давай просто встретимся и поговорим, Франк? С глазу на глаз. Обсудим ситуацию с Робертом, с его поисками. Пива выпьем.
— Пива выпьем? — впервые угрюмый рот Брауна выгнулся в ухмылку. Пугающую, ненавидящую ухмылку, какой бы ухмылялись пауки перед пойманной мухой, будь у них возможность. — А ты пригласишь с собой Армаса?
— А… Армаса? — Брэгг заикнулся. Он не ожидал услышать это имя. — Хм, нет, зачем? Он же Фаланга. Мы с тобой вдвоем посидим.
— И поговорим о том, зачем Армас убил моего брата?
— Франк, почему ты обвиняешь именно его? Ты узнал что-то, чего не знаю я?
— О, я думаю, что ты тоже знаешь, почему. Думаю, ты знаешь даже больше, чем я.
— Ты заводишься, дружище. Остынь, Франк. Прошу, — улыбка в голосе Ромула пропала, хоть он и старался выдерживать свойственную ему манеру общения. — Ладно, хорошо. Мы обсудим все, что знаем про Армаса и его причастность к делу.
Браун рыкнул в трубку:
— Я хочу, чтобы ты привел этого ублюдка с собой, ясно?
— Чтобы ты устроил расправу в людном месте? Тебя ведь посадят, Франк. Это жест отчаяния, но жест весьма неосторожный. У меня не получится тебя защитить, «Дьявольские кости» не захотят помогать. Думаю, ты догадываешься, почему. Но, несмотря на их настроения, я все еще друг тебе.
От услышанного из Брауна едва не вырвался нервный смешок. Друг? Ну конечно же друг. Лучший из лучших друзей!
— Давай так, — продолжил Позвонок. — При встрече я расскажу тебе, где искать Армаса, хорошо? Надеюсь, так мы сумеем устранить возникшее между нами напряжение. Увы, прикрывать тебя я не смогу. Поэтому, если ты затеял месть, действовать придется в одиночку и осторожно. Но я расскажу тебе абсолютно все, что знаю.