Чтение онлайн

Он простер руку в сторону женщины и того, кто стоял за ней, щелкнул пальцами, и мужчина отлетел от пленницы.

— Кстати, — розыскник посмотрел на Илью, — трость — это не оружие, это всего лишь накопитель. Я попросту сначала расходую ее ресурс, потом свой. Вы меня не разоружили. Стёпушка, — вдруг позвал он, — ты тут, друг любезный?!

— Да, — прилетел ответ снизу. — Стою, слушаю, наслаждаюсь. Теперь можно?

Часть мужчин, еще стоявших на лестнице, потому что Котов не дал им подняться наверх разговором, обернулись. Бросил взгляд назад и проводник. После порывисто обернулся к старшему розыскнику, и тот одобрил:

—

Олег выхватил трость из руки Ильи, осевшего на пол, затем оттащил его с прохода и обернулся к пленнице. Покачав головой, Котов удрученно вздохнул и направился к ней. Женщина, привалившись спиной к дверному откосу, схватилась за сердце. Ее взгляд бродил по заснувшим похитителям, возвращался к магу, и было понятно, что она никак не решит, кого же стоит бояться больше. Тех, кто удерживал ее, но с помощью понятного оружия, или же человека, который одним щелчком пальцев может откинуть другого, а после разом отправить в сон с десяток мужчин. Второе было совершенно невозможно, а оттого пугало.

— Анна Николаевна, — подойдя к ней, с мягкой улыбкой произнес Олег, — нас прислал за вами Марк Карлович. Вам не стоит нас бояться, потому что мы друзья и не причиним вам вреда ни при каком условии. Вам нужно успокоиться и отдохнуть от волнений, — а затем добавил: — Засыпайте.

В отличие от «учеников», восприимчивость к магическому влиянию которых была увеличена Бэлой, что облегчало работу с ними, Анна Николаевна оставалась обычным человеком без всякого проблеска магии. Потому она осталась стоять на ногах, когда остальные заснули. На нее можно было влиять, как и на прочих, только в непосредственном контакте.

Прислонив трость к стене, Котов поймал женщину, послушно оседавшую на пол. Подхватил ее на руки и занес в одну из четырех маленьких комнатушек, совершенно одинаковых с виду. В каждой стояли по две кровати в два яруса, и значит, у Бэлы было в услужении шестнадцать человек. На одну из кроватей розыскник и уложил свояченицу Маклина. Возиться так с остальными он не намеревался.

Затем распрямился и направился к лестнице, где в неудобных позах лежали мужчины. Снизу на него посмотрел красноречивым взглядом Стёпа.

— Благодарствуйте, барин, — подхватив одного из бывших учеников, едко произнес напарник. — Не мог их наверх поднять, чтоб не растаскивать?

— Это было самое удобное положение, — отмахнулся Олег. — Поищу пока Элоизу.

— Конечно, барин, как скажете, барин, — пыхтя, ерничал снизу Степан. А затем донеслось ворчание: — Однако где же справедливость? Усыпляли вместе, а таскаю только я.

— Барину таскать по чину не положено, — усмехнулся себе под нос Котов и направился на поиски Елизаветы Калмыковой.

Впрочем, особо выбирать не приходилось, на втором этаже осталась только одна до сих пор закрытая дверь. Находилась она в стене, которая перегораживала коридор. И если исходить из размеров дома, то там как раз и пряталась пресловутая ритуальная зала. Олег деликатно постучался набалдашником трости, которую вновь забрал, и потянул на себя дверь…

Выстрел прогрохотал столь оглушительно и неожиданно, что маг только и успел ощутить дуновение ветра рядом с виском, когда мимо промчалась пуля. Он гулко сглотнул и, обернувшись, посмотрел назад, но не увидел, куда она угодила. Лишь после вновь перевел взгляд на ритуальную залу и только сейчас обнаружил, что уже держит перед собой трость, от набалдашника

Впрочем, второго выстрела не последовало. До слуха розыскника донеслись щелчки, и он наконец нашел в сумраке взглядом девичью фигурку, которая продолжала нажимать на курок, но, похоже, в ее револьвере был только один патрон.

— Олег! — выкрикнул Стёпа, почти добежав до напарника. — Живой?

— Живой, — не обернувшись, ответил Котов. — И несказанно этому рад.

— Кто стрелял? — Степан выглянул из-за плеча приятеля, увидел девушку и хмыкнул: — Элоиза, вы ли это?

Старший розыскник поднял руку, сжал кулак, и Елизавета Калмыкова, вытянув руки вдоль тела, выронила револьвер и застыла, следя за магами затравленным взглядом. Олег скосил взгляд на напарника.

— Ты там закончил?

— Никуда они не денутся, — отмахнулся тот. — Бока не отлежат. Тут интересней.

— Хорошо, — усмехнулся Котов, и розыскники направились к магине-недоучке.

Олег скользнул взглядом по зале. Впрочем, залой она, конечно, не была, просто большое и пустое помещение. Какая-либо отделка отсутствовала, только вдоль стен были расставлены на треногах чаши с маслом. Это тоже было для поддержания антуража, но уже для «учеников». Сейчас огонь в них не горел, свет пробивался через щели в закрытых ставнях, и потому в зале было сумрачно.

На полу была начертана пентаграмма. Символы в ней были понятны двум магам, но совершенно неясны для жителей этого мира. И если бы люди, попавшие сюда, умели их читать, то даже не вошли бы в круг, потому что с первого взгляда бы поняли, что пентаграмма существует только для одного ритуала — передача силы.

В центре пентаграммы на треножнике был установлен большой хрустальный шар. Это уже антуражем не являлось. Шар служил накопителем, из него Бэла и забирала силу. Но сейчас у шара застыла живым изваянием девушка, ровесница совсем иной девицы, но разделяла их целая пропасть.

Скромный ангел Глашенька Воронецкая казалась чистой, будто родниковая вода, хрупкой и трогательной, и тем еще более очаровательной в своей женственности. Впрочем, под внешней хрупкостью Глафиры Алексеевны скрывалась внутренняя сила, благодаря которой она умела быть упрямой. А еще она всей душой любила своего брата и ради него готова была на многое.

Елизавета Андреевна Калмыкова тоже была юна, имела хрупкость в облике, да и черты ее лица оказались милы. Но душа таила совсем иные ценности. Воспитанница Бэлы оказалась достойна своей благодетельницы. Также готова была идти к своей цели, не считаясь с чужими жизнями. Ей легко было жертвовать другими, легко выстрелить в человека, легко обмануть доверие той же Бэлы, легко забыть о цене, которая была уплачена за попытку воплотить амбиции.

— Ваш дядя мертв, вы это знаете? — спросил Олег, остановившись перед Лизой. — Говорите, вы это можете. Я сковал лишь ваше тело, но не язык и не разум.

— Отпустите меня, — пролепетала девушка. — Я ничего не делала, я не виновата.

— Тот, кого вы притащили в этот мир, убил вашего дядю, вы это слышите? — повторил старший розыскник.

— Вы не имеете права! — истерично воскликнула Калмыкова. — Я не маг, вы не смеете ничего со мной делать, отпустите!

— Вы — маг, — ответил ей Котов. — Именно вы, Елизавета Андреевна. Они, — он кивнул назад, — нет, а вы маг, пусть и низшей категории.