Пойманные сном
Шрифт:
– Спасибо, что проводили. Андрей, насколько понимаю, достаточно приехать в Ивановку и разыскать списки ушедших на войну, чтобы узнать твоих родственников? Катеринка, в какую церковь вы ходили с бабушкой? Или всё равно, где поставить на неё свечу? Как ты думаешь, если я поставлю свечку за упокой бабушки Катеринки, этого хватит?
– Эх, Алексей Григорьич, я уж грешным делом, решил, что ты… Спасибо, Алексей Григорьич, что думаешь о том.
– Спасибо, Алексей Григорьевич! Конечно, этого хватит!
Привидения, улыбнувшись, взялись за руки и медленно, так что заболели глаза наблюдавшего
Человек постоял немного, словно ожидая их возвращения. Потом зябко повёл плечами и, ссутулившись, неспешно пошёл по мемориалу. Через несколько шагов он нашёл скамейку, сел и стал ждать, разглядывая силуэты памятника погибшим солдатам и барельефы, пустеющие клумбы и поредевшие кусты. Шишик скатился на сгиб рукава в локте и мрачнел на глазах, надувшись на площадку с клумбами.
– Вот ты где? А я думала, ты сбежал!
Маленький вихорёк заплясал-закружился перед Лёхиным, сверкая лукавой улыбкой и матрёшечьими круглыми глазками.
"Помпошка" развернулась к хозяину и быстро начала уплощаться, превращаясь в отнюдь не пушистый блин. Не сразу, но до человека дошло, что собирается делать "помпошка": обляпать собой его лицо, показывая то, до чего хозяин не додумался.
– Не надо, Шишик, - остановил его Лёхин.
– Я уже знаю.
– И обратился к Вертушинке: - Почему ты сразу не сказала, что ты и есть Связующая нить?
– Хи! А как ты догадался?
– Мозги ещё есть, как их ни пудри, - буркнул Лёхин.
– Так почему?
– А зачем говорить, кто я, если у тебя мозги ещё есть?
– поддразнил зловредный вихорёк и, заплясав на месте, объяснил: - Я ж связующая. Чтоб меня использовать, надобно связать кое-какие нити мира. Кто, кроме тебя, мог поговорить с привидениями? Вот и привела тебя сюда, чтоб поговорил. Ты мне три ниточки и связал да новые три в жизнь запустил. Теперь можно пойти остальное вязать.
– Так ты пойдёшь со мной в Камень-город?
– недоверчиво спросил Лёхин. Кажется, Шишик тоже не поверил - замер, уставившись на своевольный вихорёк.
– Пойду-пойду!
– сказала Вертушинка.
– У меня там нитей оборванных - не счесть!
– Но зачем ты понадобилась тамошнему колдуну? Он не хочет, случайно, с твоей помощью проникнуть в наш город? Стоит ли тебя отдавать ему?
– Я не вещь!
– жёстко сказала Вертушинка.
– Меня отдавать нельзя. Увижу, что необходимо, пойду. Но - сама.
– То есть всё остальное выяснится на месте?
– Ну да. Как узор повернёт, так и вязать будем.
– Значит… Возвращаемся?
– Ага. А ничего больше спросить не хочешь?
Лёхин дошёл до поворота к мосту, прежде чем заговорил.
– Почему мамонтиху Захаркой зовут?
– Первой из неприкаянных душ здесь появилась Катеринка. Она и назвала. А встал Андрей, он уж объяснил девочке, что Захарка не мамонт, а мамонтиха. Деревенский он, Андрей-то.
– Вихорёк проехался впереди Лёхина и снова вернулся: точь-в-точь - любопытный щенок, забегающий впереди хозяина посмотреть и обнюхать.
Шишик вздохнул и принялся зевать, намекая Лёхину на чрезвычайные обстоятельства. Оголодал. Снов-то давненько не смотрели.
На мосту Вертушинка что-то замолчала, а Лёхин, вспомнив, поневоле перегнулся через перила. А вдруг
дракон снова появится?Исподтишка поглядывая на вихорька, он заметил: Вертушинка не просто примолкла, а тоже втихомолку посматривает на него. Кажется, она ждёт чего-то. Разговора? Обсуждения того, что их ожидает в Камень-городе? Или вопросов о странных снах, которые ловят людей в городе Лёхина?.. Но самого Лёхина пока интересовали свежие впечатления. Он знал, что это не главное, но маленькая проблема мучила его.
– Вертушинка, - оторвавшись от перил, он снова пошёл вслед за вихорьком, - а почему осталась здесь Захарка? Что с ней случилось?
– Хых… Я уж думала, ты никогда не спросишь. Когда-то, давным-давно, мамонтиха жила здесь, где когда-то были горы. И всё мечтала перебраться через довольно бурную речку на равнину. Но так и не выполнила своей мечты.
– А что удерживает её сейчас? Ведь там, внизу кладбища, и в самом деле небольшая, но зелёная летом равнина с уже спокойной речкой?
– Мамонтиха - призрак очень древний. Она блуждает не просто по кладбищу - по нескольким пространствам, в том числе и временным. Нужен кто-то, чтобы проводить её именно туда, куда ей так хотелось живой. Задачка тяжёлая.
Лёхин вздохнул. Судя по тону Вертушинки, она уже нашла кого-то, кто сможет проводить старинного зверя в желанные ему угодья.
34.
До дому Лёхин добрался благополучно. Уже подходил к лестнице, прикидывая, каким образом подкинет на крышу запасного выхода Вертушинку, а потом влезет сам, когда вихорёк вдруг тихонько захихикал. Да и Шишик обернулся назад, откуда пришли.
Увидев несущийся по ночной дороге джип, Лёхин непроизвольно пригнулся (ругаясь в душе: мало ли в городе чёрных джипов!), прячась за кустами чёрной рябины, а приметив, что машина свернула прямиком в его двор, побежал вокруг дома - посмотреть, что происходит. Показалось ему, что джип что-то уж очень спешит. Вертушинка - за ним.
Он не стал бежать по дороге, а прошёл под окнами дома, скрытый густым кустарником на газонах. Пусть и поредевший, кустарник являлся прекрасной маскировкой. Прячась уже за углом подвального пристроя - сидя на корточках, Лёхин с нарастающим изумлением вглядывался в происходящее перед его родным подъездом.
В общем-то, ничего особенно: приехавший, видимо, по звонку, злой донельзя Альберт складывал в машину охающих и стонущих крысюков - кажется, из оставленной им охраны. Ему помогал водитель, здорово запуганный хозяином, поскольку явно пытался выглядеть меньше ростом, пригибаясь.
Вскоре Лёхин немного представлял себе, что произошло: крысюки подрались с кем-то, кто абсолютно превосходил их в умении драться, и, хотя их было четверо (дежурная пара плюс пришедшая на смену), дать достойный отпор они не смогли, почему и вызвали хозяина. Лёхин с трудом удерживался от смеха: он впервые видел импозантного и несколько высокомерного бывшего хозяина элитного кафе в таком раздрае, что, забыв обо всех светских манерах, Альберт сквозь зубы ругался чёрным матом. Ему отвечали слезливо и со всхлипами. Кажется, крысюкам здорово влетело от противника.