Чтение онлайн

— А есть ли другие формы поединков?

— Возможна рыцарская дуэль — до первой раны, но это бывает очень редко, лишь в случае тяжкой обиды или оскорбления.

— А еще? — настаивал я, чувствуя, что это не все.

— Может быть и поединок не на жизнь, а на смерть. На моей памяти таких не было. Не правда ли, нынешнее рыцарство оскудело умом, сердцем и руками? — неожиданно повысив голос, закончил вопросом Лионель.

Именно в этот момент рыцарь-бард проезжал мимо наших кресел. Он вздрогнул в седле, но сдержался и лишь надменно посмотрел на меня.

— Так

вы согласны со мной, мессир Моррис? — повторил Лионель, совсем отвернувшись от арены.

Я пожал плечами, хотя, глядя на сэра Галахэда, готов был согласиться.

А на поляне уже появился сэр Гарет. Его серебристые латы, сверкающая кольчуга и белая лошадь составляли полный контраст облачению противника.

Рыцари разъехались по разным концам поляны и по сигналу рожка бросились навстречу друг другу. Почти в центре зеленой арены они схватились, и начался бой.

Выглянувшее солнце словно вдохновляло бойцов, а приветственные крики публики удесятеряли их силы. После короткой схватки рыцари разъехались на два десятка метров и снова кинулись друг на друга. Постепенно наш певец стал теснить соперника и после особенно сильного удара щит сэра Гарета раскололся пополам.

Мгновенно его величество поднял руку. Противники тут же опустили оружие и поклонились герцогу и публике. Победитель получил букет от герцогини, меч от побежденного, бросил пламенный взгляд на брюнетку в голубом платье и отъехал в центр поляны. Побежденный занял место среди зрителей.

— Остальные еще хуже, — меланхолично прокомментировал Лионель.

После короткого отдыха сэр Галахэд вызвал сэра Ланселота и одолел его. Третий его поединок — с сэром Персивалем — был еще короче.

Прошло не менее двух часов. Стало по-настоящему жарко. Утирая пот с лица, я чаще смотрел на леди Амелию, чем на арену. Возможно, поэтому я не сразу обратил внимание на то, что Трикс неожиданно исчез. Зато появление его было эффектным. В женской шляпе, с букетом ромашек в руках шут прошествовал вдоль кресел и, потупив глаза, обратился к наследнику престола:

— Ваше высочество, позвольте скромной леди выразить движение пылкой души!

Все захохотали. Андрэ, вытирая слезы, кивнул шуту:

— Пожалуйста, леди Триксина, действуйте, как подсказывает вам сердце.

Шут сделал вежливый реверанс, достал откуда-то голубую ленту, нацепил ее на шляпу, подпоясался голубым передником и побежал к сэру Галахэду.

Все это продолжалось всего пару мгновений, и я успел лишь подумать, что шутка становится чересчур злой, а Трикс со своим букетом был уже возле рыцаря-барда. Лицо Галахэда искривилось, копьем он отшвырнул Трикса и поскакал к нам. Сердце мое забилось чаще: люблю, когда на меня набрасываются громилы, совершенно не знакомые с боксом!

Но вопреки ожиданиям сэр Галахэд сумел сдержаться. Он приостановил коня, а затем, изменив первоначальное намерение, поскакал прямо ко мне. Остановившись около меня, он заставил свою лошадь упасть на передние ноги, церемонно поклонился и произнес формулу вызова на рыцарскую потеху:

— Сэр Моррис! Вызываю вас на бой ради услады смелых сердец, развлечения высоких особ

и во славу прекрасных дам!

Несмотря на волнение, я не мог не почувствовать уважения к благородству своего противника. Будучи уверенным в победе, он тем не менее не хотел проливать кровь гостя.

Я повернулся к Голдину. Тот кивнул на мой рукав. Такой вариант меня вполне устраивал. И сотне галахэдов было бы не под силу пробить самое слабое поле моего костюма.

— Мне нужны копье и конь! — вставая, произнес я.

— А кольчуга, а латы? — наперебой заговорили окружающие нас доригианцы. — Как вы сможете противостоять ударам копья без доспехов?

— Мой костюм заменит их, — сказал я. — Кто даст мне копье?

— Возьми, — протянул мне свое оружие принц Андрэ. — Это копье победителя.

Теперь уже было не до придворного политеса, и я, достав вчерашнюю ленту, привязал ее к древку копья. Лента была белая, но все присутствовавшие поняли мой жест. Леди Амелия улыбнулась нам с моим противником, я вскочил на подведенного скакуна и поскакал в дальний конец поляны.

Опустив копья, мы стояли, глядя друг на друга. Руки мои предательски дрожали.

Герцог хлопнул в ладоши. Мы поприветствовали друг друга поднятием копий, и поединок начался.

Я решил все-таки не пользоваться пистолетом, опасаясь за здоровье соперника. На самом слабом режиме поле пружинило, как хорошая резина. Поэтому я скакал навстречу Галахэду, не опуская копья, и в последний момент закрылся от удара щитом.

Самого удара, я, естественно, не почувствовал, зато сэра Галахэда реакцией поля выбросило из седла.

Раздались рукоплескания. Мой противник, отряхнувшись, взобрался в седло, поклонился мне и, отдав копье, поехал в свой шатер. Я поклонился публике и собирался уже вернуться на свое место, считая представление оконченным. Но я ошибался.

Сэр Галахэд вышел из своего шатра уже с красной мантией за плечами, демонстративно сменил султан лошади на желтый и поехал ко мне. Я остался сидеть верхом, видя его приготовления.

— Сэр Моррис, победивший в честной схватке! — торжественно произнес сэр Галахэд. — Никто не смеет отныне оспаривать ваше мужество и доблесть. Вы доказали их. Теперь побежденный — ваш пленник. Однако, будучи освобожден вами, я вновь вызову вас на поединок. Желаете ли вы получить выкуп — деньгами или оружием — теперь же или завтра утром?

— Мне не нужно выкупа. Я дарую вам свободу теперь же, — ответил я.

— Тогда, благородный сэр Моррис, я вызываю вас на поединок, ибо оскорблен вами! Пусть кровь побежденного рассудит нас, как подобает это благородным рыцарям.

— Я запрещаю рыцарскую дуэль! — неожиданно раздался голос его величества. — Сегодня праздник! Сэр Моррис мой гость!

— Простите, ваше величество, но рыцарский кодекс чести не позволяет даже вам сделать это, если сэр Моррис согласен драться, — возразил мой соперник.

Герцог в досаде махнул рукой и снова сел.

Я повернулся к сэру Галахэду.

— Ваш вызов принят, благородный сэр. Мы прекратим бой лишь тогда, когда один из нас не сможет продолжать его.