Потерявшиеся в мирах
Шрифт:
Сергей восхищённо вздохнул и даже головой покачал: бывают же люди! И немедленно же пожалел, что невеста богатыря укутана так, что ничегошеньки не разглядишь. И она не бросилась к жениху, а лишь повернулась под своим покрывалом к нему, не размыкая объятий отца. Олдан же кинулся к ним, поклонился, и, склонившись с высоты своего роста к миниатюрной княжне, горячо, но тихо с нею заговорил.
— Всё хорошо, они не причинили мне зла! — громко ответила Зелерина.
«Как будто ничего особенного не произошло!» — потрясённо подумала Ася.
Князь, не скрывая счастливых слёз, смотрел на них.
— Пойдёмте прочь отсюда! — воскликнул он. — Всех приглашаю на пир! Сразу же, как только накроют столы! — и устремился вон из подземелья, уводя вновь обретённых своих детей.
Все
Зала парадных трапез оказалась очень большой и совсем не мрачной. Побелённые стены её были расписаны яркими травяными орнаментами. Посередине тянулся длинный стол, вокруг которого уже суетились слуги. Дворяне разошлись небольшими группами по зале, оживлённо обсуждая невероятные события уходящей ночи. Княжеской семьи нигде не было видно. Тут Асины наблюдения прервало восклицание стоявшего рядом Сергея:
— Ты всё ещё думаешь, что они — инопланетяне?!
Глеб рассмеялся в ответ:
— Нет! Похоже, я навсегда излечился от этой болезни!
— И когда же началось выздоровление? — с интересом спросил Сергей.
Глеб на мгновенье задумался:
— Ну… пожалуй, когда я увидел вашего Дружка и понял, что они сами принесли его Эшу для жертвы. Это уже было слишком… а когда «тёмный хозяин» не снёс вашей молитвы и сгинул, — я уже на его счёт не сомневался нисколько. Этому не может быть двух объяснений. Да… мне о многом надо подумать…
Сергей что-то хотел ответить Глебу, но в этот момент раздались знакомые звуки фанфар, высокие двери в дальней стене длинного зала открылись настежь — и в них вошёл сияющий счастьем пышно и пёстро разодетый Мелхидор, ведя за руку златовласую Зелерину в изумрудно-зелёном платье. Князь Олдан в белом, расшитом золотым узором кафтане шёл следом за ними. Все трое прошли на небольшое возвышение и сели в резные кресла перед маленьким столиком. Все придворные низко склонились перед ними.
— Она красивая! — немедленно заметил Сергей. — И волосы правда как золотые!
— Светло-рыжие, — поедая княжну глазами, уточнил аспирант. — Интересно, а глаза — зелёные? Пойдём поближе! — и он потянул Сергея к другому концу стола.
Ася тоже не могла насмотреться на красавицу княжну. К счастью, долгое заключение, похоже, никак не сказалось на ней. Девочка радостно вздохнула: как хорошо, что всё кончилось хорошо!
— …Он исхитрился прорваться к князю, представь, и заявил, что он прятал княжну и князя от какой-то силы, желавшей им зла! — сказал мужской голос за Асиной спиной. Она насторожилась и прислушалась.
— А что же князь?! — спросил собеседник осведомленного придворного.
— Князь задумался, не отпуская руки Зелерины, потом что-то пробормотал о каком-то «дне милосердия», и обещал Эшуразу справедливый суд! Я решительно не понимаю, что происходит! — почти с испугом ответил тот.
— И поэтому его допустили на пир?! — возмутился второй голос.
— По-видимому… — с недоумением ответил первый. — Я и всегда-то его опасался, а теперь… Он же способен на всё!
Ася в тревоге оглянулась. И действительно, увидела возле выхода притихшего Эша и прятавшуюся за его спиной тощую Зиту.
— Всем вина! — перекрыл шум разговоров громкий и сильный голос. Это князь Олдан встал со своего кресла и поднял наполненный кубок. — Здоровье государя и прекрасной Зелерины!
Тут Ася заметила, что на столе, на который только начали приносить блюда с холодной едой, стоит множество кубков с вином. Немедленно каждый взял по кубку. Ася, чтобы не оскорбить хозяев, сделала то же…
В этот момент Сергей, стоявший теперь возле другого конца стола, случайно взглянул на Эша и увидел, как он делает пассы рукой, словно посыпая что-то щепотью в чью-то чашу. Мальчик проследил взгляд колдуна и похолодел: колдун смотрел на Асю, берущую со стола чашу с вином! Мальчик сейчас же сунул свой
кубок онемевшему Глебу и бросился к Асе, чтобы, он был уверен, спасти её от колдовства. Но пробираться через толпу придворных надо было так далеко, а шум здравиц, поднявшийся в зале, не оставлял ему никакой надежды криком остановить её. Сергей в отчаянии стремительно лавировал между дворянами, когда вдруг всё затихло вокруг. Он остановился и в отчаянии посмотрел туда, где, как он боялся, умирала Ася. Но она стояла, как и прежде, с чашей в руках, только лицо её было теперь белее полотна, и синие глаза казались огромными и бездонными, как озёра. И девочка, и каждый в огромном зале смотрели на чашу в её руке. Вернее, на чёрный дым, змеящийся из неё. Дымная змея выползла из вина, покачалась в воздухе, угрожающе изгибаясь, и вдруг метнулась туда, где у стены стояли колдуны. И сейчас же оба они схватились за горло, точно их кто-то душил — и рухнули навзничь. Словно во сне, Ася смотрела, как один из охранников нагнулся над ними, выпрямился с выражением ужаса на лице, что-то пробормотал товарищам, — и вместе с ними быстро унёс за дверь два обвисающих тела.— Ась, ты в порядке?! — задыхаясь, спросил её наконец пробравшийся к ней Сергей. — Тебе бы воды… Это он наколдовал, я видел!
Ася, вздрогнув, поспешно поставила чашу обратно на стол. И сказала:
— Знаешь, я ведь просто её перекрестила, как обычно… Какой ужас…
— Понятно… — сощурился мальчик. — Ты перекрестила вино, в которое он послал какую-то нечисть, она обозлилась — и накинулась на него самого, и на Зиту в придачу! Надо же ей было хоть на кого-нибудь броситься! Да-а!..
— Они оба мертвы! — объявил, подойдя к детям, Горкун. — А князь так счастлив, что даже ничего не заметил…
Он смотрел на Асю со странной смесью испуга и почитания. Девочка вспомнила его фразы про деву — и краска вернулась на её лицо.
— Какая сила в тебе! — воскликнул неузнаваемый Горкун. — Скажи, ты богиня?!
— Ну вот, только этого нам не хватало! — сердито сказал Сергей, а Ася рассмеялась, хотя ей было совсем не смешно.
«Ещё не хватало истерики!» — испугалась она и серьёзно посмотрела в перевёрнутое лицо купца. Надо было объясняться…
Глава 18. Ключи повернулись
Между тем слуги заставили стол огромными блюдами с благоухающими яствами, и все вдруг почувствовали, как они проголодались.
— Садитесь, садитесь, мои дорогие! — совсем по-домашнему пригласил придворных к столу сияющий князь и поднял сверкнувший самоцветами кубок: — Эту чашу вина я жалую двум моим бесценным гостям — тем, что вернули радость!
Сергей и Ася растерянно встали. «Ну и прозвание придумали нам, так недолго и зазнаться!» — в смущении подумала Ася. А вокруг звучали крики приветствий, и в воздух над столом взметнулись десятки рук с кубками рубинового вина. Статный дворянин взял чашу у Мелхидора и торжественно поднёс её Сергею. Мальчик, словно он всю жизнь провёл при дворе, поклонился князю и принял кубок. Ася, хоть и боялась обидеть князя, всё же тихонько перекрестила её. Потом, следом за другом, сделала из неё глоток. Вино оказалось душистым и лёгким, и сразу сняло напряжение чудовищной ночи. Друзья снова сели за стол. Еда показалась им просто потрясающей. Оба были уверены, что ничего вкуснее они в жизни не ели. Глеб, сидевший напротив них, тоже уплетал за обе щёки.
— Госпожа, отведай вот этого блюда: это заморские овощи, — они подкрепят твои силы, раз уж ты не вкушаешь мяса, — заботливо предложил Асе купец.
Девочка чуть не поперхнулась.
— Горкун, пожалуйста! Ну какая я тебе госпожа! — взмолилась она. — Вспомни, как мы чудесно путешествовали!
— Прости меня, — возразил упрямый купец, — я не знал, кого сопровождаю, я не знал твоей силы! Как бы я посмел теперь относиться к тебе, как к простой девице! Ты хочешь невозможного!
— Да нет у меня никакой силы! — жалобно сказала она. — Я просто молилась Богу — и Он Сам сделал всё, что ты видел. Это не моя сила, а сила моего Бога, понимаешь, а я — простая девица, и только! И без Него я ничего не смогла бы сделать против зла, собравшегося здесь!