Чтение онлайн

А сейчас она не смогла придумать ничего лучше, чем собрать всех скопом и пустится в погоню. Зачем? Парень от напряжения укусил губы и тут же услышал хриплый смех.

Нехотя обернулся.

Мик ухмылялся. Поверженный и связанный, он не ведал вкус отчаяния, скорее наоборот.

— Молодец, парень…

— Глядите-ка, оно разговаривает, — вырвалось у чародея. Разбойник оценил его сарказм по достоинству.

— Ты молодец парень. Арро, ты мужик. У тебя есть яйца. Многие пытались меня убить по-всякому. Меня пронзали насквозь, пытались удушить удавкой, ар-ро, заклинали сотнями проклятий. Но ещё никто не пытался

— Одурачить?! — юный чародей непонимающе заморгал, но Мик продолжил:

— Тебе почти удалось меня утопить, ар-ро. Еганая вусня, как же думало стрекчит! Твари, о которой ты думаешь, удалось меня одурачить.

— Откуда ты знаешь, о чём я думаю? — парень сложил руки на груди. Внезапная разговорчивость и покладистость пришедшего в себя головореза его насторожила.

— Ар-ро, у тебя всё на моргале набрякано, мажонок. Хочешь сделку?

Внутри чародея тот же час очнулся Старый Мяхар, отбросил шитье в сторону. Если уж что пройдохе и было по душе, так это азартные игры, женщины и сделки. Мастер Рубера как-то упрекнул старика в том, что из него мог бы выйти хороший проигранец — не хватало только рогов, копыт, да меха из ушей — благо, что это быстро можно было устроить.

Мяхар не огрызался, а задумывался над справедливостью упрёка — и, хоть учитель фехтования не подавал вида, его жутко бесило.

— Сделку? — парень прищурился и приструнил разбушевавшихся призраков в голове. Он уже точно не в том возрасте, чтобы легко и запросто бросаться в любую авантюру. Мик часто закачал головой.

— Да-а, ар-ро, сделку. Пакт. Пацанское соглашение. Или как вы это в своей чаровне кликаете?

Рун выпрямился во весь рост, разбойник вновь зашёлся кашлем. Юному чародею вспомнилось, что откачивала поганца виранка.

Парень присел на ближайший булыжник.

— Какая сделка у меня может быть с тобой? Лев крысе не товарищ.

Мик расхохотался в ответ. Он напряг мышцы, пытаясь высвободиться, Рун напрягся.

— Тебя пугает сама мысль о моей свободе. Ту, что делает из людей послушных слуг, ты боишься меньше того, что я попросту разорву эти хлипкие узлы. Ар-ро, не делай вид, будто вправду веришь, что это способно меня удержать.

— У меня всё ещё хватит сил швырнуть тебя связанного в ручей. А вот смогу ли я при желании вытащить твою тушу назад — большой вопрос.

Рун подавлял кипящую в нём ненависть. Она желала, чтобы чародей так и поступил — прямо здесь и прямо сейчас. Вода вздыбиться, разбойник забарахтается, словно выброшенная на берег рыба. И души павших собратьев из Шпиля будут отомщены.

Чародей был холоден к собственной горячности. Мертвецам всё равно, кого ты убьёшь, а кого притащишь россыпью булыжников на суд тех, кто выжил.

Этого — не притащить. Парень нехотя признавал, что головорез прав: пока жива эта тварь, он не почувствует себя в безопасности.

— Если я высвобожусь, я пойду за тобой всюду. Даже бледные не утащат тебя в свои чертоги прежде, чем я наиграюсь с тобой. Может быть я притащу то, что от тебя останется в Шпиль — и поиграю с теми, кто там выжил. Там остались те, кто с сиськами? Я обещаю позабавиться с ними прежде, чем выпотрошу их. Им будет приятно перед смертью.

У головореза зло блестели глаза, а Рун холодел от ужаса. Бородатый людоед не бросал слов на ветер — можно было точно быть уверенным, что он сделает

Руки чародея не ведали покоя. Взмокшие от волнения, они жаждали разного. Левая хотела вытереть саму себя о штанину, правая — влепить поганцу затрещину. Рун не давал им власти, застыв, будто истукан. В какой-то миг ему вдруг почудилось, что здесь и вокруг нет больше никого, кроме них двоих.

Разбойник не сводил с чародея испытующего взгляда. Последний из Двадцати боялся дрогнуть перед ним и показать свою слабость.

— К Шпилю? Не к Ата-ману? Уверен, он заплатил бы тебе за мою голову куда больше.

Разбойник, к удивлению чародея, сплюнул.

— Ар-ро, пацан, для чего мне деньги? То, что хочу я беру силой. Этому петуху в своих железных шмотках мне больше нечего предложить. Он даже не сумел дать то, что обещал.

Рун сверлил связанного перед ним поганца взглядом. Что и говорить, головорез был стократно прав. С тем, что у него уже есть сейчас, не требуется особых усилий, чтобы заполучить желаемое. Конечно, вытрясти всё из чародея, который находится на пике своих сил он вряд ли сможет — не спасёт даже въевшаяся в кожу саффиритовая лазурь. В конце концов, подытожил мастер Рубера, не один Рун настолько умён. А явись Мик в Шпиль один и без всей той кодлы мерзавцев…

Другой вопрос задумчиво отозвался Мяхар, что мог пообещать главарь Кровавых Крючьев великану?

Убийца его родных был словно старый сундук: прост с виду, но по самую крышку заполнен тайнами.

— Хочешь получить от меня то, что не смог дать он? Это и есть твоя сделка?

Мик сызнова позволил себе наглую ухмылку, у Руна стало противно на душе. Разбойник издевался над ним, дивясь чародейской глупости. Здравый смысл постучал по лбу Последнего из Двадцати, будто в самом деле надеясь, что ему отзовётся ум. Этот образина, упрекал он парня за бестолковость, только что собирался разорвать тебя на части и изнасиловать наперёд Читль. А после отрезать уши и сожрать, что останется. Пообещал, будто притащит жалкие останки чародея прямиком к Шпилю и продолжит потеху — уже с теми, до кого сможет добраться. Вряд ли ты, братец, нужен ему хоть сколько-то живым…

— Ар-ро, ты забавный парень. С яйцами, как у мужика, но головой что телка. Что ты можешь сейчас? Швырнуть заклинанием пару камней? Заставить корни вылезти и пощекотать мне пятки? Ар-ро, почему ты ещё жив?

Разбойник устало выдохнул, блаженно закрыл глаза. Расхохотался. Рун стоял, униженный смехом, не зная, что делать дальше. Кусать губы от своей беспомощности? Разбойник прав куда ни плюнь — может быть, полгода назад он встретился бы с одним из Двадцати. Но сейчас-то перед ним стоит глупый, маленький мальчишка, всех сил которого…

— Ар-ро. В детстве мне мать рассказывала про Двадцать, пацан. Что вы огромны, как скалы. Глаза горят огнём, в руках саму расправу держите. И знаешь что я скажу тебе? Я наслаждался тем, как булькала ваша кровь под моими ногами. Нравились визги вашей старухи. Была там и та, что помоложе. но её убили раньше, чем я подоспел. Без умения творить магию вы всего лишь кучка беспомощных, напыщенных селян. Ар-ро.

После последней фразы ему разве что не хватало поднять палец к небу, как будто завершая собственную мудрость. Разбойник продолжил.