Чтение онлайн

Я не знаю почему это происходит, потому принимаю за свою оплошность. Но Хозяин останавливает и вторую мою попытку.

– Будь спокоен, Алури, - говорит он, укладывая меня на ложе, - сейчас я буду контролировать контакт. Тебе же нужно отвлекаться.

Это несколько настораживает, но ничего, кроме как принять решение хозяина я не могу сделать. Тем не менее, меня ограничивают не только в энергетической, но и физической активности. Платье было сброшено еще сначала, но одеяния на руках и ногах остались. И мне стало понятно зачем. Ткань защищала кожу моей оболочки от повреждений. Тонкие ремни прикрепили мои руки к изголовью ложа, ноги же, оставленные свободными, однако, тоже были оплетены ремнями в щиколотках.

Мне

это что-то напомнило.

– Мне не стоило поступать так со светлым, Патрон?
– спрашиваю его, когда мой Хозяин закончил приготовления, собираясь начать контакт. Я ясно послал ему образ связанного между стоек тела эмиссара, чтобы уточнить свой вопрос.

– Это странное решение, Алури, - говорит он, вставая надо мной, осторожно проводя по животу моей оболочки, - но, довольно интересное. Пожалуй, будет любопытно оценить их возможность к проявлению эмоций. Пусть это тоже будет небольшим экспериментом. Что касается тебя, - его рука останавливается у входа в мое тело, осторожно касаясь чувствительной зоны, - я бы хотел показать тебе способы взаимодействия без причинения сильных повреждений.

Я благодарю Высшего за объяснение, но тут же получаю ответ, что официальные фразы не нужны наедине. Я киваю, боясь теперь вообще сказать что-либо. Скоро и мои ноги закрепляются на стойках кровати, так, что оболочка оказывается растянута и распята, как это происходит во время контакта с моим истинным телом в Уровнях. Но только оболочка переносит это гораздо тяжелее. Я не закрыл изоляцию от боли, поэтому стал ощущать, как от постоянного натяжения начинают болеть суставы. Патрон же осторожно натягивает их еще больше. Когда я уже начинаю дрожать от боли, он начинает контакт.

Одним движение тело Хозяина проходит в меня, заставляя слабо вскрикнуть. Но эту оплошность мне прощают, или скорее поощряют, прикоснувшись губами к моим. Дальнейшие действия, сначала медленные и осторожные, становятся все грубее и быстрее и все это время губы Патрона примыкают к моим. Мне кажется, что Хозяин просто сдерживает мой крик таким образом. Потом становится легче, на много. Даже от самых сильных и резких выпадов. Я почти теряю ориентацию от подступающего экстаза. Тогда, я чувствую, как мои руки и ноги освобождаются от натяжения. Патрон, прервав контакт, развязал ремни, но на этом процесс не завершен. Одну мою руку, уже потерявшую чувствительность, соединяют с ногой, потом это действие повторяется и с другой стороны. Тело от этого оказывается выгнуто , продолжая опираться на плечи и ступни. Положение оказывается гораздо более неудобным, чем предыдущие.

– Не беспокойся, - говорит Патрон, проводя рукой по моему лбу, - сейчас будет легче.

Опора в этот раз менее надежная, но я стараюсь удержаться, держась руками за собственные щиколотки, к которым они и привязаны. Нижняя часть тела оказывается слегка приподнятой, давая Хозяину соединить наши тела в более удобной для него позиции. Мне же приходиться ощущать и боль от непривычного поражения тела и от резких проникающих воздействий. Но и эта боль проходит, становясь частью экстаза. Пользуясь моей беспомощностью, Хозяин управляет положением моего тела, раскрывая его максимально. Колени оказываются сильно разведены в стороны, а грудная клетка выгнута. Я начинаю лучше чувствовать движения внутри, болезненнее и приятнее одновременно. Но пытка этой позиции прерывается. Одну руку отцепляют от ноги, переворачивая меня набок. Я только успеваю опереться свободной рукой о ложе, нога же оказывается перехвачена Патроном и распрямлена, вытянута вверх. Дальнейшие движения Хозяина становятся размеренными и медленными, я же все же проваливаюсь в эйфорические вибрации. Прихожу в себя уже освобожденный, на ложе Патрона. Оставленный один.

Ресурсы распределились по всем внутренним системам. Дисбаланс был устранен. Я чувствовал, что мне

чего-то не хватает. Одеваясь я осматриваю покои Патрона. Все же я нахожу несколько ножей, стилетов и кинжалов. Беру самый тонкий и короткий из них. И всаживаю себе под грудину. Вместе с болью я получаю еще одну волну экстаза.

Часть 60. Суд.

На следующий день я отправляюсь на территорию обитания энергоформ. С решением вопроса относительно отступников я не хотел затягивать. Но перед исполнением наказания все же решил навестить старейшин эфелинов.

Путь к ним занял у меня немного больше, чем если бы я был на Пирит, потому прибыл я в нужное мне место только спустя десять малых циклов.

Старейшины, стабилизация которых продлила им жизнь в десятки раз, выбрали не строение, как Фагир, а естественные условия экспериментальной зоны. Благодаря энергетическому зрению, они могли видеть места, где можно избежать опасности. Они лишь слегка преобразовали пространство вокруг себя. Мое приближение они увидели сразу.

– Миштар, мы ждали вас, - выходит навстречу один из них, - мы с нетерпением ждали решения нашей судьбы. Чего нам ждать, Ослепляющая?

– Мои новости и порадуют и огорчат вас, - говорю, как только вхожу в их обитель. Сплетенная из ветвей, трав и цветов, она не уступает по красоте каменным храмам, - вам приготовят мир в котором вы сможете жить беспрепятственно. Но есть те, кто противился этому всеми силами и они числа эфелинов.

Мне не стоит объяснять, они знают об этом.

– Как вы намерены поступить, Миштар?
– склоняется передо мной другой старейшина, - пришли ли вы сюда ради совета или только донести весть?

– Мне нужен совет, - говорю ему, - как лучше поступить с отступниками? Я хочу знать ваши пожелания, потому как в дальнейшем это будет бременем вашего народа.

– Вы хотите проявить к ним милосердие, Миштар?
– спрашивают они. Я подтверждаю. Удивлены ли они или просто не ожидали этого, но я вижу некоторое смятение в их аурах. Тем не менее, они приступают к совещанию. Их бессловная беседа длится долго, я не вмешиваюсь в ее ход. Они должны решить сами.

– Мы вынесли решение, Миштар, - наконец отзываются они, - если вы хотите оставить им жизнь, но при этом наказать за отступничество, уподобьте их ауры их созданиям и обяжите вести контроль за химерами.

Я удивлен такому решению, но понимаю, что старейшины правы.

Уже через три дня я оказываюсь в местах заточения отступников. Орфалины, то их поколение, которое родилось после моего ухода, встречали меня в темницах, территории оросов. Места эти изменились с моего ухода. Но не изоляторы. Здесь все осталось как прежде.

Грандиозные залы с двойными дверями в десяток моих ростов и освещенные огнем, что бьет из земли делали их незабываемыми. Родными мне, как Уровни.

– Имивар, готов ли ты к суду над тобой?
– главный из отступников по моей просьбе закован в отдельном зале. Я вхожу к нему в сопровождении одного орфалина.

– Суд или казнь, Черная хозяйка?
– спрашивает он. Я вижу, что его тело истощено, повреждено множественными пытками. Но дух и уверенность в своей правоте не сломлены, - Ты снова победила, но это только одна битва. Война с тобой еще будет идти. Пусть даже не мы ее продолжим.

Мне тяжело слышать это, но я справляюсь со своими чувствами.

– Мне понятно твое возмущение, Имивар, - говорю ему, видя некоторое удивление в нем, - я был слишком жесток к твоим предкам, слишком неосмотрителен. Слишком не смел. Нет в мирах полу мер. Есть лишь решительность сильных. Таких как ты, Имивар. Я должен был либо простить либо стереть всех вас. Теперь же я пожинаю свои плоды. Что касается войны - знай, для меня она идет с момента моего восхождения. И продолжится до моей смерти. Я живу никогда ее не оканчивая. Мне жаль, что ее жернова перемололи и ваши судьбы.