Чтение онлайн

Люба потянулась к своему клатчу, достала влажные салфетки и убрала некрасиво смазанную косметику, оценивая результат стараний через фронтальную камеру айфона.

– Нравится то, что видите перед собой?
– сухо спросила она.

– Вполне.

– Протвино, наверное?

Наверное?! Наверняка! Вот только моих настоящих чувств эта шкура не узнает.

Потому что сейчас мне хочется сбежать или сдохнуть. И если бы не мой сын, то я определенно бы выбрала второе, потому что первое почти невозможно.

Люба выключила телефон и убрала его обратно в сумочку.

– Лилия,

мы знаем друг друга не первый день. Давайте поговорим, как взрослые люди, возможно, другого шанса уже не представится. Хотите совет?

Она присела на край стола, где не далее как несколько минут назад ее трахал мой муж. В кабинете витал запах похоти и от него мутило и подташнивало. Все, что мне сейчас хотелось схватить ее за волосы и спустить вниз с лестницы. Чтобы ее кости ломались так же громко, как моя гордость. Чтобы она умирала снова и снова. Хотелось задушить ее колье, которое было у нее на шее, стягивая так крепко, что бриллианты бы врезались в кожу, пуская кровавые струйки вниз по шее, оставляя на белом платье красные подтеки.

На мгновение эйфория от этой мысли заставила меня улыбнуться. Но в реальности я бы никогда не сделала ничего подобного.

Убить человека. Не хочу знать на что это похоже.

– Ты скажешь ему, что видела меня?
– спросила я то, что сейчас было действительно важным.

– Нет.

– Отлично. Я выйду первой, ты следом минуты через три.

Я двинулась в сторону двери, когда она подошла и перехватила меня за запястье.

– Лилия, вы же хотите получить свободу.

Это был не вопрос, а утверждение. И оно не требовало ответа. А даже если и требовало, то я бы не сказала Титовой ни слова.

– Я вряд ли смогу помочь, но дам совет.

– Засунь его себе знаешь куда?!

– И все же, - она прервала меня, серьезным тоном, без тени обиды или улыбки.
– У вас не будет лучшего шанса, чем в ближайшие месяцы. Сейчас Тигран максимально уязвлен к всевозможным скандалам и станет бережно оберегать репутацию от публичного выяснения отношений. Если вы понимаете о чем я, то выберете правильный момент и возьмите то, что вам нужно. Другого шанса может не быть. Его не будет.

– Ты этому на своей прошлой работе научилась? На той, где тоже трахалась с начальником?

Она не ответила. В её глазах не было надменности и превосходства положения любовницы над женой. Не было там и оскорбленной в лучших чувствах гордости, за то, что я напомнила ей о старых грешках, которые она притащила в новую жизнь. Там была лишь… жалость.

– Спрячь колье.
– Устало проговорила я, взявшись за ручку двери.
– За такие украшения иногда сносят головы.

Я вышла в коридор, точнее вывалилась, скрученная, как белье в барабане стиральной машины.

Обо всем, что случилось, я подумаю завтра. Решение принято давно, осталось самая малость - озвучить его.

Не сегодня. Завтра.

Так я думала, пока брела к спальне, придерживаясь за стену дрожащей рукой.

А потом в доме прогремел выстрел. И начался настоящий ад.

Залаяли собаки.

Тигран держал

трех курцхааров не для охоты, как то было положено, а просто ради возможности ввернуть этот факт в беседу, когда в компании заходила речь о дорогих и бесполезных покупках. Как то вазон, которого больше нет.

От лая заложило уши. Я поспешила в детскую, легла рядом с сыном, крепко-крепко прижала его худое тельце к себе и стала молиться, чтобы все это поскорее закончилась. Это невозможное мучение. Этот бесконечный вечер. Этот невыносимый брак.

Я еще долго не могла уснуть, слыша как муж ругает охрану, как стучит кулаками по своему столу, как показательно уволили и избил одного из мужчин. Возможно сейчас лицо того прекратилось в кровавое месиво. Провинившихся он не щадил. Даже меня. Просто методы наказания ко всем применял разные.

Но наконец все звуки стихли. Я услышала, как скрипнула дверь в детскую и еще крепче сжала глаза. Тигран не стал будить меня, он даже не коснулся меня пальцем, за что я была ему благодарна.

К счастью для меня он оставил меня с сыном.

К несчастью утро наступило слишком быстро.

Завтрак принесли прямо в комнату. Тигран не терпел детей за столом в гостиной, ведь при них нельзя обсудить “взрослые” дела. Поэтому наш сын и дочери золовок ели на кухне или в своих комнатах.

– Ой… - горничная испуганно вздрогнула, когда увидела меня во вчерашнем платье, на кровати Давида.

– Доброе утро, Наташа.
– Я поправила съехавшую на плечо лямку и постаралась улыбнуться.
– Вчера зашла почитать Давиду перед сном, да так и уснула. Эти праздники так утомляют.

– Ой, и не говорите, - девушка старательно уводила взгляд с моего лица, - мы всю ночь не спали, беседовали с охраной и полицией.

– И что сказали? Кто в итоге стрелял? Я надеялась, это пьяная шутка кого-то из гостей, - местные были лучшим, хоть и не самым надежным, источником сплетен. Я знала, что девочки постоянно шушукаются у нас за спинами, но никому не выдавала их интереса к “хозяевам”. Они же в ответ любили меня, и прикрывали, если это было нужно.

Красивая, с еще пока горящим взглядом девушка поставила на стол поднос и принялась рассказывать мне ночные новости. Да, кто-то стрелял в доме, нет, никто не пострадал, они и сами подумали, что это глупая шутка, вот только Исмаилов слишком нервничал, когда пытался лично допросить прислугу.

– Только вы никому, - испуганно округлила глаза Наташа.

– Что ты, - улыбнулась я в ответ, - но и ты тогда меня не выдавай. Не рассказывай, что застала меня здесь и в таком виде, не хочу чтобы об этом дошло до туда.

Я демонстративно указала взглядом наверх, имея ввиду “начальство”. Чуть было не ляпнула, “до хозяина”. И вряд ли бы сильно ошиблась. Исмаилов и был хозяином. Для работников нашего дома, и для меня - его жены.

Все утро я провела с сыном. Мы смотрели какие-то странные ролики на ютуб про выживание в джунглях или в сибирских лесах. Странно, но мой домашний мальчик в теории был тем еще экстремальщиком. По крайней мере он точно знал, как поймать рыбу при помощи зубочистки и шнурков от кроссовок и, как находить части света по кольцам на пнях дерева.