Чтение онлайн

Лонни летела на Деризею молодежными космолиниями. Довольно приличный пассажирский корабль, цена, более, чем вменяемая, а самое главное — не скучно.

И действительно — возле посадочных ворот номер пятнадцать царило оживление. Рейс потому и молодежный — летают преимущественно студенты. Лоан тут же заулыбалась, ощутив здоровый подрыв, веющий от толпы.

Мисс Флинн с удовольствием плыла вниз на прозрачной кругляшке эскалаторной платформы и любовалась космопортом. Уютный космодром Клавса не шел ни в какое сравнение с шикарными гигапортами Деризеи или Хакорта, столицы Конфедерации — четвертой, после Родеса, планеты звезды Коро. Там — пассажиропоток под пять миллионов человек в сутки. Невероятной величины купола и прозрачные спагетти электро-пневмоканалов,

протянувшихся на километры к посадочным площадкам. Непрерывным потоком с пятиминутным интервалом садятся и взлетают спускаемые модули межзвездной транспортной системы. Зрелище завораживает, когда технотронный скелет полого плюхается с неба, резко затормаживается перед самым посадочным пятаком и застывает, охлаждаемый множеством струй сжиженного воздуха. Подается очередной пассажирский модуль, ловкие роботизированные манипуляторы устанавливают набитый людишками кирпич в держатели спускаемого аппарата и тот, в считанные минуты, вновь стартует ввысь, чтобы уступить место новому крабу.

Нет, космопорт Клавса был совсем не таким.

Концепция планеты — безразмерные массивы природы, пронизанные высокотехнологичными транспортными магистралями, которые сплетают жилые районы в единую паутину, охватившую весь клавский шар. Здесь вполне нормально, когда после завтрака отправляешься поиграть в байк-гольф за две тысячи верст или в булочную за пятьсот километров. Каких-то десять минут на спортивном гравимобиле с пиковой скоростью, превышающей звуковую — и вы попадете из океана джунглей в завораживающую травяную пустыню. Полчаса — и вы поежитесь от влажного холода полюсного криокурорта. За час — вполне доберетесь до Срединного озерного моря, куда сходятся все клавские реки. Воздухоплавание в престижном мирке практически не развито — Клавс в два раза меньше нормированной Земли, но вследствие более плотного ядра — имеет равное земному тяготение. Поверхностный транспорт превращает любую точку цивилизации в доступную из любого пункта планеты в течение максимум полутора часов, Все — далеко и близко одновременно.

Но космопорт был местечковым — не более пятидесяти метров в куполе и всего на пять посадочных площадок. Впрочем, архитектурная изысканность сооружения с лихвой компенсировала недостаток его размеров. Пространство главного зала буквально окутали исполинские побеги вьющегося пальмовидного папоротника с живой листвой — он возносился кружевами как минимум на десять метров выше собственных пятнадцатиметровых стеблевых стволов и рассыпался гроздьями сплетений с высотой. Весь купол представлялся безмолвно шелестящей на непонятном языке великанской чашей с кучерявящейся прозрачностью. Лишь треть пузыря террариума была достаточно свободной, чтобы различать пурпурно-оливковое, в это время суток, небо с зеленоватыми облаками.

Девушка плыла вниз на эскалаторе, улыбалась живой листве, зеленоватому свету, предстоящему приключению, людям и жизни вообще, насколько она себе ее представляла. Ведь, правда — жизнь состоит именно из ярких моментов предвкушения и свершения ожидаемого. Они плавно перетекают одно в другое, нанизанные на дискретное восприятие того, что человек называет временем.

Посадку отложили, что не редкость для райского уголка. Слишком много людей с крупными цифрами общественного рейтинга имеют здесь дачки, а то и натурально живут. И ломают менее ранговому люду всю гладкость путешествия бесконечными прибытиями-убытиями вне очереди.

Куковать еще минут двадцать-тридцать. Нетерпение подхлестывало душу, а та, в свою очередь, тиранила тело, как бесполезного участника нудного ожидания.

Лоан плюхнулась в уютное бархатное левитирующее кресло, уперлась локтями в колени и положила подбородок на обе ладони сразу, обрамив ими лицо — теперь ее внешний вид всецело соответствовал внутреннему состоянию.

Пассажиров на Деризею было традиционно немало — возле регистрационной панели собралась толпа, переминающихся в нетерпении, бесстрастно расслабленных, веселых, грустных и, вообще не пойми каких,

обитателей нынешней вселенной. Лонни открыто рассматривала будущих сопутешественников и развлекала себя тем, что придумывала для каждого из них историю, которая, как казалось, непременно должна быть правдивой, несмотря на всю абстрактность.

Вон тот седовласый господин — не кто иной, как университетский профессор. Кем же еще ему быть при такой-то студенточке в обнимку. А здоровяк в зеленой рабочей куртке — вообще заблудился. Что строггийскому сталевару делать на рейсе Клавс — Деризея — загадка природы. Хотя… может он десятилетнюю премию решил спустить на иллюзорность и удовольствия… Троица чиновников в шаблонных анатомических комбезах — ничего примечательного, офисный планктон водится повсюду, это самый распространенный в галактиках паразитический вид… Студенты кучками и порознь. Малахольные какие-то, дремучие ботаны, по всем приметам… точно из одного клон-бокса… Осторонь сгрудились чернокожие мучос — откуда-то издалека, планетарную принадлежность так сразу и не определишь… из такой тмутаракани, видать… на инфопанели не воют?..

Симпатичный высокий парень, почему-то в форме майора Конфедерации, так же открыто глазел на Лонни, как та — на толпу. Ему и тридцати, пожалуй, нет… У папы майорскую форму спионерил, чтоб девчонок на Деризее клеить?

Лоан подняла брови и показала зрителю кончик языка. Тот улыбнулся и взялся руками за щеки, передразнивая девушку. Он очень даже ничего… Уж если с безразмерными минутами ожидания сравнивать — так стопудово. Лонни игриво улыбнулась незнакомцу.

Не прошло и пяти минут — как девчонка мило болтала с нестандартно юным майором, который представился шутливо-официальным тоном — Тирро Тар, майор специальных войск Конфедерации

Настроение было лиричным, но майорчик, опьяненный свалившимся счастьем, как-то живо взял на форсаж… Нет, он старался быть приятным и умным, но эти заезженные фразочки… Блин, лучше бы сама посидела…

В общем, Лонни решила позабавиться.

Хулиганка быстренько скомкала приветственный обмен регалиями. И напрямую перешла к высокопарному высокоинтеллектуальному интеллигентному спору.

И вышло все тоже — само собой.

Тар болтанул какую-то банальность вроде "трам-пам-пам от самого Исхода" и Лоан зацепилась за слово всей девичьей задорностью.

— Тирро, вот вы только что говорили… ну, вспомните… Что непредвиденная задержка вносит сумятицу в строгие планы…

— К сожалению. Тем не менее — сейчас сложно сетовать на неожиданную приятность обстоятельств отложенного только что рейса. — Брюнетик сделал игривые, по его мнению, бровки.

Так, спокойно, защитник благоденствия. Рано… ты ж сапогом вполне можешь оказаться…

— Коктейль тоже вкусный.

— Какой коктейль?.. — Паренек озадаченно потерял Лоан из фокуса и целую секунду забавно сводил взгляд перед собой.

— Проехали. Не в коктейле смысл… — Лонни нажала пальцем на светосенсорную зону заказа напитка, которая располагалась вдоль кромки панели столика мини-кафе в зале посадочной концентрации. Мохито — идеальное начало путешествия. Клементийская мята.

— Так вот я как раз про странную особенность военных непременно нести строгость в своем облике. Напыщенно символизировать собой олицетворение порядка… И при этом — совершенно не вдумываться в смысл слов "порядок и строгость"… Я понимаю, что смысл на самом деле ни к чему — важны лишь ассоциации, которые он вызывает… Но вы сами хоть осознаете?..

Блин, вот это я гоню. Принцесса с трудом не хихикнула.

Майор поднял брови окончательно озадаченным домиком. От былого ухарства не осталось и атомарного следа.

— И что это меняет… Что по-вашему это меняет? Ну, тот факт, что мы, военные, на самом деле не понимаем смысл понятия, о котором вы говорили, мисс…

Надо же. Пытаемся умничать. Или тренинг был хороший. Ну-ка, ну-ка…

— Ничего не меняет… От самого Исхода…

— Что, простите?.. — Майорчик едва сдержал раздражение от несценарного развития беседы.