Посланница преисподней
Шрифт:
— Друзья, — кивнул Вирлисс. — Да не дёргайся ты так! Обещаю, что душу закладывать не стану, — он улыбнулся. — Кстати, я узнал кое-что очень любопытное…
— Что? — Эет не сумел сдержать улыбки и, хоть её и не было видно в тени капюшона, она чувствовалась в голосе.
— А то, что в мире Атариды демонов нет. Они приходят откуда-то извне. То есть заклинание Призыва — не просто обращение к конкретному существу, но ещё и что-то вроде крохотного портала между мирами. Даже немного не так… Не портала — окна. Демон не может пересечь границу реальности без твоего позволения. Но ты же
Эет невольно рассмеялся, покачав головой.
— Безопасно-то безопасно… Только учти, что демоны мало чем уступают богам. В могуществе. В разуме они им не уступят ни на йоту.
— Высшие демоны, — кивнул Вирлисс. — Но труды по демонологии писали тоже не идиоты.
— Мало тебе, видимо, знакомства с Локи… — хмыкнул Эет.
Вирлисс рассмеялся.
— Учёные мы теперь!
— Оно и видно… — вздохнул лич и хлопнул по колену. — Ну что ж, работай! А сейчас пойдёшь со мной всё-таки, нет?
— А у тебя-то что за идея? — ещё смеясь, выдохнул Вир.
— А я иду ту глисту, что в коридоре валяется, поднимать. Нефиг ему там прохлаждаться и интерьер портить. Пусть пользу приносит.
Вирлисс склонил набок голову и вопросительно приподнял бровь.
— Да-да, — усмехнулся Эет. — Я вытрясу из него все возможные сведения, а потом поставлю охранять коридор. Тебя и меня он пропускать будет, а другим лучше не соваться…
— Хм… — Вирлисс в задумчивости чуть прикусил губу — и решительно поднялся. — Ну, пойдём! Глисту и я с удовольствием послушаю. У тебя шнур для размётки и мел на месте?
— Ага, я всегда их там, под рукой, держу, — кивнул Эет.
— Тогда ты иди потихоньку, а я тем временем всё приготовлю?
Лич улыбнулся и спрыгнул со стола.
— Давай, сэкономим время.
Вирлисс кивнул и растворился в воздухе.
Эет некоторое время стоял, глядя на то место, откуда исчез Вир, а потом, прихватив магический скипетр, медленно пошёл по коридорам к лестнице. На душе лежала странная тяжесть.
Повинуясь безотчётному порыву, Эет завернул в хранилище артефактов и, отыскав среди прочих раритетов, снял с полки коробочку с медальоном.
На алом бархате, переливаясь в свете магического огонька, лежала тонкая золотая цепочка. И девушка с портрета вновь глянула на мага…
Эет вздохнул, сжав медальончик в руке.
Чёрт побери! Сейчас он поднимет хозяина этой безделушки. И, что ни говори, а есть тут что-то бесчестное: одно дело забрать вещь у безвестного мертвеца, вернуть её к свету и жизни… и совсем другое — отобрать у того, кто не может сопротивляться, но способен говорить, думать и чувствовать…
Не хотел бы он оказаться на месте этого парня.
Конечно, тот явился сюда, на Атариду, как враг, как шпион — но разве не получил он сполна свою плату? Умирать от голода и жажды в тёмном коридоре, зная, что родные и близкие так ничего и не узнают о твоей участи, и кости твои будут валяться в подвальной сырости, предостережением другим смельчакам…
….а однажды придёт какой-нибудь любознательный некромант — и поднимет нежитью. И станешь ты одним из тех, кого так ненавидел…
По телу Эета волной прокатился
озноб.Юноша встряхнул головой. Нет. Не время жалеть это существо. Жителей Атариды никто не пожалел. Он поднимет шпиона и задаст ему пару вопросов. А там… посмотрим, что это за субъект и как к нему относиться. Как там говорил Локи? Послали двоих: дварфа и… эльфа? Дварф вернулся, а его напарник…
Ну вот и пообщаемся, а заодно узнаем, что из себя представляли эльфы.
Эет улыбнулся.
Чёрт возьми, ведь эльфы, если смотреть беспристрастно, в какой-то степени братья немёртвым. Их тоже творила Силинель!
Правда, вместе с мужем.
Сжав медальон в ладони, маг быстро пошёл к комнате над Алтарём, где они с Виром давно оборудовали себе рабочую лабораторию.
В коридоре некромант остановился над скелетом и несколько мгновений молча смотрел на эти древние кости, что провалялись здесь невесть сколько столетий… тысячелетий…
— Ну вот и всё, парень, — тихо произнёс юноша. — Хватит дрыхнуть. Подъём.
Он щёлкнул пальцами — и истлевший остов медленно воспарил над полом.
И поплыл к лаборатории…
Эету не хотелось тащить на себе грязный костяк… к тому же, лич сомневался, что скелет выдержит столь грубую транспортировку — пусть даже недолгую — и не рассыплется.
Нет, пока остов не скрепляет магия, грубо обращаться с ним не стоит…
В комнате над Алтарём всё уже было готово: по углам горели зелёным мертвенным пламенем светильники, треугольник Поднятия — который применялся только при работе с опасными видами нежити — острым концом указывал на границу Круга Защиты.
Оба вписаны в Круг Подчинения.
Вирлисс сидел на столе и скучающе болтал ногой, крутя в руках какую-то коробочку из-под магического инвентаря.
— Где ты так долго копался? — осведомился призрак.
Эет чуть усмехнулся уголком рта.
— Да так… За имуществом этого героя заворачивал.
— Зачем? — Вир отложил коробку и поднял голову, удивлённо глянув на друга.
Эет довольно усмехнулся.
— За шкафом! — ответил он.
Вирлисс попытался было выразить всем своим видом глубокое возмущение, но не выдержал и фыркнул от смеха.
— Ну, уел! — признал он. — Что ж, приступаем?
Эет, смеясь, кивнул и жестом руки заставил скелет опуститься в треугольник на полу.
— Давай, Вир, иди сюда, — мотнул маг головой, указывая на место рядом с собой в Круге Защиты. — Или предпочитаешь развоплотиться?
— Ну сейчас, — осклабился вампир. — Буду я самое интересное слушать с той стороны реальности!
Он спрыгнул со стола и, перешагнув через подопытного, подошёл к другу.
— Давай, начинай!
Эет глубоко вздохнул.
— Благослови, Мортис!
Он почти про себя пробормотал заклятие активации защитного круга — и поднял в медленном величественном жесте Жезл Власти.
Наконечник вспыхнул зелёным пламенем. Зелёное пламя полыхнуло в кадильницах, взметнувшись ввысь, и опало. Зелёный свет начал заполнять Круг Подчинения.
И концентрироваться в треугольнике Поднятия.
Скелет светился изнутри, словно состоял из одного лишь сияния. Словно утратил материальность.