Попав в Рим
Шрифт:
— Ну, если это не Ной Уокер во плоти, – провозглашает Хизер, оповещая весь салон о его присутствии. — Ты возьмешь Амелию на мою свадьбу?
Ной замер в дверном проеме. Он еще не посмотрел на меня. Я изучаю его с головы до ног – так внимательно, что смогла бы описать его художнику, и тот нарисовал бы идеальный портрет. Сначала я бы рассказала про щетину на его челюсти. Это важно передать точно – потому что она не длинная, как борода, но и не аккуратно подстриженная под резкие углы. Это просто естественная легкая небритость, которая не обожжет кожу, если он поцелует тебя, но может слегка пощекотать. Потом его волосы.
И я также знаю, что под этой белой футболкой, обтягивающей его широкие плечи, есть татуировка. Самая очаровательная, самая подходящая тату, которую я когда-либо видела на мужчине. Мысленно я возвращаюсь к сегодняшнему утру, когда он вбежал на кухню без футболки. Образ его подтянутого тела будет прокручиваться у меня в голове до самого конца моих дней. Золотистая загорелая кожа. Легкие веснушки на мощных плечах. Рельефные бицепсы и пресс, ведущий к узкой талии.
Одним словом: он великолепен.
Я улыбаюсь, испытывая первобытное удовлетворение от того, что видела Ноя в таком виде, о котором Вирджиния может только мечтать. О черт. Я что, жалкая? Думаю, да, потому что у меня появляются самые настоящие чувства к мужчине, который дал четко понять, что мне ни в коем случае нельзя в него влюбляться.
Наконец, взгляд Ноя скользит ко мне, и я замечаю, как он задерживает дыхание. Это хорошо или плохо? Его выражение такое напряженное, что теперь я жалею, что не увидела свою прическу раньше него. Может, у меня неровные края? Или где-то выстрижено лишнее? Ну и ладно, даже если ему не нравится – не важно. Эта стрижка для меня, и я рада, что сделала ее.
Но я больше не могу выносить его взгляд. Я опускаю глаза.
— Хизер, – начинает Ной, и я ненавижу, как сильно мне нравится звук его голоса. Мне нужно начать составлять список того, что мне не нравится в Ное, только чтобы не свалиться в эмоциональную пропасть. — Не заставляй девушку идти на твою свадьбу. Она же знаменитость, ей-богу. Люди не хотят ходить даже на свадьбы знакомых, не то что незнакомцев. Без обид.
— Эй! – поднимаю я глаза и сердито смотрю на Ноя. — Как насчет того, чтобы позволить той самой «девушке» самой решать, что ей нравится, а что нет, спасибо большое, мистер Ворчун.
Уголок рта Ноя дергается. И я знаю почему. Он мысленно добавляет еще одно прозвище в свой постоянно растущий список.
— Я с радостью приду на твою свадьбу, Хизер. Большое спасибо за приглашение. – Я вызывающе смотрю на Ноя. — Я буду там, даже если у Ноя уже есть пара. Когда это?
— Через месяц с сегодняшнего дня.
Я сопротивляюсь желанию взглянуть в сторону Ноя. На его лице наверняка написано самодовольство.
— Ох…Вообще-то, меня не будет, – виновато улыбаюсь я. — Я буду на гастролях. Прости.
— Надо было меня послушать.
— Да заткнись уже, – бросаю я, и весь салон смеётся. Это приносит мне искреннюю улыбку с его небритого, хмурого лица.
Но затем, прямо за плечом Ноя, моё внимание привлекает кто-то ещё. Мужчина, и его внешний вид мгновенно заставляет меня напрячься – весь в чёрном, с длиннофокусной камерой за спиной. Папарацци, без сомнения.
— Чёрт, – шепчу я в панике, срывая с шеи накидку
и озираясь в поисках укрытия. — Они нашли меня!— Кто нашел? – спрашивает Ной, и в его голосе звучит суровая защитность. От этого по моей спине пробегает дрожь.
— Папарацци, – жестом я указываю на мужчину за окном, который стоит спиной к нам, осматривая площадь. Если он обнаружит меня и подтвердит, что я здесь, всё кончено. Всё это приклющение испарится.
К сожалению, мне даже не нужно раздумывать, чтобы понять, кто его прислал. Моя мама – единственный человек, который знает, где я, и, увы, в прошлом уже продавала истории таблоидам. Надо было догадаться не говорить ей, куда я еду. Интересно, на что она потратит деньги? Дизайнерскую сумку? Туфли?
Конечно, она будет отрицать это до последнего вздоха, потому что боится, что я отрежу её от себя, если узнаю правду. Но Сьюзан всегда выясняет через анонимные источники в журналах, что это мама их навела. У меня так и не хватило смелости напрямую обвинить её. Потому что грустная правда в том, что мне нравится её внимание, даже если оно фальшивое. Приятно притворяться, будто ей действительно интересно, когда она спрашивает о моей жизни. Что у неё нет скрытых мотивов, когда она разговаривает со мной или гостит у меня. Но давно пора пересмотреть наши отношения. Я больше не могу так продолжать.
Ной мгновенно оказывается рядом, его длинные ноги уверенно преодолевают пространство салона.
— Милая, не переживай, – говорит Хизер, подталкивая меня от кресла. — Мы тебя спрячем.
— Спасибо! Я зайду и оплачу позже. Обещаю.
— Даже не думай об этом, – Таня лихорадочно указывает на заднюю часть салона. — Выводи её через переулок, Ной.
Но времени нет. Мы успеваем добраться только до дальнего угла, когда раздаётся звонок двери. Ной резко разворачивается передо мной, прижимая моё тело к своему. Сейчас мы – единое целое, и моё сердце не выдерживает. Его тело. Его запах. Его тепло. Ох, это так прекрасно…А потом он решает сделать всё ещё хуже, протягивая руки за спину и обхватывая мои бёдра, слегка сдвигая меня влево, чтобы я встала ровнее перед ним.
— Не двигайся, – говорит он, будто у меня есть хоть малейшее желание быть где-то ещё.
Удачи отцепить меня от тебя, приятель. Теперь я тут живу.
— Добрый день, сэр! – бодро говорит Таня. — У вас запись?
Я слышу, как сердцебиение стучит в ушах. Мы с Ноем в дальнем углу салона, частично скрытые столиками для маникюра и сушилками, но я всё равно не верю, что этот трюк с «телохранителем» сработает.
— Эм…нет. Вообще-то, я ищу кое-кого.
Вирджиния смеётся, и я слышу, как её каблуки цокают по полу.
— Девушку? Я могу с тобой встречаться, милый.
— Польщён, но нет. Я работаю в журнале «OK», и мне сообщили, что Рэй Роуз, возможно, находится в вашем городке. Вы не видели её? Я готов оплатить информацию.
Я сглатываю, ожидая, что одна из этих женщин укажет на меня нарощенным ногтем. Я упираюсь лбом в спину Ноя, мне нужна опора. Лишь когда моё лицо касается его твёрдой спины, я понимаю, что ему может не нравиться, что я так на него облокачиваюсь.
Я ошибаюсь.
Внезапно я чувствую, как пальцы Ноя осторожно касаются моих. Он сжимает мою руку в своей. Это прикосновение будто проникает в самую душу.