Попаданец в дракона 7
Шрифт:
— Так и есть, — мягко улыбнулся Геррик. — И, хочу заметить, цель всей операции была выполнена. Да, были некоторые сложности, но Аргалор больше никогда не будет проблемой.
— Ценой семи редчайших, больше не производимых убийц-драконов?! — Гарриму стало дурно, и он рухнул обратно в кресло, хватая ртом воздух. — И если бы только это!
Последний крик был столь пронзительным, что заставил поморщиться даже улыбчивого главу разведки.
— Этот проклятый красный монстр сумел утащить с собой на тот свет ещё и одного титанического голема! Вы понимаете, какая это потеря?! Как я должен отчитываться об этой
— Хм, давайте называть вещи своими именами, — вздохнул Геррик. — Да, титанические големы, может, раньше и были способны сталкиваться с титаническими драконами, но тысячелетия не прошли для них даром. Это не говоря уже о том, что у нас нет пилотов, способных управлять этими могущественными машинами по полной. Так что их реальная ценность всего лишь в пару тройку раз превышает цену анти-магических машин…
— Пошёл прочь! — окончательно психанул председатель, вскочив с кресла и указав дрожащим пальцем на дверь. — Будь проклят тот день, когда я решил тебя послушать!
— Всего хорошего, председатель. — не убирая улыбки, поклонился гном и тихо ушёл, оставив положившего голову на стол и накрывшего её руками председателя в одиночестве.
— Разведчики разобрали каждый камень или травинку под полем боя, а маги просеяли воздух, чтобы восстановить картину того, что случилось после моего ухода, — холодная речь Аргозы по видеосвязи воспринималась Асириусом с каким-то отстранённым неверием. — И теперь я вынуждена сообщить эти ужасные новости. Аргалор дорого стоил гномам, но перевес сил был слишком велик. Он погиб до моего возращения.
Кроме Асириуса на видеоконференции были и другие срочно вызванные ключевые люди корпорации, и теперь все они в абсолютном шоке слушали эти новости.
Для многих из них Аргалор представлял собой нерушимый базис, от которого строился весь их остальной мир. Одна лишь мысль, что этого ключевого блока теперь нет, приводила их в панику.
— Этого не может быть, — хрипло заявил отказывающийся принимать реальность Асириус. — Это какая-то ошибка. Наш повелитель не мог так просто погибнуть!
— Он и не сделал, — голос Аргозы был совершенно ледяным. — Я не знаю никого, кто в тех условиях сумел бы так сильно огрызнуться напоследок. Хоть гномы и постарались забрать с собой павших, но даже остатков от их доспехов хватает, чтобы понять их губительные потери. Аргалор был настоящим драконом.
Аргоза дала потерянному Асириусу и остальным проникнуться этой мыслью.
— С этого дня я беру управление корпорацией на себя, — решительно заявила она, игнорируя пораженные и настороженные взгляды остальных участников. — Я продолжу следовать целям и идеалам моего… партнёра. Также, будьте уверены, я заставлю гномов заплатить за смерть Аргалора. Поражение в этой войне будет их меньшей проблемой… — глаза золотой драконицы сузились. — Как и тех, кто предал Аргалора, прячась за его спиной…
В этот момент один из плывущих над Стальбургом линкоров неторопливо повернулся и нацелил главное орудие точно на поместье Асириуса. Вспышка и толстый луч энергии, миновав на мгновение выключившийся щит,
вонзился прямо в крышу дома, разорвав сразу все четыре этажа с подвалом на куски. Высокий черный гриб взрыва поднялся над полностью уничтоженным поместьем.Голограмма Асириуса дрогнула и схлопнулась, сидевшие же в Стальбурге главные прислужники, услышав гром взрыва, в шоке бросились к окнам.
— Что?! Было совершено покушение на Асириуса?! — в гневе закричал Мориц на доложившего ему солдата.
— Это она! — внезапно Тарет Варбелт вскочил и указал своим коротким пальцем прямо на сузившую холодные глаза Аргозу. — Она хочет захватить корпорацию и теперь убивает всех, кто имел отношение к Аргалору!
Если раньше была просто неразбериха, то теперь наступил полный хаос.
Глава 10
— Убийца! — шокированные выкрики собравшихся зазвенели в зале, пока они в ужасе смотрели на холодно сверлящую тяжелым взглядом Тарета Аргозу.
Одна за другой голограммы собеседников выключались, когда их владельцы в спешке покидали коммуникационные комнаты и спешили в куда более безопасные места.
В ту же секунду по всему Стальбургу разбежались сотни гонцов, а за его пределами многие тысячи. Все они несли одну и ту же шокирующую весть — Аргалор, Убийца Бароса, был убит, а его правая рука оказался уничтоженным в ходе стремительного и безжалостного дворцового переворота.
Однако если самые трусливые главные прислужники побежали спасать свои жизни и зарываться в самые крепкие бомбоубежища, то далеко не все были столь же слабовольны.
— Аргоза, как это понимать?! — Мориц медленно встал, и его горящий яростью взгляд упёрся прямо в пылающие золотом глаза драконицы. Вот только глава вооруженных сил даже не дрогнул, его собственная драконья кровь неистово пылала от гнева. Чёрная стальная громадина усовершенствованного воина Империи отказывалась уступать идеальному чудовищу. — Неужели ты осмелилась это сделать?! Тело нашего повелителя ещё не успело остыть, а ты уже пытаешься захватить его сокровища?! Как мне понимать твои действия?!
— Лишь то, что ты был одним из его вернейших прислужников, спасает тебя от немедленной смерти по моему возвращению, — чистое высокомерие в тоне Аргозы было далеко не тем, что легко могли повторить смертные. Прямо сейчас здесь не было той едкой, но всё ещё любящей пошутить Аргозы, а была могущественная золотая драконица, для которой мир делился лишь на то, что полезно ей и бесполезно. — Также не смей в моём присутствии говорить подобную чушь об Аргалоре. Вы не знаете, кем был для меня Аргалор…
Аргоза сделала еле заметную паузу, словно боролась с эмоциями, но её суть дракона немедленно справилась с этой вспышкой слабости.
— Уже то, что я тебе это говорю, прислужник, великая честь, но я не убивала Асириуса. Поэтому отведи от меня свой гнев, воин, и направь его на того, кто замышляет в тени. Уверена, ты уже знаешь, о ком я говорю.
Все собравшиеся проследили за взглядом Аргозы и уперлись в дёрнувшегося от этого Тарета Варбелта.
Голограммы Миваля и Моргенса ничего не говорили и лишь в гнетущем молчании сверлили глазами всю эту тошнотворную сцену. Предательство, жадность и кровь — сколько раз в истории эта сцена повторялась с небольшими изменениями?