Чтение онлайн

Четыре дня без таблеток. Волна гордости пробежала по моему позвоночнику. Худшее было позади. Так и должно быть.

— Когда Лили вернется?

Женщина безмолвно посмотрела на меня, продолжив подбрасывать дрова в огонь, а потом ответила:

— Сегодня вечером. Ты голоден? — я обдумал ее вопрос, поняв, что на самом деле так и было.

— Думаю, что мог бы поесть. Может быть, мне следует это сделать. Может быть, это было бы хорошо.

Она протянула мне полотенце и отвернулась, но, казалось, не была смущена этой ситуацией. Я медленно встал, прикрывшись полотенцем, и осторожно вышел из ванны на выцветший восточный ковер на полу. Я обернул полотенце вокруг талии.

— Как Вы затащили меня в эту ванну?

—

Я кивнул и направился туда. Мне казалось, что мои ноги весили по десять тонн каждая. Мне потребовалась вся моя энергия, чтобы натянуть одежду. Женщина привела меня в гостиную, и, склонившись над кофейным столиком перед маленьким диваном, я съел что-то вроде овощного рагу с картофелем и густым наваристым бульоном. Это было восхитительно, и я бы съел еще, если бы у меня были силы. Потом выпил два стакана воды и уже едва мог держать глаза открытыми.

Женщина помогла мне вернуться в маленькую спальню, где я переодевался, и на этот раз я воспользовался моментом, чтобы осмотреться. В углу стояла двуспальная кровать, а у стены — комод. Повсюду были личные безделушки — розовый камень, который был настолько гладким, что казался отполированным; птичье гнездо, с перьями всех цветов и размеров; корзина, полная сосновых шишек; даже маленький зазубренный наконечник стрелы… вещи из леса.

— Это комната Лили, не так ли?

Когда я проходил мимо нее, женщина кивнула и наклонила голову в сторону кровати, предложив мне лечь. Я не собирался спорить.

Просто посплю немного и проснусь, когда вернется Лили.

— Спасибо, — пробормотал я, даже не обернувшись. — Спасибо, что помогли мне.

Женщина не ответила. Я услышал только щелчок закрываемой двери. Быстро разделся и забрался в постель. Подушка пахла Лили. Я сразу же заснул и пришел в себя только на мгновение, когда услышал приглушенный спор по другую сторону двери. Я мог разобрать только слова Лили.

«Ты этого не знаешь. Ты не знаешь, если только… должен быть способ.»

Тихий плач.

«Я могу быть. Я могу быть тем, что ему нужно.»

Снова рыдания.

Лили.

Я попытался полностью вырваться из сна, подтянуться к ней, но не смог.

Мне снился Райан. Он пришел ко мне сквозь туман, заговорил со мной, рассказал мне свою историю, потому что я забыл.

О Боже, я совсем забыл.

Нет, я не забыл. Просто не хотел этого слышать. Я закрылся от этого, бросил его. Бросил себя. Да, я отказался от самого себя. Потому что думал, что заслужил это.

Мой лучший друг протянул мне руку, и я ахнул, изображение становилось все яснее и яснее по мере того, как он приближался. Мне хотелось отвернуться от стыда и всепоглощающего чувства… страха. Я был потерян, одинок. Но он улыбался и выглядел… счастливым.

— Прости меня, — у меня перехватило дыхание от эмоций.

— Здесь нечего прощать. Это была не твоя вина. Ничто из этого не было твоей виной, — сказал он. — Я сделал то, что должен был сделать в этой жизни. Пришло время отпустить меня сейчас.

— Нет, нет, нет, нет.

Я проснулся со слезами на лице и теплыми руками, обнимавшими меня.

— Ш-ш-ш, — промурлыкала она. — Я здесь. Я прямо здесь.

— Лили, — выдавил я, зарывшись лицом в ее грудь. — О Боже, Лили. — Она обнимала меня, когда я плакал, обнимала, когда все это возвращалось. Лили была моей силой, когда правда тянула меня ко дну. Когда последние рыдания сотрясли мое тело, я откинул голову назад и посмотрел в ее милое, нежное лицо. Она отбросила волосы с моего лба и нежно поцеловала меня в щеки. В выражении ее лица было так много понимания. — Ты знаешь обо мне? Ты знаешь? — спросил я.

Она медленно кивнула и снова поцеловала

— Да, милый.

Я пытался прочитать выражение ее лица, пытался понять, что она чувствовала ко мне теперь, когда узнала. Не знаю, что я чувствовал к себе теперь, когда вспомнил.

— Это потрясло меня, Лили. Потерять его, это, — я сделал глубокий судорожный вдох, — это разбило меня вдребезги.

— Я знаю, Бойскаут, я знаю.

И это прозвучало так, как будто она и правда знала.

— Он был моей половиной.

Она покачала головой.

— Нет, он был твоим лучшим другом. Ты цельный человек. И не являешься ничьей половиной.

Ее лицо было таким прекрасным, таким печальным, таким полным сострадания. Всего этого было слишком много, слишком. Я поморщился от боли в голове.

— Нет, я не цельный человек. Может быть, ты даже не знаешь меня. Ты так не чувствуешь? Ты должна.

— Нет, — сказала она мягко, а затем с большей силой, — нет. Я знаю, что твоя сверхспособность — летать. — Она улыбнулась. — И я знаю, что ты любишь футбол, «Звездные войны» и старую джазовую музыку. — Она пальцами скользнула по моей щеке, и я наклонился к ее прикосновению. — Я знаю, что ты любишь комиксы, музеи, фейерверки и путешествия. Если бы я готовила для тебя, то испекла бы блинчики, даже в полночь, а потом повела бы тебя в кино в пустой кинотеатр во вторник, в метель. А потом, — ее голос стал еще тише, — мы бы вернулись домой, и ты занимался бы со мной любовью так нежно, что мне захотелось бы плакать и петь одновременно. Я знаю, что ты добрый и хороший и, что любишь людей всем своим сердцем и разумом. Я знаю, что когда ты полюбишь кого-то, то будешь любить его вечно. Ведь это правда, Бойскаут? — ее пальцы нашли шрамы на моей спине и легко, с любовью провели по ним.

— Да, — выдохнул я. — Да, Лили.

Это единственное, что было во мне в тот момент. Только она. Только то, как сильно я ее любил.

Под одеялом рука Лили блуждала по моему бедру, мягко царапав кожу. Я вздрогнул и напрягся. Ее запах и мягкость были повсюду вокруг меня, и я так отчаянно нуждался в ней. Мне нужно было, чтобы она напомнила мне, что я настоящий.

— Лили, — снова прошептал я, мои собственные руки теперь блуждали по ее телу. На ней было только нижнее белье, и она быстро сняла его, затем помогла мне снять боксеры. Мое покрытое синяками тело болело, но мне было все равно. Ее губы нашли мои, и я вздохнул, попробовав ее вкус, насладившись комфортом ее рта на моем, ее языка, переплетенного с моим. Тихо застонав, она обхватила меня рукой и несколько раз погладила, пока я не начал пульсировать. Она приподняла бедра и направила меня внутрь себя под одеялом. Я застонал от мягкого, влажного прикосновения ее плоти к моей.

— О, — простонал я. — О Боже. — Лили тоже застонала, когда наши губы встретились. Это было облегчение. Это был рай. Тепло одеяла, безопасное убежище, мое тело соединенное с телом Лили, пока мы двигались вместе в стремлении найти утешение в телах друг друга.

Через несколько минут мы кончили, вцепившись друг в друга и крича как можно тише. Продолжали целоваться в течение долгих минут, пока возвращались на землю, Лили мягко улыбалась мне в губы. Мне снова захотелось заснуть. Занятия любовью с Лили отняли у меня последние остатки энергии. Несмотря на улыбку, по ее щеке скатилась слеза.

— Ты же знаешь, что я тебе больше не нужна, верно?

Что-то вроде паники пронеслось по мне и заставило оцепенеть.

— Нет, нет, ты всегда будешь нужна мне. Всегда. Я всегда буду любить тебя.

Почему это прозвучало так, как будто она прощалась?

Я изо всех сил пытался думать. Но я все еще был такой уставший… Такой очень, очень уставший. Все еще чувствовал себя так, словно мне на голову опустился десятитонный валун. Думать было больно.

Выражение ее лица было печальным.