Полосатый отпуск
Шрифт:
Присаживаться? Куда, интересно? Документами было завалено все: стол, стулья, несгораемый шкаф в углу, подоконник и даже пол. Прошиты и пронумерованы? Какое там! Разрозненные бумажки. Из окна тянуло сквозняком, ветер лениво ворошил протоколы и объяснительные.
– Спасибо, я постою.
Гоблин дописал, поставил вниз закорючку и отложил лист.
– Что вам?.. – проскрипел он, поднял глаза и запнулся. – Потерпевшая, значит?
На морщинистой физиономии гоблина промелькнуло злорадство. Женоненавистник, что ли? Или узнал?
Я по привычке вытянулась во фрунт и сжато изложила обстоятельства
И я понемногу начинала злиться.
Понятное дело, запрещать инкубам соблазнять девиц - это как запрещать траве расти, a солнцу светить. Природа у них такая, ничего не попишешь. Но вот "продавливать" жертв нельзя, максимум слегка усилить имеющийся интерес. Другой вопрос, что инкубов редко удавалоcь прихватить за... то есть поймать на горячем. Жертвы до последнего не желали обращаться в полицию. Страшно и стыдно.
– ?отова пройти магическое освидетельствование, - закончила я свой, кхм, доклад.
?облин встрепенулся и махнул когтистой лапой.
– Да ну, глупости. Можете идти, домовой.
Значит,точно узнал - я назвала только свои имя и фамилию.
– Я настаиваю на проведении экспертизы.
Он цыкнул пожелтевшим зубом.
– Настаиваете? Идите-ка вы отсюда, гражданочка Стравински. Пока я не стал разбираться, как это вы не поддались внушению, а? Может, вы привираете?
– Зачем? – поинтересовалась я, стараясь не выдать злости.
Гоблин совсем уж скабрезно ухмыльнулся.
– Откуда же мне знать? Может, мстите бедному инкубу за какую обиду? Вдруг он на ваши, хе-хе, чувства не ответил?
Идея была настолько дурацкой, что я даже с ответoм не нашлась.
Гоблин, почуяв слабину, принялся давить:
– Так, говорите, внушению не поддались? Откуда у вас, гражданочка,такая, хе-хе, моральная устойчивость? Алхимией балуетесь или запрещенные препараты принимаете?
За "моральную устойчивость" мне следовало благодарить удачное происхождение : драконы внушению неподвластны. А у меня, как ни крути, драконьей крови половина, пусть и дефектная. Кстати, бабулю особенно бесило, что мама связалась с отцом Розочки по доброй воле, даже на магию ?е свалишь.
– Послушайте, – сказала я спокойно.
– Я-то скоро уеду, а вам потом разбираться с распoясавшимся инкубом.
– Не волнуйтесь, – ощерился он.
– Без сопливых разберемся!
– Слушайте, ну чего вы на меня взъелись?
– спросила я устало. – Я ничего не нарушаю, в ваши дела не лезу. Всего лишь решила помочь коллегам.
Гоблин отшвырнул ручку и подался вперед.
– А потому что ты своих сдала! Кусок славы урвала , да? Довольна?
Я прямо встретила его взгляд.
– ?ни мне не свои. Они преступники.
– Чистенькая, значит?
– скривился он. — Ну-ну. Мы тут таких не любим.
– Я заметила. Так что, дадите направление на экспертизу? Или мне к вашему начальству идти?
Надеюсь, не все тут такие. В крайнем случае, прокуратура есть...
Будь я и впрямь рядовой гражданкой, ей-ей, плюнула бы и забрала заявление. Мне-то повезло, обошлось
без потерь и даже особых моральных терзаний. А другие жертвы?С минуту гоблин буравил меня ненавидящим взглядом, потом цапнул ручку и зло, местами прорывая бумагу, что-то накарябал.
– На!
"Подавись".
***
На крыльцо РОВД я выползла часа три спустя, голодная и злая, как упырь после зимней спячки. Жалела ли я, что заупрямилась и настояла? Да ничуть! ?сли я о чем и ?алела, то, во-первых, что бросила-таки курить, а во-вторых, что не прихватила в отпуcк табельное. Хотя последнее, пожалуй, к лучшему. Иначе точно бы не удержалась.
Я посмотрела на свои мелко дрожащие пальцы и стиснула кулаки. Тьфу. Можно подумать, первый козел в моей жизни.
Нервы cледовало поберечь. А что лучше всего успокаивает? Правильно, сало! Да с чесночком, да с перчиком, да с мясной прорезью... Килограмм на нос - и нервы, как канаты.
Увы, в кафе и магазинах такого не продают, придется идти на рынок. Заодно и кукурузы куплю, сварю и наемся от пуза. Пока загляну в чебуречную на углу, заморю червячка...
Чебуреки оказались выше всяких похвал. Правда, я чуть не облилась горячим мясным соком, но это уже издержки. Зато в желудке стало тепло и приятно, а мысли прояснились. Чего я завелась, спрашивается? Давно по инстанциям не ходила? Так в любой поликлинике или библиотеке еще похуже будет. Будем считать тренировкой, как стрельбы в тире.
Рынок особо искать не пришлось. Это вам не райотдел, дорогу до базара любая собака подскажет.
Давно перевалило за полдень, так что торговля шла на убыль. Самые бойкие торговцы уже распродали свой товар, зато остальные зазывали припозднившихся покупателей и с готовностью снижали цены.
Я обошла почти все ряды, пока наконец увидела Его - сало своей мечты.
– Сколько? – делано равнодушно пoинтересовалась я у торговки, лениво обмахивающей товар лавровым веником. Мухи недовольно жужжали, нo возвращались, норовя вновь приникнуть к посыпанному крупной солью боку. Как я их понимала! Меня от такой прелести тоже на аркане не оттащишь.
Торговка приободрилаcь - и цену заломила от души.
– Сколько-сколько? – ужаснулась я, картинно хватаясь за сердце. – Да это что, любимая свинка императора?
Может, в другой раз я бы и заплатила, не торгуясь. Но доступ к семейным капиталам стараниями бабули для меня теперь закрыт, а зарплаты в полиции не сказать, чтоб велики.
– Да шо б ты понимала в хорошем сале!
– оскорбилась торговка.
– Ты токо глянь! Толстенькое, с прорезью, с мясцом сверху - нектар, а не сало! Сама б ела.
– В июне?
– усомнилась я.
– Добрые хозяева в такую пору хороших свиней не режут. Может, он у вас вообще сам сдох? От санэпиднадзора сертификат имеется?
– А то как же!
– приосанилась она, от избытка чувств так хлестнув веником, что мухи предпочли искать пропитания где-нибудь подальше.
И закипел торг...
Я пробиралась к выходу. Авоську оттягивали пoлтора десятка отборных кукурузных початков и два кило сала. Цену я в итоге сбила до вполне умеренной - полугномка я или нет?
– а запас карман не тянет. Надо бы ещё "Бородинского" хлеба купить. И ка-а-а-ак наемся! Я даже прижмурилась на ходу, предвкушая.