Чтение онлайн

— Женя, спать иди, — в его комнату заглянула мама, вытирая руки о передник. Женщина всю ночь собиралась готовить пирожки в качестве сухого пайка для приезжающих на Марш Миллионов активистов.

Парень поражался своей матери, которая после президентских выборов стала полностью поддерживать сына и его активную гражданскую позицию. Конечно, его родители не ходили на митинги, они так и остались сторонниками «кухонной политики» [93] , но и отец, и мать провели серьезную работу по информированию своих друзей, знакомых и коллег о том, чем и почему занимаются их дети и другая молодежь. Самое главное для Жени было то, что родители не мешали ему в его занятиях, не считали его съехавшим

«с катушек» преступником, выражая ему всяческую, иногда просто молчаливую поддержку. Для граждански активного молодого человека это, порой, было важнее любой другой помощи, которую он мог бы получить.

— А если никто не доедет? — нахмурился Женя, смотря на женщину, стоявшую на пороге его спальни. — Их задержат и все.

— Всех не задержат, — покачала головой мама, возвращаясь обратно на кухню.

Действующая власть никогда официально не заявляла о том, что активистам из других городов, желающим принять участие в Марше Миллионов, чинились какие-либо препятствия. «Десант» мог быть задержан для рядовой проверки транспортного средства, в рамках проведения государственных мероприятий по безопасности или для проверки документов.

Доказательств незаконного ограничения свободы передвижения активистов полицией у протестующих, которые подверглись задержаниям, нет. Однако большинство, как один, отмечали слишком медленную работу полиции при проведении этих мероприятий, многочисленные «консультации» рядовых работников ГИБДД с вышестоящим начальством по любым, даже самым незначительным вопросам, а так же другие признаки того, что стражи правопорядка желали как можно больше отсрочить прибытие активистов в Москву.

Судьбу народов определяют университеты, а не парламенты, партии или президенты.

(с) Александр Костенко

Леся, прислонившись к капоту автобуса, который, очевидно, даже не собирался никуда уезжать, в шоке смотрела на экран мобильного телефона. Аппарат ей не принадлежал, она фактически вырвала его из рук одного из своих знакомых, когда увидела то, что высветилось в его новостной «ленте» социальной сети «ВКонтакте».

— Оппозиционер Илья Яшин, находящийся в Москве, заявил, что активисты Петербурга, которых полиция не выпускает из города, готовятся… — тихо прочитала Леся. — ПЕРЕКРЫТЬ ЛЕНИНГРАДСКОЕ ШОССЕ?! [94] Я что-то пропустила?

Молодая женщина, совершенно точно не слышавшая ничего о том, что ее «десант» перекрывает Ленинградку [95] , начала оглядываться в панике. Что за «медвежья услуга» со стороны москвичей? Не хватало еще, чтобы полиция поверила этим угрозам и задержала их, просто чтобы перестраховаться.

— Что мы перекрываем? — спросила Леся, на всякий случай, у первого активиста, попавшегося ей на глаза возле автобуса.

— Понятия не имею, — ответил тот. — Но Яшин прав, еще немного, и, как минимум, я один начну терять терпение.

С этими словами, парень строго посмотрел

в сторону полицейских машин, перекрывавших автобусам выезд с парковочной площадки.

Петербуржские участники митинга «Марш Миллионов» не перекрыли Ленинградский проспект. По их собственным заверениям, они даже не собирались предпринимать каких-либо противозаконных действий для того, чтобы прорываться в Москву. Между тем, некоторые до сих пор считают, что сообщение Яшина об их намерениях блокировать трассу, сыграло решающую роль в решении полиции разрешить активистам, наконец, начать движение на рейсовых автобусах.

Не желая, якобы, провоцировать перекрытие Ленинградки, оперативники предпочли позволить «десанту из Петербурга» покинуть черту города. Доказательств в подтверждение этого факта, естественно, ни у кого нет, однако, около полуночи, 5-го мая 2012-го года несколько автобусов все-таки выехали в сторону столицы.

Прав был Николай Васильевич Гоголь: не каждая птица долетит

до середины Днепра — не каждая Юля получит семь лет тюрьмы.

(с) Владимир Черницын

Егор, в окружении троих своих друзей, таких же, как он, футбольных фанатов, дожидался хоть какого-нибудь транспорта. Парень не рассчитывал на то, что их подберет и довезет до Москвы какой-нибудь автомобилист: слишком уж угрожающе выглядела их компания бритоголовых, крепко сложенных молодых мужчин. Егор приготовился к тому, что придется ждать прихода электрички или рейсового автобуса, а это могло занять несколько часов.

— Мужики… — откашлялся Егор, ежась от ночной прохлады. — Давайте, может, в марше этом поучаствуем? Хорошее ведь дело.

— Так мы там и нужны, — протянул один из его товарищей. — Все же наше дело — футбол. По всей стране русских ребят, ведущих активный образ жизни и ставящих на место зарвавшихся «чурок», пристающих к девушкам, называют чуть ли не неонацистами… — он поморщился. — Рядом с нами там никто и стоять не захочет.

— Неправ ты, — покачал головой Егор. — Оппозиция, говорят, не дружит между собой, потому что разнится в своих представлениях о том, как страной рулить. Но они еще не только не рулят, они даже близко не стоят, я думаю, у здания правительства. Поэтому, все равны.

— Я тебя, Егорыч, понимаю… — подал голос другой из его друзей, подышав на холодные пальцы. — Ты перед этими ребятами, конкретно, виноват за фальсификации свои, — при этих словах, сам Егор передернулся. — Но мы-то тут причем? Мы даже на выборы сходили 2 месяца назад, а тут «Марш Миллионов» какой-то…

— Как хотите, — отмахнулся от них парень, вытаскивая сигареты. — Со всей страны народ едет, а вы — не при делах.

Егор отошел от своей компании, гонимый обидой, а так же совсем не политическим желанием облегчить мочевой пузырь. На просторах Подмосковья места, подходящие для такого важного дела, казалось, были везде.

Вокруг было тихо и пустынно, поэтому парень, справив естественную нужду, сразу услышал отдаленные голоса. Там же виднелись красные отблески, напоминавшие полицейские мигалки. Егор направился в сторону, не желая столкнуться с «полицаями» нос к носу. Документов у молодого человека с собой не было, а вот приводов в участок имелось предостаточно.

— Да! Да… Да!!! — донесся до его ушей грубоватый мужской бас. — Знаю, что проверка! Нет оснований! Я говорю, нет их! — рявкнул мужчина.

Парень, быстро подобравшись к месту, откуда доносился разговор, увидел, как на шоссе стоят рейсовый автобус, вокруг которого сновали беспокойные, усталые тени. Транспортное средство, явно, только что остановили, да еще и не в первый раз. Молодые люди, которые и были похожи на привидения, переговаривались между собой о том, сколько полиция продержит их в этом захолустье.