Чтение онлайн

— Прости, дорогая, но все кончено, — сказал Конор и сократил расстояние между нами, выводя меня из комнаты и ведя по коридору. В доме было тихо, он казался пустым. Я заглянула в свой кабинет, когда мы проходили мимо, все, кроме тяжелой мебели, исчезло.

Я спустилась по лестнице, а Конор направился к двери. Он открыл ее, и я обернулась, когда мое внимание привлекло движение. Киллиан стоял наверху лестницы, глядя на меня сверху вниз. Он ничего не сказал. Я хотела подбежать к нему, заставить его поговорить со мной, заставить его поверить мне, но выражение его лица говорило мне, что он не собирается слушать.

Мои ноги

дрожали, а сердце разрывалось, но я заставила себя отвернуться…

Рядом со мной прогремел гром, из плеча Конора брызнула кровь, попав мне в лицо. Я закричала и развернулась. Шеймус стоял в пижаме, пистолет в его дрожащей руке был направлен на Киллиана.

— Нет! — Я, не раздумывая, бросилась на Шеймуса, столкнувшись с ним, когда вокруг меня прогремело еще больше выстрелов. Мы упали на землю. У меня зазвенело в ушах, бедро и рука пульсировали от удара о кафельный пол. Шеймус был совершенно неподвижен подо мной. Я отпрянула назад, и моя рука соскользнула. Кровь, ее так много.

Он был мертв, убит выстрелом в голову.

Я обернулась, чтобы убедиться, что с Киллианом все в порядке. Он направлялся к нам, когда вбежали Дэнни и несколько его людей.

— Ты ранена? — Рявкнул Киллиан.

Я оглядела себя. Я была вся в крови, но это была не моя кровь.

— Нет.

Его челюсть была чертовски плотно сжата.

— Отвези Конора в больницу. — Он повернулся к Дэнни. — И приведи Софию в порядок и убирайся отсюда.

Что?

— Нет. Киллиан…

— Ты не можешь быть здесь, — сказал он сквозь стиснутые зубы, его пристальный взгляд вернулся к Дэнни. — Уведи ее отсюда, сейчас же.

Дэнни схватил меня за руку и потащил из комнаты. Мы вышли к бассейну, и он провел меня в маленькую ванную комнату. Затем приказал одному из парней принести мне смену одежды из моих сумок, прежде чем еще раз слегка подтолкнуть меня в сторону ванной. Он повернулся ко мне спиной, но не ушел.

Я стащила с себя пропитанную кровью одежду и оцепенело залезла в душ. Я ничего этого не помнила. Я вытерлась и взяла одежду, которую Дэнни разложил на стойке. Никакого нижнего белья, только брюки, которые я надевала всего один раз на похороны, и пижамную рубашку. Я натянула их, отжала волосы, насколько смогла, и позволила Дэнни провести меня вокруг дома.

Сейчас Киллиана нигде не было видно, но, думаю, ему нужно было разобраться с телом. Он только что застрелил своего отца.

— Отведи меня к Киллиану, — сказала я Дэнни.

Он покачал головой.

— Он хочет, чтобы ты убралась с территории.

— Когда я смогу вернуться? — Спросила я, когда он открыл мне дверь.

— Ты не можешь, Софи. Мне жаль, — сказал он с тем же выражением жалости на лице, что и у Конора.

— Ты собираешься убить меня сейчас?

— Ты собираешься кому-нибудь рассказать, что произошло?

— Нет. — Я не хотела думать об этом, у меня не было ни малейшего шанса кому-либо рассказать об этом.

— Тогда нет, — сказал он.

На самом деле я не боялась за свою жизнь. Киллиан, может, и выгонял меня, но он никогда и никому не позволил бы причинить мне боль.

— Ты дашь мне знать, как чувствует себя Конор?

— Да, — сказал он и закрыл за мной дверь. Он сел и повернулся ко мне. — Тебе есть куда пойти?

Я не собиралась домой. Мой отец был для меня мертв.

— Нет.

— А как насчет твоей подруги — шумной, кокетливой?

Вариант

с Фионой был возможен, но если бы она увидела меня сейчас, я бы развалилась на части. Я быстро поискала в телефоне и нашла поблизости Airbnb, который был доступен через пару недель. Я забронировала его.

— Просто отвези меня в отель, подойдет любой, я договорилась на завтра. Я пришлю тебе адрес, и ты сможешь заказать доставку моих вещей завтра, если ты не против?

Дэнни кивнул, завел машину, и мы уехали.

Это было тяжело, но мне удалось сдержать свои эмоции, когда я прощалась, уходила и заселялась в свой номер на ночь. Я поднялась на лифте на пятый этаж, нашла свою комнату и закрыла дверь, но даже тогда я не позволила боли и страху захлестнуть меня. Потому что, несмотря на то, что произошло, или на то, что сказал Дэнни, или на то, что Киллиан отослал меня, это не было окончено — мы с Киллианом не закончили.

Я могу быть такой же упрямой, как и он.

Глава Двадцать шестая

Киллиан

— Она вернулась, — сказал Конор, скривив губы. Я вышел на балкон и посмотрел на главные ворота.

— Чего она хочет? — Спросил я, в груди у меня так чертовски сдавило, что я едва мог дышать.

Конор усмехнулся позади меня.

— Поговорить с тобой.

Я потер лоб, за глазами нарастала головная боль. Зачем она это делала? Черт возьми, это была пытка. Из-за меня ее чуть не застрелили, когда она была здесь в последний раз. Наблюдая, как Дэнни уводит ее, покрытую кровью Шеймуса.

— Господи, долгие секунды я думал, что это ее кровь, — я вцепился в перила. Мое гребаное сердце остановилось у меня в груди.

Мы нашли Салли, и она была вне себя от ужаса, рассказывая правду о том, что на самом деле произошло той ночью. Шеймус использовал ее в качестве посредника при заключении сделок с Бреннаном и Паоло. Это она открыла ворота и впустила его, а не София. Она сказала, что София не знала, что Паоло будет там, что она испугалась, когда увидела его, и он силой усадил ее в машину. София ничего не знала о планах отца в отношении нее. Они тешили эго Шеймуса, использовали его, чтобы добраться до меня, проникнуть в мой дом, но они не собирались оставлять его в живых.

Теперь я понял, что, когда я внес Софию в свой дом после того, как в нас стреляли, и обнаружил стоящую там Салли, потрясение на ее лице было вызвано не стрельбой, а тем, что я все еще жив.

Я подвел Софию всеми возможными способами. Она сказала, что любит меня, но, тем не менее, мысль о том, что она действительно может так себя чувствовать, что она может по-настоящему хотеть меня, быть влюбленной в меня, монстра О'Рурка, была такой чертовски… чуждой, казалась настолько по-настоящему невозможной, что поверить, что она предала меня, было более логичным выбором.

Но она этого не сделала. Она не предавала меня. Я потер ноющую боль в центре груди.

София подняла руку, прикрывая глаза от солнца, и заметила меня, стоящего здесь. Что она хотела мне сказать? Она должна бояться. Я обвинил ее в предательстве, запер ее, назвал шлюхой, а потом трахнул. Потом ее чуть не застрелили, и я вышвырнул ее из своего дома, как пустое место.

И все же она появляется третий день подряд, требуя поговорить со мной. Разве она не знала, что я пытался защитить ее? От насилия этого мира, от меня.