Пока светит солнце
Шрифт:
«МГ-34» мало похож на кисть художника. Но, в отличие от неё, обладает важным свойством – его вмешательство в окружающую действительность игнорировать невозможно. И трудно не заметить.
Первая же очередь, как метла с праздничного стола, смахнула группу немцев, присевших в небольшой ямке, прямо под склоном холма. И сидели они там не просто так, они миномет наводили. И даже выстрелить успели несколько раз. Этим всё и закончилось. Дистанция была короткая (метров восемьдесят), укрытий у фрицев не имелось… так что судьба их ждала незавидная.
Вторыми под раздачу попали пулеметчики противника – им тоже прилетело быстро и основательно. Так что пулемет, поддерживающий немцев, тотчас поперхнулся и замолчал. А дальше – началось…
Рядом вопил что-то Мусабаев. От волнения он начал коверкать
Приноровившись, Алексей стал выбивать даже одиночные фигурки, все группы были уже рассеяны.
Нельзя сказать, что немцы не вели ответного огня. Вели, но вредная парочка постоянно смещалась туда-сюда по гребню, сбивая стрелкам прицел, и не давая тем, как следует, пристреляться. Да и минометов у фашистов больше не имелось. А ружейно-пулеметным огнем (теперь, впрочем – только ружейным) сбить вражеский пулемет, стреляя снизу вверх… задачка не для слабонервных. Словом, попытка не удалась.
Когда же, отчаявшаяся кучка удальцов, собравшись в единый кулак и паля одновременно изо всех стволов, попыталась атаковать склон, о себе напомнил наш броневик. Удачным разрывом снаряда удалось повалить сразу человека три!
Получив настолько увесистую плюху, фрицы разом потеряли энтузиазм и больше на такие попытки не отваживались. Тем более что броневик и сам вылез наверх и пошел вдоль кромки оврага. Повернув башню, он открыл просто-таки ураганный огонь из всего, что могло стрелять. А следом повылазила и пехота. Эти стреляли не так часто, зато целились более тщательно. Любые же попытки противника хоть как-то организоваться, немедленно пресекал пулеметный огонь с вершины холма. Ножницы…
Надолго немцев не хватило. Потеряв ещё с десяток солдат, они стали бросать оружие и тянуть вверх руки. Покислело им, так на что ж вы, господа хорошие, надеялись?
– Документы ваши, товарищ капитан, – усталый, с закопченным лицом (из пулемета стрелял?), майор протянул руку. – Все остальное мне более-менее ясно.
– Вот, товарищ майор, удостоверение личности и предписание, – протянул свои бумаги Алексей. – Мусабаев, давай, что там у тебя есть…
– Не надо, товарищ капитан, – отмахнулся майор. – Мне и ваших бумаг – вполне достаточно. Так… Ракутин Алексей Александрович, ВРИО заместителя начальника погранотряда… ага, из ГУГБ?
– Так точно, товарищ майор!
– Опыт проведения противодиверсионных мероприятий имеете?
– Скорее уж – наоборот, товарищ майор. Испания, Финляндия – там всё больше по вражеским тылам работать приходилось.
– Ладно, хрен редьки не слаще. Майор Фролов! – протянул он руку капитану. – Пойдемте, вас хочет видеть начальник оперативного отдела штаба армии. Ефрейтор ваш, пускай пока здесь посидит.
Полковника они отыскали в глубине овражка, ему как раз заканчивали перевязывать голову. Увидев подходивших командиров, молоденькая девушка-санинструктор сделала умоляющие глаза, призывая их обождать хоть пару минут. Но полковник уже и сам их заметил. Не вставая, он только скосил глаза на санинструктора, словно объясняя подошедшим создавшееся положение. Майор кивнул, и оба командира остановились метрах в пяти от полковника.
Девушка, быстро закончив перевязку, благодарно стрельнула глазами в их сторону и, подхватив свою сумку, убежала куда-то в сторону. Надо полагать, работы у неё хватало.
– Что там у нас, Виктор Федорович? – спросил полковник, вертя в руках фуражку. На забинтованную голову она уже не налезала.
– Капитан Ракутин Алексей Александрович, направлен из Москвы, из ГУГБ НКВД, на должность исполняющего обязанности заместителя начальника погранотряда, – протянул ему бумаги Алексея Фролов. – К месту назначения не добрался, самолет был подбит и произвел аварийную посадку. После чего, самолет был атакован немцами и захвачен. Капитан, вместе с подоспевшей подмогой, вступил с ними
в бой, и сумел нанести фашистам серьезный урон. Подбили танк, уничтожили артиллерийское орудие и броневик. До взвода пехоты. Броневик был подорван лично товарищем Ракутиным. Но подоспевшие на помощь «БТ-7» и «Т-34» были подбиты, пехота рассеяна, после чего он отошел. Имевшимися силами продолжать бой с противником при наличии у того танков было трудно. Поэтому с водителем одного из подбитых танков, ефрейтором Мусабаевым, капитан направлялся на соединение с основными силами. Услышали перестрелку – и сюда. Трофейный пулемет у них был… Остальное – вы и сами видели.– Танки! – зло сплюнул полковник. – Опять танки! Даже и на парашютах их сбрасывают – слыхал ли кто-нибудь такое? А есть ведь даже и очевидцы! Ладно… Где сейчас ваш погранотряд, капитан, я и предположить даже не могу.
– А что случилось, товарищ полковник? – спросил Алексей. – Провокация? Или, всё-таки, война?
– Война, мать её…
– Значит, началась…
– Началась, капитан! Принимай это, как должное! Так что командировка твоя – отменяется! Как старший командир, ставлю новую задачу!
– Есть, товарищ полковник! – вытянулся Ракутин.
– А задача у тебя, капитан, будет следующая. Получишь людей и вооружение, займешь вот этот перекресток – Фролов, карту дай! Ага. Вот тут, видишь?
– Так точно, вижу, товарищ полковник.
– Вот. Зона твоей ответственности… – полковник на секунду задумался и сделал пометки на карте. – До сих пор. Вот от этого моста и до данной отметки – отвечаешь за всё! Основное твое задание – пресекать деятельность немецких диверсантов и парашютистов. Задерживать и направлять в свои части отставших бойцов и мелкие группы. Можешь, при необходимости, переподчинять их себе. Временно, до того, как всё организуется. Задерживать шпионов и распространителей слухов. Таковых судить по законам военного времени! Безжалостно пресекать панику и бардак! Вплоть, до расстрела на месте! Словом, тебе объяснять не нужно, чай и сам не пироги раньше выпекал, разберешься. Майор выпишет соответствующий приказ от имени оперативного отдела штаба армии. Официальный, с печатью всё, как полагается. Так что мешать никто не станет. Отвечать за все будешь лично! Перед штабом Пятой армии! Всех, особо упертых, направляй прямо в Луцк – там им подробно растолкуют, откуда, у кого хвост растет. Да и не рискнет никто с тобою спорить – таких плюх огребёт! Всё понял, капитан?
– Ясно, товарищ полковник. А как же, всё-таки, погранотряд? Там ведь меня тоже ждут?
– Радиостанция у нас есть, так что на эту тему не менжуйся – сообщу я, куда надо, о тебе. И о новом назначении. Не ославят тебя дезертиром, не беспокойся.
Отойдя в сторону, капитан присел на камень. Как всё быстро меняется! Москва, погранотряд, а теперь – что? Выступать в роли коменданта переправы? Впрочем, делать было нечего, недвусмысленный приказ полковника никаких толкований не допускал. Раз надо – значит, надо. У начальника оперативного отдела есть связь, он в курсе происходящего и лучше знает обстановку. Парашютисты… надо же! Нет, в их существование Алексей верил и не сомневался, что уж кто-кто, а немцы такими вещами точно не пренебрегут. Наверняка, уже и выбросили где-то десант, а то – и не один. Работали же они на Крите, да и в Европе отметились. Так и здесь, наверняка, уже где-то бродят. Надо будет хорошенько вспомнить – что там про них известно? Ну, то, что они все парни здоровенные – это первое. По-русски могут говорить. Не все, конечно, но многие могут. Во! У них ещё бельё шелковое бывает! А это – уже зацепка, наши бойцы такого не носят.
– Товарищ капитан?
Он обернулся.
Невысокий кряжистый старшина стоял перед ним. На груди у него висел автомат – ППД. «Ага, старшина роты. Петлицы – обычные пехотные». За спиною у старшины выстроилась шеренга бойцов. На некоторых виднелись свежие повязки – следы прошедшего боя.
– Слушаю вас, товарищ старшина.
– Старшина Хромлюк! Прибыл в ваше распоряжение, по приказу товарища полковника! В строю одиннадцать бойцов. Один станковый пулемет. Имеется один грузовик.
– Здравствуйте старшина, – протянул руку Алексей. – Будем знакомы – капитан Ракутин. Алексей Александрович. Нам с вами теперь вместе воевать.