Поиск Патриарха
Шрифт:
Еда.
Каждому Блуждающему-в-Ночи нужна кровь, и нужна регулярно. Каждую ночь. Не обязательно много, не обязательно самая лучшая — но еженощно и непременно. Без этого ни один из них обойтись не мог.
В последние годы, когда количество вампиров серьёзно увеличилось, стало очевидно, что позволять им всем для удовлетворения личных потребностей в пропитании охотиться самостоятельно по меньшей мере опрометчиво. Рано или поздно — и скорее рано — кто-то оступится, забудется, ошибётся…
И тогда проблемы не заставят себя ждать.
Потому в дополнение к ограниченной массой правил охоте Старейшины и их ставленники в ключевых точках ковенов озаботились иными способами получения
Все банки крови, конечно же, контролировались и охранялись, являясь для немёртвых одними из ключевых объектов в любом городе. А частенько и в его окрестностях — если местность была не самой густонаселённой. И можно утверждать смело: мало что злило вампиров больше, чем посягательство на их личные запасы еды.
… Таким образом, замысел князя представлялся совершенно прозрачным даже Курту, который, как сам себе иногда признавался, редко понимал, чего же в действительности собирался добиться пражский владыка теми или иными действиями. И на что, совершая их, рассчитывал.
Они появились внезапно. Охрана, состоявшая, как и предполагалось, из вампиров, сделать ничего не успела — непосредственно перед атакой здание госпиталя тщательно просканировали, точно выяснив, кто и где находится и чем в данный момент занимается. Привлечь внимание не боялись; двое опытных Мастеров-чтецов ни на йоту не сомневались в своей способности сохранить инкогнито.
И, подтверждая это, сработали совершенно чисто.
Охранников было пятеро. Двое непосредственно перед дверями банка плазмы, двое на входе, а третий совершал обход помещений. Присутствовавший людской медперсонал особо не учитывали.
Так что оставалось позаботиться только о Блуждающих-в-Ночи.
Курт не стал рисковать и, отправляя штурмовую группу, руководствовался соображениями соотношения сил «один к четырём». Он справедливо рассудил, что меньшее число увеличит возможность нежелательных эксцессов, а если послать больше бойцов, то они будут мешать друг другу. Выбранное же количество виделось идеальным.
Он не ошибся.
Операция прошла как по нотам. Ворвавшиеся в здание с двух направлений — через главный вход и аккуратно распылив ближайшую к хранилищу донорской крови наружную стену — воины пражского ковена практически мгновенно нейтрализовали стационарные сторожевые посты, не дав занимавшим их вампирам даже пискнуть. Одновременно начал действовать «Занавес дрёмы», без труда погружая людей в глубокий спокойный сон и, как минимум, серьёзно снижая бдительность последнего оставшегося охранника из числа немёртвых.
Разумеется, госпиталь предварительно окружили мощной «Стеной тишины», не пропускающей наружу Ментальный Резонанс — на это ушли почти все силы обоих резонаторов, — и включили генератор помех, сводящий вероятность использования радиосвязи к нулю.
В результате даже занятый в момент нападения патрулированием вампир всё равно не смог ничего изменить. От него избавились через двадцать три секунды после проникновения в здание. Сопротивление он, когда понял, что дозваться подмоги не сможет, а напарники уже наверняка отправились к праотцам, оказал отчаянное, но подавляющее численное преимущество не позволило ему нанести атакующим хоть какой-нибудь ущерб.
Впрочем, в том не было его вины — фактически, у подвергшихся нападению никаких шансов его отразить не было. Курта
хорошо обучили тактическому планированию боёвых столкновений.Получив доклады групп об успешном выполнении поставленных задач, он распахнул широкий Резонанс, транслируя сообщение всем вампирам в области действия «Стены тишины»:
«Устанавливайте заряды в оговорённых местах — и отходим».
Спустя две минуты сорок восемь секунд они уже отъезжали от здания. Как только то скрылось за поворотом, Курт нажал кнопку взрывателя — теперь полиция не разберёт, что конкретно произошло в госпитале, а донорскую базу там придётся составлять заново.
… в парижском же ковене, напротив, прекрасно поймут, против кого была направлена эта операция. И станет она там далеко не единственным поводом для беспокойства — такие же инциденты, Курт знал, сейчас происходят ещё в шести хранилищах плазмы, расположенных на границе с Испанией.
Не говоря о том, что у князя в запасе имелись сюрпризы и посерьёзнее…
Так сложилось, что для посвящённых вопросам веры собраний принято использовать специально отведённые места. За тысячелетия существования религии люди поднаторели в возведении храмов, где прихожанам удобно слушать послания высших сил, а служителям небожителей удобно эти послания доносить. Даже сторонники возникающих повсюду в последние десятилетия учений — различных во всём, кроме искренней любви к единственному настоящему объекту своего поклонения, денежным знакам как можно более крупного достоинства, — предпочитали отправлять обряды в специальных зданиях.
Разумеется, возведённых и оборудованных с учётом богатого опыта предков — ведь предки плохого не посоветуют. В конце концов, это они придумали деньги.
Данное собрание, однако, оказалось исключением из правил — оно проходило в обычной забегаловке. Нет, с точки зрения владельца, это, конечно же, была никакая не забегаловка, а самый настоящий ночной клуб; но Йозеф подобного оптимизма не разделял. С чтецом, в общем, соглашались неровные обшарпанные стены, потемневший от сигаретного дыма потолок и протёртый в паре мест до бетона линолеум на полу. Мнения грязных столов, несущих на себе многочисленные следы выполненных при помощи ножа упражнений в каллиграфии, и металлических стульев, принимавших, судя по их виду, самое живое участие в каждой приключавшейся потасовке, спрашивать не стали.
Кто-то более брезгливый охарактеризовал бы местечко не иначе как «дыра».
— … Вампирам не нужны храмы, лживые идолы, бесполезные молитвы и жалкие «священные» книжонки. Наши боги с нами! Бессмертные, неуязвимые, способные зажигать и гасить звёзды… они есть, они здесь — любой может их увидеть!!
Оратор расположился на барной стойке. Решение, с точки зрения Йозефа, верное — она, в отличие от прочей обстановки, привлекала взгляд. Дубовая, потемневшая от времени, покрытая тонкой резьбой стойка была здесь царицей — царицей, достойной куда лучших владений. И хотя время не пощадило её, наградив глубокими морщинами царапин и сколов, она по-прежнему оставалась красива.
— Они ведут немёртвых вперёд, они стоят над миром, они — сама суть рода Блуждающих-в-Ночи. Это — правда. Истина!
Патетическая речь сопровождалась обильной жестикуляцией. Оратор взмахивал руками, сжимал в исступлении кулаки, хватался за голову… Ни секунды не мог устоять на месте — метался словно запертый в клетке дикий зверь, крутился волчком, то отворачиваясь от аудитории, то встречая её взоры лицом к лицу. Впрочем, висящее за его спиной зеркало, частично загороженное рядами бутылок спиртного, не давало упустить ни единой детали представления.