Чтение онлайн

Что? Старинная трость, дубовая или из слоновой кости? Ну что вы, у нас таких не бывает — сказала продавщица. Может, у антиквара… Конечно, идите по улице Петрарки до Курзала.

Я прошел вниз по виале делле Терме, полный надежд. Меня заставила остановиться витрина шикарного ювелирного магазина. Целая россыпь золотых часов сверкала в лучах ламп. Меня привлекли разложенные внизу с правой стороны «ролексы», одни из самых красивых стоили 50 миллионов лир. Чуть больше 180 тысяч франков! [77] Почему эти часы меня так привлекали? Было ли это влиянием рекламы — загорелый альпинист снимает шапку на вершине горы и показывает свой «ролекс», сверкающий на солнце, или эти же часы демонстрируют дирижер знаменитого

оркестра, мореплаватель-одиночка или очаровательно улыбающаяся хорошенькая пианистка? Бог ты мой, скоро появится исследователь снов со своим золотым «ролексом» на вершине огромного мозга! Так или иначе, но я нашел часы, которые мне снились… или о которых я мечтал. Я их куплю сегодня же вечером, попозже. Нужно продлить удовольствие от ожидания, как это было в прошлый раз, когда я встретил в Пескерии юных и прекрасных венецианок.

Наконец я добрел до антиквара и сразу же обнаружил обширный выбор старинных тростей. У хозяина была острая бородка с проседью, шрам на щеке и протез на правой ноге — «память о Сталинградской битве в 1942 году» — признался он. Он обрадовался моему визиту, так как в это время года уже мало покупателей, и он собирался перебираться на зиму в Рим.

— Садитесь, садитесь, Dottore, вы правильно делаете, что собираетесь приобрести трость. Она не только поможет вам при ходьбе, она вас еще и защитит. Ведь по вечерам на улицах Венеции становится довольно опасно. Если уметь правильно ею пользоваться, то трость может вам помочь избежать удара ножом, кинжалом, шпагой и даже штыком, но, разумеется, она бессильна против огнестрельного оружия… Вот, смотрите.

Он схватил бамбуковую трость и стал, как бы защищаясь, очень быстро вертеть ею вокруг головы и тела.

— Это движение называется «укрыться за шипами роз», никто не сможет вас достать, — сказал он, запыхавшись. — Хороший палочник может наносить до пяти ударов трости в секунду. Мировой рекорд — восемьдесят два удара за пятнадцать секунд. Мой — пятьдесят. Я еще упражняюсь каждое утро. А теперь посмотрите «фуэте», позволяющие создать практически непреодолимый защитный пояс вокруг всего тела.

Он остановился, задыхаясь, гордый своим представлением.

— Спасибо за этот урок самозащиты. Никогда ведь не знаешь, что где пригодится! — поблагодарил я. — Но я ищу трость, которая помогает при ходьбе.

— Ну разумеется, ваша правая нога и позвоночник, они ведь почти не гнутся. У меня есть то, что вы желаете. — Он достал трость черного дерева с ручкой из слоновой кости, изготовленную в начале XX века. — Она в хорошем состоянии, но, к сожалению, коротковата для вас. Очевидно, это не бальзаковская трость!

— Какая такая бальзаковская трость? — удивился я.

— В конце XIX века было продано около пяти тысяч «подлинных» тростей Бальзака. Веком ранее были проданы тысячи тростей Вольтера, но мода на них, к сожалению, прошла. Держите, вот замечательная трость из черного дерева с насечками в виде рога или, скорее, зуба нарвала. Нет, пожалуй она для вас хрупковата. Посмотрите-ка вот на эти прорези на конце, прямо над медным наконечником. А какой тип вы бы хотели? Вот трость под названием «бычий нерв» — это настоящее оружие, один удар по шее, и ваш противник убит. Смотрите, как это легко.

Я дал ему возможность потрепаться. Он был счастлив найти во мне столь внимательного слушателя.

— Но, месье, дорогой мой, — сказал я наконец, — я хочу приобрести такую трость, чтобы ходить с ней по городу, сидеть в салонах и на ученых советах. Чтобы она не стучала, у нее должен быть резиновый наконечник. У меня уже есть красивые металлические трости для загородных прогулок, но мне хотелось бы трость с секретом, которая послужила бы мне еще и для другой цели.

— Тогда вот вам трость-шпага с треугольным кинжалом внутри, очень опасное оружие, и вот эти, смотрите, просто, любопытства ради: вот трость-зонтик, вот трость-крюк, с помощью которой можно открывать сундуки. А эта, знаете, для чего она

еще может служить? — Он повернул кольцо и показал овальное отверстие, открывавшее скрытую полость в нижней части трости. — Это трость торговца зерном. Она позволяет брать пробы пшеницы или ячменя из глубины мешка, чтобы проверить, соответствует ли его качество тому зерну, что насыпано сверху. Ведь всюду есть обманщики!

Хорошая трость для психоаналитиков, — подумал я. — С нею можно смело отправляться на изучение бессознательного, погружая ее в задний проход пациентов, пребывающих в анальной стадии…

— Нет, месье, — сказал я, — я хочу красивую трость, в которой помещаются один-два цилиндрических сосуда, которые можно заполнить кое-какими напитками, главным образом алкогольными, чтобы к ним незаметно прикладываться на ученых советах, где я всегда скучаю.

— Тогда у меня есть то, что вам нужно, — ответил он.

Он отправился на поиски в недра магазина и извлек трость из черного дерева, охваченную двумя золочеными кольцами. Трость была крючковатой формы, так как ее венчала медная рукоять прекрасной работы в форме головы орла.

— Прочная. Развинчивается на три части. Легко укладывается в пенал. В верхнюю часть можно продольно вложить два стеклянных цилиндра, типа мензурок. Их легко вынимать и вставлять благодаря футляру из гладкой красной кожи, которая изнутри выстилает полость трости. Благодаря вот этой пружине, закрепленной в основании трости, достаточно лишь отвинтить рукоять и нажать на крышку верхнего сосуда, чтобы получить в руки оба. Что вы хотите поместить в трость?

— Зеленый шартрез в верхний сосуд и в другой — старый виски, настоящий шотландский, выдержки от 15 до 28 лет. Сможете мне это найти?

— Заходите вечерком, все будет готово. Всегда держите эти сосуды полными, и вы увидите — и в походе, и в бою у вас всегда будет что выпить.

И он широко обвел тростью вокруг себя. Я его остановил, испугавшись, что он опять примется демонстрировать свои упражнения, и пообещал вернуться до наступления ночи. Тут стенные часы принялись отбивать двенадцать полуденных ударов, что, похоже, продолжалось несколько минут. Мое пребывание у антиквара затянулось намного дольше, чем я планировал.

Не было ни малейшего желания идти обедать в одну из абанских тратторий, так как все они афишировали одинаково скучные туристические меню. Случайно я встретил шофера такси, который утром привез меня сюда.

— Хорошая еда, Dottore? В траттории де Монтероссо. Это рядом, я вас подвезу.

Действительно, gnocchetti di pasta fresca con ragu di porcini a sfilacci di pesce alia spuma di mais [78] , запиваемые белым фриульским вином, были просто восхитительны.

Вернувшись в Абано, я отправился в парикмахерскую, которая показалась мне самой шикарной. Чтобы объяснить хозяину, как я хочу постричься, я просто показал ему фотографию из журнала: очень короткие волосы и десятидневная бородка (еще пяток дней, и она будет в норме). А почему бы вам не приклеить усы — выбирайте!

Хозяин лично вымыл мне голову. Я спросил, может ли он определить характер клиента по форме головы и буграм черепа. Цирюльник-френолог. Почему бы и нет? Он принялся меня уверять, будто может с закрытыми глазами определить вытянутый, как мяч для регби, череп кампанийца (он называется доликоцефалическим). А у итальянцев с юга и у немцев с севера по-другому: у них головы квадратные (брахицефалические, объяснил я). А бугры? Он заметил, что у мужчин с голубоватым подбородком (у которых жесткая трудновыбриваемая щетина, как у Никсона), имеется затылочный бугор — вот почему они бегают за юбками. У меня этого бугра не было, но он нащупал бугорок повыше. — Пощупайте сами, — сказал он. Это был артистический бугорок, который он у меня пропальпировал, и я впервые узнал о его существовании у себя…